Чёрный поручик - Мархуз

о вате, бинтах и марле для своих добровольцев, чтобы не зависеть от того, что в аптеках имеется. А то, стыдно сказать, до сих пор, в основном, корпию щипают, причём вручную. А хлопковая кисея почему-то дефицитна, прямо срам, а не Роскомпот.

Меня постоянно удивляет странное расхождение, Вроде в ссылках, приводимых в комментах к книгам по АИ, всё есть, как и в википедиях, а в прошлом нужные вещи чёрта с два приобретёшь. Я самолично читал в одной книге (цикл "Старко"), что телефон изобрели за четверть века до того, как его… изобрели. И, главное, википедики (извиняюсь за выражение) всё точь-в-точь подтвердили, даже то, что им пользовались на небольшом расстоянии. Почему же сейчас никто о таком не слышал? Хотя, может я в параллельный мир попал? Сейчас же подайте жалобную книгу, коли так.

— Вольдемар, посуди сам, нам бы такое оружие, как у тебя, да в Крымскую войну.

— Отец, а что изменилось бы, скажите пожалуйста.

— Так победили бы, неужели непонятно?

Батя у нас упорно не на то ориентируется, вот только спорить и что-то доказывать бесполезно. Россия, потеряла лишь Крым, который безводен и удобен лишь для военно-морской базы и курортов. Зато приобрела прекрасные для хозяйственного пользования земли в Восточной Анатолии, включая великолепный оборонительный комплекс в Карсе. Зачем было менять всё обратно, когда можно отгородиться от турок на той линии и заселить те места русскими крепостными?

— Не понимаю я тебя, сын, ты не о славе печёшься, а о пресловутой экономике.

— Да, папа, уж если лить русскую кровь, так для того, чтобы экономический толк был. А то в Париже побывали, но кроме ночных горшков ничего не поимели, ни пяди плодородной земли.

— Но мы же Европу от Наполеона освободили!

Опять лишь фразы и лозунги, без вдумывания.

— Господин генерал, мы Европу освободили для европейцев, а не для себя. А сейчас в той же Англии, да и во Франции говорят, что это Веллингтон её освободил, а русские на шармачка примазались к великой победе.

— Да…да…, - отец даже захлебнулся, хотя прекрасно знает, что именно так говорят на Западе, — но мы-то правду знаем.

— Поверьте, отец, пройдут годы и даже в России новые поколения будут именно так считать. Поэтому в новую войну с Турцией нужно будет завоёвывать земли для своего народа, а не проливать кровь, чтобы облегчить жизнь наших славянских братьев. Особенно тех же мусульман: албанцев и босняков.

Крайне рискованное заявление и если выйдет за стены особняка, то будет оспорено. Мол, русский народ должен лишь помогать другим, ничего не имея взамен. Бескорыстие рулит в русской ментальности, вместе с самопожертвованием. Нам не нужны плодородные высокоурожайные земли Дуная, пусть там потомки гуннов и праболгар живут, припёршиеся из Азии.

Что ни говори, но чуток нашей внутренней инфы просочился наружу, причём к императору. Тому, который мог не подписывать мирный договор с "антантой", а продолжить войну уже на Перекопе. Тогда экономики Англии и Франции рухнули бы, а их парламенты сами отозвали войска за бессмысленностью огромнейших расходов.

— Господа, а может князь Васнецов прав и нашу новую военную доктрину следует базировать именно на экономических ценностях?

— Ваше величество, — сразу втемяшился Горчаков на тайной вечере трёх министров и царя, — но нас тогда не поймут. Уж очень всё это меркантильно выглядит.

— Пожалуй я с вами, Александр Михайлович, не соглашусь, — оспорил мнение канцлера Милютин, — мы можем под видом облегчения судьбы православных жителей Балкан произвести завоевание болгарских земель. Пусть даже до перевалов.

Вот-вот, наконец-то планирование будущей войны получает возможность сместить акценты. Тем более, что министр двора, значительно приумноживший своё влияние при дворе за последние два с лишним года, поддерживал именно военного министра, а не прозжжёного политикана, молящегося на мнение евроты.

— И как это будет выглядеть? — спросил Александр Второй.

— Ваше величество, за пятнадцать лет ны подготовим ударную армию из двух корпусов осназа по 50 тысяч солдат в каждом, — как по-писаному докладывал Милютин, — которые вышибут осман из северо-восточной Болгарии. А обычная армия просто займёт территорию, исполняя оккупационные функции. Естественно, что на время, нобходимое для интеграции всего захваченного региона в состав Российской империи.

Отдельные слова и выражения были непривычны, но вполне понятны присутствующим. Те же перевалы можно удерживать и с нашей стороны, обустроив их оборону, а там, глядишь, и мирный договор с Османской империей будет заключён.

Глава 25

Новый концепт ещё долго будет пережёвываться в верхах, но если подходить именно с этой стороны к военной реформе, то легче будет с деталировкой. Да и вспомогательные задачи проще выявить и упорядочить, когда примерно понятно хаким путём идти. В конце концов, зачем побеждать всю Османскую империю, когда можно отгрызть нужные куски с запада и востока? Забрать тот же Трабзон и Карс, оставив туркам границу с Персией для их междусобойных войн, например.

Сама реформа начинается с перехода на призыв, что позволит уменьшить срок службы намного и вернёт рабочие руки в мирную экономику. По крайней мере, так желается и мечтается. По оружию выявляется любопытный нюанс, а зачем караульно-патрульным войскам современное оружие? Они-то могут и старьём пока пользоваться, а "васнецовки" нужны лишь для ударных частей. Кавалерии сгодятся револьверные ружья или их подварианты, если будут созданы. Да и шестилинейки, как таковые, больше не имеют смысла. Калибр 4.5 линии себя прекрасно показал на закрытых стрельбах. И оказался не хуже, а однозначно лучше.

— Ваше величество, — докладывал Милютин, — дальность боя позволит расстреливать линейные части врага, начиная с того момента, когда они начнут строиться в колонны.

— Но как же наши, ведь не успеют построиться, пока стреляют.

— Ничего страшного, противник понесёт огромные потери, пока движется, и особо некому будет переходить в рукопашную.

Сомнительный довод, но скорострельность действительно обеспечит такой фактор. А если добавить французские митральезы, выставив их против кавалерии…

— Ох, как бы мы ошибку не допустили, Дмитрий Алексеевич, потом поздно будет её исправлять.

— У нас впереди ещё полтора десятка лет, можно будет в небольших войнах проверить концепцию заблаговременно.

По мне всё это аукнулось тем, что предложили