Настоящий американец 5 - Аристарх Риддер

под парами, был бы это боевой конь, я бы сказал что он бьет копытом в нетерпении. Команда на борту и начальник водолазной секции уже всех достал постоянным брюзжанием насчёт отсутствия выпивки и постоянными тренировками. С береговой охраной во Флориде и начальством порта Тампы я тоже всё уладил, в случае чего они окажут нам всю необходимую помощь. Пришлось немного потратиться на благодарность в конвертах, но без этого никак. Все ждут только тебя, Фрэнк.

Ну что ж, тем лучше. Вперед за сокровищами!

Глава 14

8 июля 1956 года. Вашингтон. Министерство юстиции США. Штаб-квартира ФБР

Спецагент Тайлер Росс стоял навытяжку перед большим боссом и старался смотреть тому точно в переносицу. Гувер должен видеть, что подчиненный силен духом, взгляд не отводит, на вопросы отвечает четко, уверенно и без промедлений. Ведь если покажешь слабость, то тут же перейдешь в разряд жертвы, и тебя морально уничтожат, а Росс доставлять Гуверу такого рода удовольствие не желал. Вот и изображал из всех сил человека, полностью владеющего ситуацией, что было далеко не так.

Его поездка в Бостон многого не принесла. Да, он выяснил, что профессор философии Герберт Маркузе, приверженец левых взглядов имел большое влияние на студентов, то есть в теории он вполне мог стать вдохновителем борьбы с системой. Вот только среди его идей не было таких, которые отвечали бы целям «Earth Liberty Front». Тайлер даже прочитал его труд «Эрос и цивилизация», чтобы убедиться в этом. Эльфы свои акции устрашения проводили под эгидой защиты природы. Маркузе же на природу было плевать, его волновала обратная сторона западной цивилизации, а именно ограничения, которые она накладывала на человека. Он называл капиталистическое общество сверхрепрессивным, подавляющим Эрос, то есть ослабляющим инстинкты жизни, и призывал молодежь биться за свободу… сексуальную.

Выходило, что Меркузе к «Earth Liberty Front» никакого отношения не имел, а Росс зря потратил на него несколько месяцев.

И теперь спецагенту предстояло решить, что делать дальше, продолжать ли просеивать студенческие общества или переходить к проверке другой версии.

Еще и начальник удивил своей реакцией, получив отчет от спецагента о непристойных идеях Маркузе, призывающих молодежь чуть ли не к сексуальной революции, этот, казалось бы, твердолобый пуританин вдруг потребовал оставить немца в покое.

У Тейлора аж челюсть отвисла, но он быстро справился с эмоциями, уставившись Гуверу в переносицу и вот так стоял уже минут пять перед хозяином кабинета, пока тот что-то обдумывал.

— Маркузе — человек Даллеса, — неожиданно объяснил свое требование Гувер.

В очередной раз справившись с челюстью, Росс хотел было спросить, знает ли директор ЦРУ о странных идеях своего человека, но благоразумно промолчал.

— Думаю, работу в Бостоне пока рано сворачивать, есть у меня предчувствие, что именно там окопалась эта красная мразь, — Росс поспорил бы с боссом о цвете мрази, но благоразумно не стал. — Проверь в Новой Англии и другие университеты. Гарвард, Массачусетский, — на последнем слове Гувер задумчиво замолк и подвинул к себе папку, которая до этого одиноко лежала на краю стола. — А ведь этот Уилсон как раз в Массачусетском учился.

— Какой Уилсон? — не понял Тейлор, пытаясь высмотреть документы в папке, а там было несколько печатных листов и фотография улыбающегося молодого человека. — Он проходит по делу эльфов? — спецагент был озадачен тем, что как лицо, ведущее расследование, ничего об этом парне раньше не слышал.

— Нет, причем здесь эльфы? — в раздражении отмахнулся Гувер, словно они не «Earth Liberty Front» сейчас обсуждали. — Ты разве не слышал о Фрэнке Уилсоне? — директор ФБР от удивления повел бровями. — О нем уже два года американская пресса пишет. Гениальный инженер, сделавшем миллионы на своих изобретениях, автогонщик и владелец гоночной команды, и прочее, прочее.

— Нет, не слышал. Никогда не интересовался гонками, — признался Росс, пытаясь сообразить зачем Гувер завел речь об этом Уилсоне.

— Сотруднику ФБР не мешало бы иметь более широкий кругозор, мои люди должны знать в лицо всех известных американцев, а также их биографии, — укорил подчиненного Гувер.

— И что с этим Уилсоном не так? — не стал комментировать свою убогость Росс.

Директор ФБР неопределенно пожал плечами, а затем, так ничего и не сказав, захлопнул папку с материалами об Уилсоне и вновь отодвинул ее на край стола.

Информацию о Фрэнке Брайане Уилсоне третьем он велел собрать накануне. Нет, он и раньше знал о существовании этого молодого миллионера, читал о нем статьи, в которых его превозносили, называли надеждой нации, гордились им, и вдруг все резко изменилось, эти же самые люди с тем же воодушевлением принялись поносить Уилсона, обвиняя того в заносчивости и даже мошенничестве, злорадствовали его проигрышу в недавней гонке. Будто бы их всех разом кто-то купил и дал задание очернить Уилсона и разрушить его репутацию. Это обстоятельство и заинтересовало директора ФБР. Вдруг получится что-то с этого поиметь: еще один компромат и еще один должник в копилке лишними не будут.

— Сэр, вы велели сразу же доложить… — вошедшая в кабинет без стука секретарь Гувера многозначительно оборвала фразу.

— Росс, можешь быть свободен, — отпустил спецагента Гувер. — Хелен, пусть он заходит, — велел он секретарю.

В кабинет зашел спецагент Фостер, который казался копией ушедшего спецагента Росса: гладко выбрит, коротко подстрижен, костюм из дорогой ткани, броские зажим для галстука и запонки.

От директора ФБР не укрылось его волнение. Фостер еще с полминуты набирался мужества и, наконец, доложил:

— Джек О’Дауд погиб.

— Он нужен был мне живым! — прошипел Гувер. Глаза его зло горели, желваки ходили ходуном. Он поручил своим людям арестовать редактора «Florence Morning news», посмевшем оклеветать директора ФБР публично, чтобы самого затем обвинить в шпионаже в пользу Советского Союза.

— Это несчастный случай! — поспешил оправдаться спецагент. — Кто же знал, что он решит устроить гонки в городе?

— Гонки? Я же просил взять его тихо! — прорычал Гувер.

— О’Дауд, видимо, увидел нас в окно, когда мы подъехали к его дому, спустился в гараж и выехал оттуда на машине. Мы рванули за ним и, понятное дело, догнали бы, но этот мудак не справился с управлением и врезался в припаркованный возле тротуара фудтрак, — с каждым словом лицо директора ФБР вытягивалось все больше, а мысли мрачнели. — А затем произошел взрыв, видимо, болон с пропаном был поврежден.

Гувер прикрыл глаза, осмысливая