Настоящий Американец 4 - Аристарх Риддер

доводами и находя их разумными. Вот ведь, не мог он мне это раньше предложить? Видел же мои снегоходы. А теперь у меня уже с “Rhône-Poulenc” предварительные договоренности. Послать их на этой стадии — нарушить деловую этику.

— Французы обещали подготовить бизнес-план с прописанным объёмом финансирования и банковскими гарантиями. Но ты можешь предоставить мне собственное видение проекта и его экономическое обоснование. И если твое предложение окажется лучшим я выберу его. Идёт?

— Ну а чего я еще хотел услышать от американца? — не особо довольный моими словами выругался Винченцо. — Был бы ты итальянцем, то формальности в виде каких-то там бумажек были бы не нужны, — посетовал он.

— Вот поэтому мы и высадились на Сицилии а не вы в Чесапикском заливе, — улыбнувшись, поддел я Ромео.

Расстались мы друзьями, и это главное.

Кроме переговоров по снегоходам, были встречи с президентами федераций хоккея, пока что на меня вышли только шведы и ФРГ. С немецкой федерацией хоккея переговоры прошли очень быстро и просто, они хотели мою экипировку и предлагали за нее деньги, которые на фоне бюджетов других моих проектов были просто смехотворными.

Поэтому я предложил другую форму оплаты, а именно место технического спонсора всего немецкого хоккея, с размещением логотипов на свитера игроков и рекламными щитами и баннерами на стадионах, притом реклама подразумевалась не только хоккейной экипировки, но, что важнее снегоходов.

Думали немцы недолго и дали согласие уже на следующий день.

Со шведами история получилась немного другая. Они не хотели, чтобы я стал их обычным поставщиком, как и французы потомки викингов загорелись идеей совместного производства. Партнером они предложили фирму JOFA, для которой это являлся профильный бизнес

За это предложение я ухватился обеими руками. Как-никак в будущем JOFA станет одним из ведущих производителей спортивной экипировки и будет лидировать до своего поглощения компанией Reebok. А учитывая то, какими темпами развивался мой бизнес вполне возможно, что я смогу в результате поглотить шведскую компанию намного раньше.

Канадцы, которым тоже понравилась моя экипировка или выжидали, или решили дождаться возвращения в Америку, все же мы с ними ближайшие соседи.

Из-за загруженности последних дней на принцессу времени не оставалось, а она каждый раз все настойчивее требовала к себе внимания, удивляя своей зацикленностью на безродном пивоваре свою свиту и меня.

— Да, вроде свободен, — пожал я плечами. Было все равно как коротать эту последнюю ночь в Италии.

— Тогда до утра ты мой, — ярко синие-глаза принцессы победно сверкнули.

Я завис, вглядываясь в их цвет. Синие, да не те. Не увидел я в них сапфира и отвел взгляд.

— Что-то не так? — интуитивно заметила мои душевные метания Маргарет.

— Все просто отлично, — улыбнулся я ей уже своей обычной улыбкой, полностью придя в себя.

Нью-Йорк встретил меня пасмурным небом и мелким колючим дождем. Такси для пассажиров бизнес-класса ловили сотрудники аэропорта, так что мокнуть мне не пришлось. И уже через полчаса я, поднявшись на лифте на тринадцатый этаж самого высокого здания Бруклина, входил в главный офис «Way of Future LTD».

— Добро пожаловать, мистер Уилсон, — первой, профессионально сияя улыбкой меня поприветствовала администратор в холле. Высокая кареглазая брюнетка двадцати пяти лет.

— Тоже рад вас видеть, Лара, — имена своих подчиненных я научился запоминать еще в своей прошлой жизни. — Вы похорошели с нашей последней встречи, — позволил я себе легкий флирт.

— Работа на вас, мистер Уилсон, делает меня счастливой, — приняла она подачу. — Проводить вас до офиса?

— Да я не заблужусь, но спасибо за заботу, — и мы, довольные друг другом, на этом закончили.

Мой путь лежал в огромный, угловой кабинет. Его ремонт как раз должны были закончить. Я не ошибся. Кабинет встретил меня современной отделкой, запахом строительный материалов, который еще не успел полностью выветриться, большим свободным пространством, тремя зонами: рабочей, для приватных переговоров и релакс; дорогой мебелью и огромными, занимающие две стороны, панорамными окнами, из которых я буду смотреть на город и рисовать в своем воображении сценарии его разрушения.

— Фрэнк, ты вернулся! — в незакрытый мною кабинет вошла Эмма.

— Вернулся, — подтвердил я, наблюдая за девушкой. Ее лицо светилось от радости. Мне стало грустно, я не знал, что мне делать с ее влюбленностью. Как вообще эта хрень лечится? Нет, в теории я знал, что временем, но хотелось бы здесь и сейчас.

— Знаешь, мы с тобой очень похожи, нам обоим чертовски не повезло, — я зачем-то сказал это вслух.

— В чем мы похожи? В чем нам не повезло? — настороженно переспросила она, теряя улыбку.

— Мы оба обязаны подавлять свои желания. А если взбрыкнем, тебя упекут в сумасшедший дом, а меня отправят на перерождение.

Эмма застыла словно статуя, ее лицо потускнело, глаза наполнились ужасом от понимания.

— Слушай, извини, я какую-то чушь несу. Не бери в голову, — я мысленно себе обругал. Нашел, блин, объект для откровений. — Перри у себя? — не дожидаясь реакции от Эммы, я поспешил покинуть кабинет.

Мэтьюз, когда я к нему вошел, сидел погребенный под бумагами, которыми был завален весь его далеко не маленького размера стол.

— Фрэнк! — сняв очки, он направился мне навстречу. — Это хорошо, что ты сразу в офис заехал. У нас проблема.

— Флеминг отказался продавать права?

— Нет, с этим делом как раз все решилось благополучно. Права на экранизацию трех его романов о Джеймсе Бонде теперь у тебя. А также я заключил договор на передачу таких же прав на его будущий роман об этом же герое, который сейчас пишется. Рабочее его название — «Бриллианты вечны». На большее, к сожалению, Ян не согласился.

— Отличный результат, — похвалил я Перри. Аж от сердца отлегло. Теперь можно было смело начинать работу над первым фильмом о спецагенте. — Так о какой тогда проблеме ты говорил?

— Акционер сталелитейного завод в Буффало, который мы недавно купили, подал в суд иск о признании сделки недействительной.

— Кто конкретно?

— Некий Томас Вуд. Но важнее другое — за ним стоит Генри Форд. Информация точная.

— Ты же решишь эту проблему? — имя конкурента было слышать неприятно, но все равно повода для паники я не видел. Все компании, хоть мелкие, хоть крупные постоянно с кем-то судятся. Обычная рутина.

— Вуд требует арестовать счета завода до вынесения решения по спору, — дополнил Мэтьюз.

А вот это уже серьезно, ведь с арестом счетов движение по ним средств прекратится, а это значит будет невозможно вести расчеты с поставщиками и заказчиками, выплатить зарплаты рабочим, в общем, завод встанет.

— Судья — человек Форда, — догадался я.

Глава 13

— Может профсоюз на них