Эколог в СССР. Весна 1975 - Михаил Востриков

2. Объявить конкурс на замещение вакантных должностей декана и заведующих кафедр нового факультета. Избранным лицам, представить на утверждение Ученого Совета все необходимые документы.

3. Ходатайствовать перед Минвузом СССР в связи с наступившими особыми условиями работы при формированием нового факультета, о выделении:

— Целевых средств на строительство — 1 (зачёркнуто) 2 новых учебно-лабораторных корпусов (спецпроект, 4(зачеркнуто) 5 этажей); 2 (зачеркнуто) 3 студенческих общежитий улучшенной планировки; нового спорткомлекса с бассейном 3 (зачеркнуто) 6х25 м., 2 (зачеркнуто) 3 жилых домов по 9(зачеркнуто) 12 этажей, с квартирами улучшенной планировки для сотрудников и преподавателей; клуба (зачеркнуто) дворца культуры института с залом на 600 (зачёркнуто) 1000 мест.

— Лимиты и средства на закупку 3 (зачеркнуто) 6 новых а/м «Волга» ГАЗ-24, спецсерия, улучшенная отделка салона, для обеспечения резко увеличившихся оперативных разъездов обеспечивающих служб;

— Дополнительных семейных путевок в Болгарию в количестве 10 (зачеркнуто) 15 шт. для компенсации резко возросшей нагрузки и ответственности профессорско-преподавательского состава.

Подписи: Председатель, Секретарь

* * *

Виза на Ходатайстве:

«Удовлетворить в полном объёме!»

Министр Елютин Виктор Петрович.

Дата, подпись.

Глава 17

Лёня, Сима и Гриша

После лекции.

В кабинете Ректора Электротехнического института, за длинным столом для заседаний, сидят шестеро: сам Ректор, моя команда в полном составе, я и молодой человек по имени Лёня.

Сразу чувствуется, что здесь, главный над всеми Филатов. Новая должность его очень красит. Он и раньше выглядел как большой начальник, собственно, им и являясь, но сейчас, высокий, моложавый, обретя в Москве некоторую дополнительную вальяжность движений и речи, в новом дорогом импортном костюме по фигуре, изящных очках в тонкой золотой оправе, лёгкой проседью на висках и Золотой Звездой Героя Труда на груди, он неотразим и даже монументален, как сама Советская власть.

Бывший Второй, а ныне Первый Секретарь Обкома, его приемник, всеми силами старается ему угодить, нагнать свиту, закрутить культур-мультурную программу, но «Евгеша» кремень — машину с водителем, и всё. Остальное, нам не надоть! Он же местный, и у него в Городе квартира, в которой сейчас живут старушка-мать и младшая сестра с мужем. Он всех здесь знает и в традиционных развлечениях командированных не нуждается. Его верные спутники, «Птица» и «Товарищ Генерал», когда он в Городе, всегда с ним. Остальных, Филатов от тела отгоняет, иногда очень жёстко. При мне наорал на девушку, секретаря какого-то Райкома Комсомола, которая попыталась сунуть ему в карман пиджака записочку со своим номером телефона. А девушка та, была просто зачётной, природная блондинка, ноги от шеи и с натуральной «четвёркой». Я бы на неё не орал!

Ректор Электротехнического института, дяденька, ну, совсем не дурак. Он уже понял, что без него его женили, ну, или… избрали для великой цели. И лучше, попасть под паровоз, чем качать права, вместо того, чтобы под всю эту сурдинку не укрепить материальную базу вверенного ему института и себя лично. А что к чему, начальство из Москвы объяснит, оно лучше знает. А ты, сиди себе, и слушай. Сиди и слушай.

Пичугин улыбается, поглядывая, то на меня, то на Лёню, а дядя Антон Лазарев сидит ровно и просто смотрит перед собой. Он спит! Да, да, спит… с открытыми глазами! Причём, правой рукой он держит красивую импортную ручку и что-то постоянно помечает в своём блокноте, даже, не заглядывая в него. То ли, этому, его научили в КГБ-шной школе, то ли, у него врождённый талант, но я знаю, что если вдруг его сейчас попросить выступить, он встанет, и начнет выступать, не важно о чём. И не поймёшь, то ли ещё во сне, а то ли уже проснувшись. Потрясающе полезный навык! Я, как- то подсмотрел, а что же дядя Антон пишет в своём блокноте? Волна за волной и строка за строкой, там шла непрерывная фраза «Не высовывайся!».

И только молодой человек по имени Лёня, пока ничего не понимает. Нет, он, будучи совсем не глупым молодым человеком, понимает, что, что-то от него хотят. Но, вот, что? Он, с большим интересом прослушал лекцию странного школьника, постоянно отмечая про себя, по ходу изложения, что, вот, здесь, он бы так и сказал, а здесь, так и сформулировал, но, еще бы добавил…

* * *

Лёне 31 год, он родился на Урале и с «отличием» закончил Горный институт. Кандидат технических наук. Член КПСС. Перспективный научный сотрудник в крупном НПО горной промышленности. Его отец, Абрам Вайсберг, председатель городской еврейской общины, но почему-то это никак не помешало карьере сына, даже, где-то и помогло. У Лёни есть жена Наталья и маленькая дочка. Кроме горного дела, Лёня увлекается изучением истории цивилизации и религии, именно так написано в объективке, сейчас лежащей перед Филатовым.

Но, есть на него и другая объективка, у меня в голове. Вайсберг Леонид Абрамович, 1944 г.р., доктор технических наук, профессор, академик РАН, трижды лауреат Государственных премий и пр., и пр., и пр. У него, есть даже орден «Полярная звезда» — высшая награда Монголии, что-то он им там построил, горноперерабатывающего. Но, именно он придумал «Техносферную безопасность». Именно он придумал и частенько читал студентам ту самую публичную лекцию «Как спасти человечество от отходов?!», которую, сегодня, впервые, сам и послушал, в моём исполнении. И, это, единственная сфера его кипучей и разносторонней деятельности, в которой, он просто не успел победить…

Он умер, нелепо и страшно, всего лишь в 76 лет. В больнице. Проклятый Ковид! Хоронили его 31 декабря. Кругом уже вовсю хлопало шампанское, а его несли на кладбище. Наверное, он бы пошутил по этому поводу. Как шутил над собою и окружающим его миром, всю свою жизнь.

«Леонид Абрамович! Есть мнение, что основной причиной появления такого большого количества отходов является сверхпотребление, это так?». «Думаю нет, Человечеству столько не наср-ть!».

«Леонид Абрамович, скажите, как Вы относитесь к экосбору?». «Никак, тратят его другие!».

Миша смотрит на Лёню, а Лёня смотрит на Мишу. В глазах у юного Лёни тысячелетняя печаль еврейского народа, он не понимает, что его ждет. Не боись, Лёня, ничего плохого, я сам боюсь… Он, конечно, ещё слишком молод для такого глобального прорыва. Но тогда и время было такое, взрослели медленно — а куда торопиться, наверху все занято…

Я помню его уже гораздо старше, совсем седого. Но, умный внимательный взгляд и аккуратная щетка