Сын Тишайшего-3 - Александр Яманов

спортом и соблюдает диету. Не знаю, сколько Ваня протянет, будем надеяться, много.

— Предлагаю не ходить вокруг да около. Я принял предложение Его Величества, и Россия вступит в войну с Портой в следующем году.

После моих слов оба барона не выказали эмоций, но сразу расслабились. Ведь они действительно проделали большой объём работы. Ещё подкинули мне денег, поднесли отличные дары и добились мира с Польшей. В принципе, плевать на все уловки, просто война неизбежна. Только есть у меня кое-какие условия.

— Русская армия ударит по Крымскому ханству, стараясь разбить его лучшие войска в поле. Поверьте, брать крепости мы пока не умеем. Да и нашим союзникам выгоднее, если уменьшится численность вражеской армии. — Послы молча переглянулись и снова повернулись ко мне, ожидая продолжения. — Не буду скрывать, что России необходима поддержка Польши. Без сдвоенного удара мы не добьёмся достойного результата. Я понимаю, что в Священной лиге есть определённые разногласия. Но пока король Ян безуспешно осаждает Каменец-Подольский, его войска не приносят пользы общему делу. Если же крепость падёт, то поляки смогут ударить вниз по Днестру, достигнув Буджака. А это заставит татар метаться между двумя армиями. Поэтому прошу помочь нашим соседям толковыми инженерами, осадными орудиями и порохом. В следующем году я не стану отправлять помощь королю и казакам. Она понадобится нам самим.

Немного помолчав, немцы начали торг. Ситуация не похожа на базар, мы изъяснялись изысканными фразами и полунамёками, но сути это не меняет. В общем, через полчаса словоблудия предварительное решение было приятно: Россия в 1686 году присоединяется к Священной лиге. Детали уже уточнит МИД и Барятинский, представляющий Министерство обороны.

Не сказать, что нам необходима помощь поляков. Важно втянуть их в конфликт ещё сильнее. На Подолье султану плевать. А вот выхода польской армии к побережью он не потерпит. Значит, последует ответный удар. Вот пусть наши враги режутся и ослабляют друг друга. Мы же пока будем очищать степь и усиливаться.

[1] Леопольд I (1640 — 5 мая 1705) — император Священной Римской империи с 18 июля 1658 года, король Венгрии с 27 июня 1655 года, король Чехии с 14 сентября 1656 года[1], второй сын императора Фердинанда III и Марии Анны Испанской. Царствование Леопольда I отмечено острым соперничеством с Людовиком XIV за гегемонию в Европе. В его правление турки безуспешно осаждали Вену, и было начато освобождение от них Венгрии. В целом Леопольду удалось укрепить империю, стоявшую после Вестфальского мира на грани развала.

[2] Аллонж (фр. allonger — удлинять) — парик с длинными волнистыми локонами. Был введен при дворе короля Людовика XIV в 60-х гг. XVII в. Считается, что мода на подобные парики возникла в связи с тем, что король очень рано начал лысеть и не желал мириться с этим фактом. Надев пышный парик, Король-Солнце «обрёк» на ношение аллонжей всю Европу. Поскольку «истинно королевский парик» должен был напоминать львиную гриву, поначалу он изготовлялся белокуро-рыжеватым.

Глава 9

— Ты уверен? — тихо спрашиваю посетителя.

Глупый вопрос. Вне зависимости от ответа я и сам начал подозревать неладное. Есть у меня личная разведка, которая сейчас проверяет полученную информацию. И вдруг появляется Башмаков, попросивший об аудиенции. Обычно мы встречаемся раз в неделю или реже. Кстати, Дементий знал о заговоре бояр и иерархов, решив, что ситуация под контролем. Это верно, если брать внутреннюю кухню тайного сыска. Ведь лучше выследить всех неблагонадёжных и прихлопнуть их одни ударом. Просто я случайно наткнулся на заговорщиков. Но мы всё равно не дали бы им развернуться. Слишком беззаботно вели себя потенциальные мятежники.

А ещё у Тайного сыска оказались свои люди в обоих лагерях заговорщиков. Как в светском, так и в церковном. Надо заметить, что глава спецслужбы внимательно слушал мои советы, почерпнутые в будущем, и применил их на практике. У него были агенты не только среди бояр, чиновников и иерархов, но даже среди раскольников. Оно дело нужно и полезное. Здесь главное — не увлечься, как русские жандармы в XX веке, решившие начать свою игру. Поэтому для баланса, помимо конторы Башмакова, есть ещё разведка, возглавляемая Гавриловым, внутренние войска Дунина и люди Матвея Пушкина.

Бывший глава Разбойного приказа сейчас руководит небольшим отделом при канцелярии. Формально подчинённые боярина занимаются ревизией ведомств, госзакупок и деятельности крупных чиновников. Вроде этакие серые мыши, сверяющие бухгалтерские книги. По сути «пушкинцы» контролируют настроения среди вельмож и являются моей личной разведкой.

Остальные структуры государственные, а эти содержатся из царской казны. Не надо путать её с бюджетом страны. Вообще, пора разгрести финансовые дела. Слишком много моих личных средств вложено в экономику. Надо их вытаскивать либо провести жёсткую границу. Ведь мне ещё сестёр замуж выдавать, приданое за ними давать, каждой по дворцу построить и выделить какое-то дело в кормление. Добавьте к этому предстоящую свадьбу Ивана. Но об этом позже.

Нехорошие новости пришли оттуда, откуда я точно не ждал. Говорю же, нельзя расслабляться. Никогда. Но и жить в постоянном напряжении — это путь к частым нервным срывам. Всё-таки моя психика не такая пластичная, как у окружающих, и на многие вещи мы смотрим иначе. Потому и происходят различные казусы.

— Я бы не стал приходить с непроверенными сведениями, государь. В докладе есть и мои догадки, — Башмаков указал на принесённую папку. — Но они основаны на изучении поведения подозреваемых лиц. Ты сам учил меня анализу.

Дементий Минич смешно произнёс греческое слово, неизвестное в этом времени. Вернее, сама аналитическая наука пока не вышла на уровень XXI века. А людей, умеющих думать и сопоставлять факты, здесь хватает. Только мы с Башмаковым пошли дальше и всерьёз занимались мозговыми штурмами, когда пытались распутать некоторые сложные преступления. Понятно, что всё это дилетантство со знаниями, почерпнутыми из книг и статей. Однако для этого времени они оказались прорывом.

Что касается цели визита, то глава Тайного сыска сообщил о странных действиях вдовствующей царицы. На самом деле с Натальей Кирилловной всё ясно, это гость выбрал дипломатическую формулировку. Как же меня всё достало! Получается замкнутый круг, по которому я бегаю, будто белка в колесе.

Откидываюсь на спинку кресла, делаю пару глотков морса и внимательно смотрю на испещрённое морщинами лицо собеседника. Водянистые глаза Дементия выглядели спокойными, хотя он прекрасно понимал, что ступил на тонкий лёд.

— Я понимаю, в чём выгода матушки, — произношу с усмешкой. — А боярам чего неймётся? И на что надеется Наталья Кирилловна?