Мой Советский Союз Магических Республик - Сергей Викторович Вишневский

нахохлилась староста. — Партией это не одобряется и…

— Так нас зовут не потому что дешевле, — вмешался Кирилл. — Нам, если так прикинуть, платят больше. Нас зовут, потому что срочно или людей нет.

— Ну… не знаю, — неуверенно произнесла девушка. — Я как-то…

— Соглашайся, — улыбнулся Кирилл. — Ты, кстати, конфеты любишь?

— Да, а что? — осторожно произнесла девушка.

— Есть сегодня одна шабашка… Сладкая-а-а-а-а….

* * *

Полная, тучная женщина ростом под два метра хмуро глянула на троицу перед ней и остановила взгляд на Семене.

— Здрасть, Марья Ивановна! — бодро произнес Семен.

— Где взял? Кто такие? — недовольно спросила она.

— Однокурсники! Вот с этим мы сейчас бригадой работаем постоянно, — ткнул он пальцем в Кирилла. — А вот это староста. Деньги нужны, зимние вещи дома оставила, а съездить не получается.

Женщина недовольно оглядела Леночку с ног до головы, хмыкнула и кивнула в сторону двери.

— Пошли.

Ребята прошли в небольшой цех и оказались у длинного стола, рядом с которым стояли пустые ящики.

— Значит так, — оглядела помещение Марья Ивановна. — Берите по два ящика.

Семен с Кириллом тут же взяли по два ящика.

— Пошли, — скомандовала она, пройдя в соседнее помещение.

Там, под шум конвейеров и машин, тетка махнула рукой худощавому мужчине.

— Коля! На экспорт этим!

Мужичок тут же забрал ящики, поставил их в стопку и выдал по два полных покрытых шоколадом конфет.

— Пошли, — кивнула она и направилась обратно.

— Берем дно коробки тут, — взяла она белую картонную коробочку. — Подложку вот тут…

В дно легла золотистая подложка.

— Раскладываем рядами. Вот эти с желе в эти формы, вот эти с коньяком вот в эти. Так, так и вот так, — показала она. — Затем берем лицевую часть, закрываем. Потом идем сюда.

Женщина подошла к небольшому аппарату и положила туда коробку, на площадку, покрытую прозрачной пленкой.

— Жмем сюда, — нажала она кнопку.

Механизм тут же фыркнул пневматикой, опустил площадку сверху с такой же пленкой, еще раз спустил воздух и поднял, явив бригаде студентов запечатанную коробку.

— Это складываем вон в те большие коробки. Понятно? — глянула она на парней.

— Понятно, — хором отозвались ребята.

— Рубль за коробку конфет, — буркнула она и указала на стопку еще не склеенных больших коробок. — Если кончится большая тара — вон там еще есть.

— Марь Ивановна, пощадите студентов, — взмолился Семен. — По два рубля бы, все же…

— Нече мне тут! — буркнула та. — Конвейер сломался, поставки под угрозой! Нас премии лишат, а ему по два рубля коробка!

— Марь Ивановна, сахар в кружке чая моего, — принялся подлизываться Семен. — Ну, войдите в положение! Нам вон старосту одеть надо, да и самим бы на зиму чего купить.

Семен демонстративно выставил ногу с ботинком, видавшим лучшие годы.

— Ты мне тут на жалость не дави! — недовольно буркнула та, но уже без агрессии. Марья Ивановна глянула на часы и, недовольно запыхтев, уперла руки в бока. — Смену отстоите — будет по рубль двадцать.

— А смена это до скольки? — осторожно спросила Леночка.

— До двенадцати, — ответила начальница.

— А как мы… ночью пешком до общежития?

— Автобус третью смену развозит, — буркнула она. — Докинет.

Женщина собиралась удалиться, но тут Кирилл спросил в спину:

— А у вас случаем родственников на скотобойне в Голованово нет?

Марья Ивановна глянула и нахмурилась.

— Брат у меня там работает. А что?

— Да так, — смутился Кирилл. — Похожи очень.

Фыркнув, начальница удалилась, оставив студентов в одиночестве.

— Значит так, — упер руки в бока Кот и оглядел ребят. — Делимся по задачам! Я на ящики. Буду таскать конфеты. Лена — ты раскладываешь по подложкам. Кирилл — упаковываешь готовые. Работаем так час, смотрим, где тормозить будем!

— Принял, — кивнул Осетренко.

— Семен, комплименты у тебя так себе, — подала голос Леночка. — Где ты такое вообще услышал? «Сахар в кружке чая моего»…

— Армянин один научил, — отозвался Кот. — Самое сладкое, что на ум приходит, говоришь и все. Ну, еще хорошо бы подчеркнуть, что без сладости все совсем невкусно будет.

* * *

— Вече-е-е-ерний звон! Бо-о-ом, бо-о-ом! — пропел Семен и поставил на стол ящики с конфетами. На другой стороне Леночка уже выставила десяток коробок с подложками.

Семен расставил ящики, чтобы было удобнее брать и принялся выкладывать вместе с Леной конфеты.

— Кот, у тебя слуха нет, — буркнула девушка, быстро выкладывая конфеты с коньяком и желе по местам. — Завязывай уже!

— Так веселее же! — хмыкнул Семен. Парень начал выкладывать оставшиеся конфеты, заполняя подложки полностью.

— Ну, не устав же комсомола по памяти цитировать, — произнес парень.

— Так ты его и не знаешь!

— К зачету по сращиванию мягких тканей кто-нибудь готовился? — решил сменить тему Кирилл, закончив закатывать в пленку последнюю коробку. — На этой неделе будет.

— Блин, я не знаю, как мы его сдавать будем, — расстроено произнесла Лена. — Третий курс говорили, что мы на мышах делать будем. Резать их, а потом сращивать.

— Я пытался крыс поймать, у помойки, — вздохнул Кот и, взяв лицевую часть упаковки, принялся накрывать коробки. — Не вышло. Думал, может собак каких отловить.

— Живодер, — буркнула Лена, собрала закрытые коробки и передала Осетренко.

— Так бродячие ведь, да и покормил бы потом, — попытался оправдаться Семен, собрал ящики и направился за новой партией конфет.

— Ну, точно живодер! За твою стряпню уже вся общага знает, — с усмешкой произнесла староста.

— Я тоже немного растерян, — кивнул Кирилл. — Отрабатывать надо, а на чем — не понятно. Я уже подумывал руку себе порезать.

— Тогда ногу! — вернулся с новой партией конфет Кот. — Как руны чертить будешь на руке, если ее же и лечить будешь?

— Тоже верно, — кивнул друг.

— Вы, блин, сейчас серьезно? — глянула на них девушка.

— Да, кстати! Товарищ Николай заявил, что конфет больше нет, — с улыбкой произнес Семен и развел руками. — Киря, там на последние хватит пленки?

Парень обошел аппарат, прикинул толщину рулонов сзади и кивнул.

— Должно