Икан Гультрэ - Птице нужно небо. Часть III и IV (СИ)

— Да, я младший брат покойного Симьяра, меня зовут Теагир.

— Покойного? — вопросительно прохрипела я. — Кто ж его упокоил?

— Собственная неумеренная ярость на фоне перекрытых энергетических каналов. Честно говоря, зная своего братца, я ожидал его кончины в самое ближайшее время, но вашего появления не предусмотрел. И, признаюсь, без вас все было бы гораздо проще: никаких вопросов о наследстве. Ваше появление осложнило ситуацию.

— Так за чем же дело стало? — горько пошутила я. — Еще не поздно от меня избавиться. Тем более сейчас, когда я пребываю в беспомощном состоянии, это не составит труда.

Я ляпнула это, а сама внутренне похолодела, сознавая, что нахожусь наедине с человеком, который вполне может желать мне зла, и при этом не только беспомощна, но и обнажена, лишь ниже пояса прикрыта простыней, из-за чего мне было вдвойне неуютно. Человек же, казалось, не замечал моей наготы.

— Не говори таких слов, девчонка! — возмущенный Теагир перешел на «ты». — Если я и похож на Симьяра, то это не значит, что я мыслю так же и готов приносить кого-то в жертву своим целям.

— Простите. Не хотела вас обидеть, — буркнула я в ответ.

Новый герцог Алейский покинул комнату. Я осталась одна и через какое-то время задремала. Проснулась от чьих-то осторожных шагов. Чуть-чуть повернула голову и увидела незнакомую молоденькую горничную с подносом.

Девушка опустила поднос на столик у моей постели, заглянула мне в лицо и, увидев, что я уже не сплю, заговорила:

— Господин лекарь распорядился покормить вас.

— Я не хочу есть, — я действительно не хотела, не столько даже есть, сколько совершать необходимые для этого движения.

— Госпожа, лекарь очень настаивал. Он сказал, что меня накажут, если вы не поедите, — заныла девица.

Что-то я не могла себе представить лекаря Ремара, который на чем-либо настаивает да еще грозит наказанием горничной. Это меня насторожило. Я принюхалась осторожно — пахло обычной едой, ничего особенного. Но змеиный дар свидетельствовал о наличии яда в тарелке. Миленько! Неужели Теагир решил-таки от меня избавиться? А как искренне возмущался моим предположением!

— Я не голодная! — упрямо заявила я и спрятала лицо в подушку.

Но девица не собиралась так просто сдаваться. Она решительно схватила меня за плечо и заставила со стоном повернуться на бок. В другой руке горничная уже держала наготове ложку с подозрительным варевом. Я попробовала увернуться, но цепкие пальцы не попытались мне воспрепятствовать. Это меня разозлило. Забыв на мгновение о том, как может отозваться на это моя израненная спина, я оттолкнула девицу и вскочила на кровати. Лицо горничной скривилось в неприятной гримасе. Она швырнула в меня ложку, от которой я не успела увернуться, и схватилась за тарелку с едой. Летящую в меня посудину мне удалось отбить, после чего я набросилась на девицу, игнорируя мучительную боль, и повалила ее на пол.

Именно в этот момент отворилась дверь и на пороге комнаты появились посетители — новоиспеченный герцог Алейский и… магистр Релинэр собственной персоной.

— Рада вас видеть, магистр, — прохрипела я, слезая с поверженной горничной.

— Мне нравится, как вы меня встречаете, — улыбнулся Релинэр, но глаза его излучали беспокойство.

— Я бы предпочла встречать вас, как минимум, одетой, — я стянула с постели простыню и укуталась в нее, болезненно поморщившись, после чего присела на краешек кровати, не в силах держаться на ногах.

— И что здесь произошло? — поинтересовался Теагир.

— Да вот, ваша светлость, девушка решила меня ядом накормить. Не по вашему ли распоряжению, герцог? — горничная тем временем съежилась около стенки, стараясь казаться незаметной.

— Что-о-о?! — взревел Теагир.

— Спокойно, — вмешался магистр Релинэр, — сейчас все выясним.

Он подошел к девушке, наклонился, и обхватил ее голову руками. Та не сопротивлялась и не выказала ни малейшего недовольства — работа менталиста началась. Несколько минут они провели в такой позе, затем магистр разогнулся и повернулся к нам:

— Сама затеяла. Решила наказать ту, по чьей милости, как ей кажется, она лишилась хозяина и любовника. Разберетесь тут?

Теагир молча кивнул, а менталист обратился ко мне:

— Отправляемся.

— Как? — удивилась я.

— Порталом. У меня есть стабильный выход в моих апартаментах в школе и мощный накопитель, так что можно одним прямым прыжком. Только позволь, я тебя обезболю и закутаю нормально в простыню, потому что из своей комнаты мне сразу придется тащить тебя в школьную лечебницу. Так что давай, — я наклонила к нему голову, и он провел рукой над самой моей макушкой.

Тело сразу обмякло, и менталист подхватил меня на руки, чтобы не дать сползти на пол. Сознание при этом оставалось ясным.

— До встречи, герцог, — вяло пробормотала я.

— Да, встретиться нам придется в любом случае. Я улажу тут самые срочные дела — и сразу в столицу, к его величеству.

— До встречи, — кинул через плечо Релинэр, открывая портал.

Спустя мгновение мы уже стояли посреди его гостиной. Я мешком висела у него на руках, укутанная простыней — еще в сознании, но уже не в состоянии ни на что реагировать. На портал внутри школы менталист тратиться уже не стал, а просто отнес меня в лечебницу, вызвав по пути немало любопытных взглядов, и передал меня с рук на руки школьному целителю.

Умелый лекарь тут же захлопотал вокруг меня, а я постепенно уплывала в сон.

Когда я проснулась, мне показалось, что прошло совсем немного времени, потому что магистр Релинэр все еще был рядом со мной. Однако за окном уже стемнело, а лицо у магистра было утомленным, под глазами пролегли тени.

Я лежала на животе, кожу на спине ощущала стянутой, но боли не было. Попробовала чуть-чуть пошевелиться — немного некомфортно, но вполне терпимо.

— Проснулась? — наклонился ко мне магистр.

— Угу.

— Ну тогда не поленись рассказать, почему ты не обратилась ко мне, обнаружив провалы в памяти?

— Вы уже знаете, да?

— Поговорил сегодня с доктором Вестрамом.

— Я заходила, но вас не было.

— Лари-и-иса, но ведь можно было передать сообщение.

— Я… подозревала вас, — мне было ужасно стыдно.

Магистр со вздохом откинулся на спинку стула. Лицо его при этом выражало неподдельное страдание.

— Да… Представляю, что ты подумала — я ведь действительно имел возможность… И когда ты перестала подозревать меня?

— Когда вспомнила про саа-тши… Вы ведь про них тоже знаете — из моих воспоминаний? — менталист кивнул. — Я нашла свой тайник и в нем ваш подарок.

— И ты им воспользовалась, — магистр не спрашивал, а утверждал.

Я кивнула и позорно разревелась. Релинэр взял меня за руку и так держал, пока я не успокоилась. Потом просто шепнул:

— Все уже позади, — и вышел.

А я опять задремала. Когда я проснулась в следующий раз, у моей кровати сидел другой посетитель — Наттиор.

— Ну что, птичка, вылетела из клетки? — с улыбкой склонился надо мной полуэльф.

— Похоже, да, — с сомнением отозвалась я.

— И как небо?

— По-прежнему далеко, — я ухмыльнулась, — небо, знаешь ли, еще и заслужить надо, как выяснилось.

Следующей в палату явилась Рейяна. Она нахально откинула простыню с моей спины, поцокала языком и воскликнула:

— Ла-а-ари, ты что, попалась на воровстве, и тебя высекли?!

— Нет, это меня муж учил.

— Чему учил?

— Жизни.

— Му-у-уж?! — спохватилась соседка. — У тебя есть муж?

— Был. Так старательно учил жизни, что сам помер. Переусердствовал. Случается, знаешь ли.

Опешившая Рейяна покинула палату, не прощаясь, и тут же внутрь заглянул лекарь. Окинув меня цепким профессиональным взором, он остался удовлетворен увиденным. Кивнул каким-то своим мыслям и собрался уже выйти, но я его остановила. Меня вдруг накрыло каким-то странным, но очень знакомым ощущением, и я решила выяснить, то ли это, о чем я думаю:

— Доктор, вы не могли бы узнать… Мне кажется, вокруг школы бродит огромная зверюга. Гайреф называется. Если это действительно так, то он ко мне. Можно его впустить?

Целитель посмотрел на меня так, словно усомнился в моей умственной полноценности, однако спорить не стал, просто вышел. Вернулся он почти через полчаса, зато не один — следом за ним в палату, пыхтя, ворвался гайреф.

Зверь, оказывается, чувствовал, что со мной непорядок, но не мог нащупать мое сознание, потому что я то без этого самого сознания пребывала, то просто спала. Теперь я очнулась окончательно, и гайреф смог меня найти. Гай — так я его, особо не заморачиваясь, обозвала — пас меня до самого выздоровления. На следующий день я уже начала вставать и понемногу ходить, а еще два дня спустя меня выпустили из лазарета.