Цивилизатор в СССР 1984 - Игорь Евгеньевич Кулаков
Мои отросшие почти до плеч волосы (битва с родителями за право самому определять их длину выиграна давно, а больше ничьё мнение по сему поводу меня не волнует) неожиданно взъерошивает старческая рука.
— Темнишь ты что-то, Вань…
— Ясное дело, темню… — самодовольно подтверждаю я.
Как ни странно, на этом все не случившиеся откровения заканчиваются, по крайней мере на сегодня. Устали оба. Возраст с двух (детство и старость) сторон даёт себя знать.
Ей уже поздно для ночных посиделок, мне — рано.
* * *
Два дня спустя.
Солнце светит по прежнему ярко, синеву неба не портит ни одно облачко, но воздух сегодня прогрет едва до 20. Вода совсем дубак, в неё полностью лезут буквально единицы самых отчаянных. Ещё какое-то количество входят в море по щиколотки и бегут обратно. Наверное, редкие «моржи», рискнувшие купаться сегодня, явились на Рижское взморье с более холодных краёв чем я, рождённый слегка западнее Уральских гор. Логика у «моржей» проста — «зря что ли, через большую страну сюда пилили? В кои-то веки на море вырвались…»
Пляж, впрочем, полон. Когда тут летом было иначе?
Так то тут очень хорошо, целебный морской воздух, сосны за спиной… да и если кому нужен относительно медленно появляющийся (когда не обгораешь за день, как на черноморском юге), но достаточно крепкий, если его «накладывать слоями» — день за днём, прибалтийский загар, то сейчас юрмальские пляжи — самое то.
Можно замок из песка складывать — и в реале (чем мы занимались с Илзе между короткими забегами в холодные воды) и в виртуале моей головы, которая оценивала призрачное будущее нежданного знакомства «в расширенном варианте» этого раза.
Удивительная всё же страна — СССР. Я уж и забыл, как возможно такое — тётя Сима, при всех ею полученных каких-то неясных до конца чекистских инструкциях по телефону из Москвы, спокойно, на третий день пляжного шапочного знакомства отпускает меня с посторонними людьми!
Петерис — отец Илзе, работающий врачом какой-то местной больнички тут, в Булдури, и проводящий дома летний отпуск с двумя дочерьми и с супругой Гретой, вчера благожелательно предложил тёте Симе, вновь ради меня устало пыхтевшей на пляже, своё содействие насчёт «присмотреть за Иваном».
И та, ничтоже сумняшеся, легко согласилась!
Сегодня двоюродная бабушка только проконтролировала утром мою посадку на ж/д станции недалеко от её дома. Меньше чем полчаса спустя, в Булдури, меня встречало семейство Илзе.
Яффшоке, если честно. Приятном, конечно. И от лёгкости всего происходящего — выпуска из под контроля и от доверия посторонним людям и от контакта с Илзе. Некоторое время подозрение мелькало — уж не получилось ли так, что кто-то из родителей Илзе — сам в конторе работает? «Передали из рук в руки» приглядывать?
Но параноидально-бредовые мыслишки рассеялись, стоило мне понять насчёт мест работы взрослой пары латышей.
Илзе, кстати, сама взяла меня за руку, стоило мне слезть с электрички. Похоже, я реально понравился ей. Первые, робкие чувства. Первые робкие прикосновения…
Блаженное начало советских 80-х… время брежневского «застоя»… только здесь, в Риге, я окончательно ощутил вкус его лучших сторон. Глядишь и на Чёрное море ещё попаду.
Но так ли уж нужно мне всё это с поддержкой отношений дальше развивать? Ведь всего лишь 18 лет на нас с Илзе двоих. Пока будоражащие сейчас чувства — лишь детское томление и первые признаки просыпающегося зова юной плоти.
А моей супруге из первой жизни только будет к концу года шесть…
Не есть ли мой бурный интерес к латышской девочке только от осознаваемой разумом ранней невозможности реализовать во второй жизни старые устоявшиеся и памятные сознанию потребности, который только усилились от «удачного первого знакомства во второй раз»?
И хочется и колется.
* * *
Идею для нового рандеву несколько дней спустя предложила сама Илзе, узнавшая, что меня привезли в Ригу почти до начала осени.
Она очевидно рада и полна идей — как весело провести время до начала учебного года.
«Ку-ка-ре-ку» или, по латышски «Ки-ки-ри-ги» — так звучит название открытого, по словам «дяди Петериса», в 1977-м в Дзинтари — другом районе Юрмалы двухэтажного, отдельно стоящего от других зданий, особого «детского кафе».
И именно в него нас с Илзе отвёз на своих «Жигулях» врач-папаша той.
Не «Юрас Перле», а «Ку-ка-ре-ку», хахаха!
Особенную пикантность (при всей его целомудренности и скромности) моменту придаёт то, что в само кафе нас, довезя на машине, отпустили вдвоём, настрого приказав дожидаться возвращения остальных тут.
«Развлекайтесь дети, ведите себя хорошо, вы почти взрослые. Мы к 17.00 за вами заедем» — напутствующий отец Илзе был лаконичен и доброжелателен.
Детское кафе в Дзинтари оформлено просто роскошно по меркам СССР 1982-го, присутствует, как я понимаю, даже художественный вкус и отчётливо уловимая смесь детского стиля и прибалтийского антуража во всём — от самого здания до оформления внутренних помещений и мебели сего эксклюзивного заведения советского общепита.
Витражи, стекло и персонал, одетый в персонажей из детских сказок, популярных и известных детям самой большой в мире страны — от гардеробщика Оле Лукойе до обслуживающих посетителей около десятка официанток в униформе Красных Шапочек:-)
Само кафе на втором этаже, первый занят игровыми автоматами и аттракционами, традиционными для этих времён. Атмосферу света и воздушности подчёркивает стеклянная крыша высоко над головами. Там, в вышине на качельках качается петушок, вещающий из встроенного динамика какую-то детскую сказку.
Мы выбираем котлетки «Лесной пенёк» и «Ку-ка-ре-ку», творожные пончики, называемые «Золотыми орешками», фрукты, мороженое, сок… — ничего чрезмерно пафосного, но всё очень круто и мы наедаемся до отвала.
Как там… познакомил меня в тексте книги в первом будущем (пишущий уже сейчас свою эпопею) Звягинцев со ставшей одной из моих любимых поговорок — «люблю повеселиться, особенно пожрать»?
Сегодня именно то самое. Сначала пожрать, затем развлекаться на аттракционах.
Петерис не поскупился ради старшей дочери, выдав той достаточно денег, а я плачу за себя сам.
Илзе не раз была здесь и явно рада от того, что появившийся у неё «столичный друг» разделяет восторг от посещения данного места…
Под вечер, когда пора уже расставаться, звучит ироничное, но возможно доброе, а может и даже, далекоидущее:
— … Лигавайнис мусу Илзе — замечает её мать, погладив меня по голове на прощание, когда уставшего и довольного столичного пацика довозят до ж/д станции, чтобы посадить на очередную электричку, снующую между остановками на взморье и рижскими.
— Какой кавалер завидный, говорю — готовый жених для нашей
