Сын Тишайшего-4 - Александр Яманов

— Спасибо за дочь, Владыка! — душегуб вдруг рухнул на колени. — Я бы не предал, ты не сомневайся. Но теперь мне будет легче, зная, что с Евдокией всё хорошо. И деньги на приданное я сам дам, их у меня немало скопилось.

Ну и ладушки! Что я могу сказать?

— Твоя основная задача — создание мистического ордена. Лучше, чтобы он был магометанский. Мы нашли двух любопытных проповедников в Порте, которые толкуют Коран по-своему. Вот такого человека и надо выдвинуть как главу будущей гильдии убийц. Но с виду всё должно выглядеть прилично и красиво. В Константинополе обратишься к одному человеку, который станет помогать тебе. Но особо на него не полагайся, устраивайся самостоятельно. Лучше всего смени веру, — снова поднимаю руку, дабы пресечь возражения гостя, — это необходимо для дела. Потом отмолишь все грехи. Пока будешь строить орден, займёшься устранением работорговцев, живущих в османской столице и сбежавших из Крыма. Лучше выйти на местных душегубов и заплатить им за работу. Таких людей хватает, в основном из греков и арнаутов. Вот задание, давай обсудим детали.

Открываю папку с планом создания ордена убийц и указываю Скомороху на стул. Создаваемая организация — это не моя блажь. Года через три-четыре она должна начать наводить ужас на османскую знать и купечество. Это будет тотальная война, как я и обещал. Мы станем бить по всем слабым местам противника, используя любые грязные методы. В первую очередь необходимо устранять наиболее талантливых военачальников и управленцев. Месть тоже никто не отменял. Работорговцы и спонсоры этого ужасного промысла должны умереть!

* * *

Помимо ученика светила мировой гинекологии, в Москве меня ждал ещё один человек. По идее, предстоял важнейший разговор с запуском или приостановкой одного тайного проекта. Я даже встречу организовал в Воробьёво, подальше от лишних глаз. Пусть злопыхатели и сплетники думают, что царь, не успев вернуться из долгого похода, сразу побежал тешить свою похоть в объятиях одалисок. Плевать, в том числе на обиды жены. Государственные дела важнее. Если мы провернём эту авантюру, то казна года на три-четыре позабудет о нужде в деньгах. Это важнее чувств любого моего близкого человека.

Ещё пять лет назад в Европу поехали русские мастеровые и студенты. Им вменялось перенимать опыт и учиться у более продвинутых иностранцев. Кстати, на запад отправились отнюдь не юнцы с ветром в голове, а часто состоявшиеся в своей профессии люди. Например, зачем мне платить за обучение восемнадцатилетнего неуча на юридическом факультете Лейпцигского университета? Какой из него толк? Поэтому в Саксонию выдвинулись три опытных дьяка из Поместного и Казённого приказов.

То же самое касалось других сфер. Мастера вообще занимались наглым промышленным шпионажем. А наши представительства в Англии и Голландии являются разведцентрами, готовыми всегда вывезти нужного человека из страны.

Торговые отношения с ведущими европейскими странами устанавливались с трудом. Мы там никому не нужны. Лёд тронулся, когда заработал Волжский транзит. Тогда спесивые хозяева морей даже позволили России иметь свои торговые суда. Пусть их пока всего семь, да и команды состоят наполовину из немцев и тех же голландцев, однако это первый шажочек к экономической независимости.

Развитие международных связей помогло работе русской разведки. Сначала мы действовали через Швецию, назначая представителями немцев, родившихся или выросших в России. К моему удивлению, таких людей немало. Возьмите того же Андрея Келлермана, моего личного врача и лучшего хирурга страны. Он скорее уже обрусевший немец, чем ганноверец, как его отец, приехавший в Москву сорок лет назад.

Но было ещё одно дело, помимо обучения, развития торговых связей и шпионажа, не дававшее мне покоя. Скажем так, мне жутко завидно, что у всяких еретиков и схизматиков слишком много денег. Получив необходимую информацию, собранную разведкой за три года, я тщательно её проанализировал. Оказалось, что ничего сложного нет. Нужен только толковый человек с определённым складом ума. И он нашёлся.

Богдан Иванович Ордин-Нащокин является представителем древнего, но скромного рода, верой и правдой служащим русским правителям. Это заслуженное семейство взлетело при Афанасии Лаврентьевиче, известном дипломате, дяде моего кандидата. Но постепенно старых служак отодвинули от трона, хоть и приняли в ряды аристократии.

Богдан с юности отличался беспокойным и пытливым нравом. Авантюрист, в общем. Будучи пятнадцати лет от роду, он записался в пограничный полк и два года воевал с татарами. Затем беспокойный товарищ служил в Посольском приказе и даже ездил в Польшу с дипломатической миссией. Более того, не обращая внимания на осуждение высшего света, Ордин-Нащокин занялся торговлей и несколько раз посещал Англию, Германию, Голландию и Швецию. После чего молодой человек занялся разведением коней.

Самое забавное, что все бизнес-проекты непоседы оказались прибыльными и были выгодно проданы. Просто шебутная натура не позволяла дворянину долго сидеть на одном месте. И вдруг царь делает предложение, от которого сложно отказаться. По идее, приказ монарха надо выполнять, но был один вопрос, смутивший даже столь специфического человека. Всё-таки в эти времена понятие дворянской чести — не пустой звук. Вот и Богдан подумал об уроне своему достоинству. Однако для меня не проблема запудрить мозги неискушённому в политических вопросах человеку.

Молодой Ордин-Нащокин зашёл в мой кабинет, поклонился и стал жадно рассматривать обстановку. Судя по лёгкой тени разочарования, он надеялся увидеть здесь красивых девиц. Не менее десятка которых расхаживают голышом по палатам в Воробьёво, судя по последним сплетням. Немного смутившись, Богдан задержал взгляд на огромной карте, висящий на стене, но сразу привёл свои чувства в порядок.

— Думаешь, пора начинать? — решаю сразу приступить к делу.

— Так мы уже работаем, государь! Я ведь приехал за деньгами и людьми, чтобы успеть до конца навигации на Балтике, — ответил дворянин и тут же спросил: — Неужели ты решил всё отменить?

И столько разочарования было в голосе молодого человека, что мне стало его жалко.

— Наоборот, надо ускоряться. Садись, — машу рукой на гостевое кресло и передаю гостю папку с бумагами: — Здесь пути отхода. Когда вернёшься в Москву, к тебе подойдёт человек, он поедет с тобой. Как и три пятёрки подготовленных бойцов. Можешь на них полностью положиться. Запомни одно: никто и никогда не должен узнать о нашем участии в этом деле. Лучше сбросьте золото или взорвите корабль, кстати, люди получили приказ об уничтожении любых доказательств, связывающих вас с Россией.

— Государь… Прости, но я хотел спросить… — замялся Богдан, но затем посмотрел мне в глаза: — Как