Настоящий американец - Аристарх Риддер

автомобиле, я разъезжал по бутикам известных кутюрье и скупал в них новые коллекции одежды. К полудню я был полностью упакован и в отличном настроении покинул Рим.

Вечный город образца 54-года, с одной стороны был более свободен, здесь еще не было таких толп туристов, как в будущем, а также криминального вида эмигрантов из Африки. С другой стороны, здесь хватало местных попрошаек и проститук, которые нагло приставали к прохожим. Но это касалось центра города. Окраины же, через которые я проезжал, сейчас представляли собой настоящие трущобы, которых хотелось побыстрее миновать, а вместо этого приходилось снижать скорость и сигналить, прогоняя с дороги полуголых детей и пьяных нищих, что кидались под колеса, выпрашивая милостыню.

Выехав, наконец, на трассу, я вдохнул в легкие свежего, не загаженного продуктами человеческой жизнедеятельности, воздуха, врубил музыку на всю громкость и разогнал свой феррари до очень приличных 140 километров в час.

Под капотом ярко-красной красотки рычат 340 лошадиных сил, светит ласковое итальянское солнце, а в моем кошельке дорожных чеков на сто двадцать тысяч долларов, миллион лир на непредвиденные расходы в Италии и пять тысяч долларов, которые я обменяю на франки в Монако.

Позади осталась Флоренция. Дороги парадоксально хорошие, словно и не было десять лет назад войны. Судя по карте до места назначения осталось всего километров триста. Думаю, часа за три с половиной доеду.

На подготовку я потратил целую уйму денег, но это было необходимо. Мне требовалось произвести впечатление очень богатого и при этом недалекого молодого американца. Именно поэтому мне нужна абсолютно непрактичная Ferrari, пошлые запонки и зажим для галстука. И все это ради того, чтобы попасть в один из закрытых клубов на территории Монте-Карло, где можно сыграть на действительно большие деньги.

В своей прошлой жизни я был членом одного из таких клубов, которые представляли из себя этакие загончики для элитных европейских кабанчиков. Место, где отпрыски богатейших фамилий Европы могли спокойно общаться с себе подобными, трахать девочек соответствующего уровня и спускать семейные денежки.

Попасть в закрытые клубы можно только по приглашению или в сопровождении члена клуба, что для меня пока невозможно. Нет у Фрэнка таких знакомств, в других слоях общества вращался. Так что придется мне воспользоваться черным входом. Дело в том, что помимо представителей Старый семей в клубы иногда допускают и таких, как нынешний я. Богатые простаки, которые по какой-то прихоти Судьбы получили доступ к большим деньгам. В мое время этими «баловнями» были российские олигархи, а также представители политических элит некоторых бывших союзных республик. Сейчас же эту нишу занимают вчерашние скотоводы из Айдахо и скороспелые нефтяные короли Лос-Анджелеса.

И первые и вторые готовы с радостью расстаться с большими деньгами за иллюзию приобщения к высшему обществу Европы. Это как с женщинами высшего класса. Менеджер чуть выше среднего, руководитель направления в крупной компании, вроде Лукойла или кто-то в этом роде никогда не женится на красотке с обложки светского журнала, он ее финансово не потянет. А вот заплатить эскортнице, которая очень похожа на модель мирового уровня, он вполне может. Купит себе иллюзию обладания женщиной высшего класса.

Так и в случае с закрытыми клубами. Их члены продают такую иллюзию нуворишам, позволяют им проигрывать там миллионы, и при этом еще быть за это благодарными. Ведь те за пропуск за массивные золочёные двери, туда где начинается в их понимании настоящая жизнь, готовы поступиться многим, как деньгами, так и самоуважением. Понты дороже всего. Так было и так всегда будет, ибо человек социальное животное.

Вот мне и предстоит побыть приманкой. Пить, гулять, много и глупо ставить во время игры в рулетку и покер, чтобы нужные мне люди решили что я богатый дурачок, с которого можно стрясти денег и хорошо при этом развлечься, унижая нувориша. Унижая изящно, умело пользуясь полутонами и полунамеками, так чтобы сама жертва прямо не понимала, что над ней издеваются, но определенно об этом догадывалась, отчего начинала нервничать и совершать глупые поступки. Элита же не только ради бабок тащит в клуб богатеньких дурачков. Первейшее их желание — развлечься. Скучно жить, когда у тебя все есть. Нужны особые развлечения, чтобы зацепило и торкнуло. И каждый раз требуются все более изощренные их виды. Именно из этой потребности проросли в современном для меня мире виртуальные и реальные клубы педофилов, садистов и других извращенцев. Именно по этой причине устраивали закрытые виртуальные аукционы, на которых можно было приобрести рабов для сексуальных утех.

Ладно, я отвлекся. Надеюсь до извращений дело не дойдет. Местные аристократы удовлетворятся самоутверждением за счет американского богатея. А когда моя ставка выиграет, выплатят мне мой выигрыш без всяких дополнительных условий. Иначе я разозлюсь и устрою им маленький армагеддон в лучших традициях Лэнгли. Создам террористическую сеть, целью которой будет устранение членов клуба. Кстати, отличная мысль, может мне создать такую сеть для борьбы с англосаксами?

В висках заломило, я зажмурился от боли, а когда спустя секунду открыл глаза, то увидел прямо перед капотом испуганную девушку.

— Фрэнк! Сука! — я нажал на тормоз в последний момент. — С вами все в порядке? — выскочил я из машины.

Вместо ответа она лишь беззвучно шевелила губами.

Моя тачка остановилась буквально в двух дюймах от девушки. И если бы тормоза сработали не так четко, то ее ноги оказались бы зажаты между двумя автомобилями. Дело в том, что итальянка, а судя по темным волосам и загорелой коже, она была именно ею, стояла посреди дороги не просто так. Капот ее машины, такой же марки как и у меня, только серебристого цвета, был открыт и оттуда валил пар. По всей видимости, в пути случилась поломка и итальянка была вынуждена искать помощи у других водителей.

Фрэнк, какого хрена? Чуть в неприятности нас не втравил. Хотя чего тебе-то? Это же мне пришлось бы прятать труп!

— С вами все в порядке? — повторил я вопрос, щелкнув перед лицом девушки пальцами. А затем подумал, что она меня не понимает и уже хотел идти за англо-итальянским разговорником, который купил в Риме, как она ответила на английском с очаровательным акцентом.

— Кажется, — сперва девушка придирчиво осмотрела свои ноги, а затем вынырнула из образовавшейся между машинами щели.

— Серебристый цвет тусклый, поэтому на дороге не особо заметен. В следующий раз выбирайте машину яркой расцветки, — посоветовал ей я и, немного подумав, дополнил. — Но не зеленую.