Рюмка студеного счастья - Александр Вячеславович Башибузук

давление на Египет, для того, чтобы вам не разрешали посадку для дозаправки. И частично, им удалось добиться своего. Увы, нынешний президент Египта, склонен к заигрыванию с западными странами. В общем, было принято решение блокировать до вылета военными ваш самолет, одновременно, оказать максимально радушный прием, но в страну не впускать.

Виноградов пожал плечами.

— Особенности ближневосточной политики? — Тимофей улыбнулся.

Посол кивнул.

— Но не переживайте, ничего страшного не произошло. Вас дозаправят и вы благополучно вылетите в Москву. По поводу гостеприимства египетской стороны: вы вольны его не принимать, но советую все-таки согласиться.

Увидев, как на трапе снова появился Питер ван дер Бил, Тимофей показал на него послу взглядом.

— Мне главное, чтобы нас как можно быстрей дозаправили. Остальное обговаривайте с нашим руководителем делегации.

Посол начал разговаривать с министром, а Тимофей остался на месте и потянул из кармана пачку сигарет.

Шатер уже поставили, огромный и шикарный, размером со среднюю казарму, от него доносился одуряющий аромат печеного на углях мяса.

— Господин Бергер, — к Тиму подошел египетский майор. — Мы привезли еще подарки. Хорошие подарки, дорогие! — он зацокал языком. — Идем, покажу.

— Пошли, посмотрим, — согласился Тимофей.

Для него уже все стало ясно. Для Египта Родезия малозначащая страна, с которой нет никаких отношений. Но старший брат и друг Советский Союз, неожиданно сильно заинтересован в Родезии, а значит, эта страна автоматический переходит в разряд друзей для египтян. Садат пытается усидеть одной задницей на двух стульях, как говорится и нашим и вашим. Вот и попытался умаслить сразу всех.

— Смотрите! — по приказу майора солдаты начали выгружать из грузовика подарки. — Это ковры! Их ткут большие мастера из пустыни. Это кофе! Очень хороший кофе! Это благовония…

— Берем все, — улыбнулся Тимофей. — Что там насчет кебаба?

— Мясо! — разулыбался майор. — Будет много мяса! Я баранов сам выбирал. Идем!

— Идем… — Тим запнулся, увидев, как один из грузовиков зачем-то начал разворачиваться, совсем рядом с самолетом.

— Куда, мать твою! — заорал Тимофей.

Но было уже поздно, кузов машины с хрустом влепился в правую фюзеляжную стойку шасси.

— Вай аб зибик! — свирепо матюгаясь и дергая пистолет из кобуры, к грузовику кинулся майор. — Шармута хаягана! Эбэн эль мэтакана…

За ним понеслись солдаты.

Водилу выдернули из кабины и начали свирепо пинать и бить прикладами.

— Вот так здесь всегда, — посол устало вытер лоб платком. — Вы уж извините. Мы обязательно все решим…

Тимофей от злости забыл все матюги.

— Вы уверены, что это случайность? — тихо поинтересовался он у Виноградова.

— Конечно же случайность! — быстро ответил посол, но сразу осекся. — Вы думаете? Думаете, что это диверсия? Но… зачем…

Тим не ответил и попытался отнять водителя у солдат, чтобы допросить его.

Но ничего не получилось, араба уже успели избить до полусмерти. Попробовали отливать водой, но водитель даже не пришел в сознание.

Командир экипажа бегло осмотрел стойку и покачал головой.

— На этом самолете мы уже никуда не полетим. Повреждена гидравлическая система шасси. Ремонт не сложный, но… без запчастей и квалифицированных техников ничего не сделаешь.

Питер ван дер Бил уже полностью протрезвел и устроил встречающей стороне образцовую головомойку.

Тимофей не вмешивался, он ломал голову над тем, какой будет следующий шаг неизвестного противника. В случайности Тим уже давно перестал верить.

На египетского майора было страшно смотреть, бледный как смерть, он трясся как припадочный. Судя по всему, он уже попрощался с жизнью.

— Все решим! — растерянно обещал советский посол. — Надо только немного подождать. Я отправил своих сотрудников связаться с нашим начальством. На крайний случай, прилетит советский борт и вас заберут в Москву.

— Мы на всякий случай обесточили самолет, — доложили пилоты Тимофею. — Жара здесь не слабей чем дома, так что скоро эта коробка с крыльями превратиться в печку. Внутри быстро изжаримся. Надо подумать, где размещать людей.

— Хорошо, пока ждем…

Майор еще раз попытался накормить гостей, но Тим послал его нахрен, после чего тот присел в сторонке на корточки, обхватил голову руками и больше не отсвечивал.

Через час примчался шикарный «Роллс-ройс» в сопровождении джипов с солдатами и большой комфортабельный автобус.

С майора прямо возле самолета содрали погоны, связали ему руки и как барана закинули в багажник.

К Питеру ван дер Билу, советскому послу и Тимофею подошел щеголеватый и важный офицер, после чего уверенно представился на отличном английском языке.

— Я полковник Хосни Мубарак. От лица правительства республики Египет, я приношу вам искренние извинения. Сегодня же к ремонту самолета приступят квалифицированные специалисты. На время ремонта, экипажу и пассажирам будет предоставлено достойное жилье. Уверяю, все издержки будут нами немедленно компенсированы. Если ремонт затянется, мы предоставим вам наш самолет. Транспорт уже прибыл…

В общем, встал вопрос переезда на комфортабельную виллу на полном обеспечении принимающей стороны.

Пока полковник беседовал с Питером ван дер Билом, Тим отвел в сторону посла.

— Кто это? Вы в нем уверены?

— Доверенное лицо президента Египта, — ответил Виноградов. — Учился в Москве, умный, храбрый и ответственный офицер, сейчас занимает должность в штабе Военно-Воздушных Сил страны. Если послали урегулировать вопрос его — это значит, что дело взял на контроль сам Анвар Садат. Право слово, вы сильно сгущаете краски. Случившееся результат банального разгильдяйства, обычного для Египта.

— Я не сгущаю краски! — жестко возразил Тимофей. — Теперь представьте, что с нами случится что-то серьезное…

— Зачем это Египту? — Виноградов снисходительно улыбнулся. — К тому же, вы явно переоцениваете свою миссию.

В его голосе скользнула неприкрытая язвительность: мол, что вы о себе возомнили, сраные расисты?

— Это вы недооцениваете значимость нашего визита. — Тим с трудом сдержал злость. — Но об этом я буду говорить с вашими непосредственными руководителями, а не с вами. И да, вы правы, Египту пока незачем нам вредить, но хватает других стран, которые спят и видят, как сорвется визит. И поверьте, они как раз реально оценивают перспективы сближения СССР и Родезии. Но не суть. Еще раз, представьте, что с нами здесь случится что-то серьезное. Союз уже и так имеет сложности с приходом Садата. Как думаете, инцидент еще больше осложнит ваши отношения или нет?

— Я сделаю все, — с каменным лицом ответил Виноградов. — Чтобы ваш визит благополучно состоялся. Уверяю.

— Хорошо, —