Игра без правил (СИ) - Афанасьев Семён

Я перевел дыхание и принялся добивать.

- Но вообще-то ты кое-в-чем прав. Ты поднял важные моменты, и сейчас я вам их распишу. Итак, вам не нравится, что вы играете втемную. Да, никому не нравится. Вы хотели бы знать, какие у вас шансы и перспективы. Ну, скажу честно. Я не знаю, как быстро мы сможем выбраться отсюда. У меня куча планов, но я не могу предсказать, какой сработает. Однако есть кое-что, что я предсказать могу. Хотите знать, зачем рисковать? Лады. Хотите, контейнеры будут падать не хрен знает где, а вот тут, сразу за оградой? С выпивкой, свежим мясом и прочими классными вещами?

- И как ты это сделаешь? – спросил кто-то.

- Пока что тайна. А хотите, вместе с контейнерами будут спускаться на парашютах горячие девчонки? Не гарантирую каждому по гарему, да и каждому свою тоже не получится – но если у нас будет не две чиксы, а… десять? Причем такие как Ким или не сильно хуже? И перепихон, соответственно, не раз в месяц, а раз в три-четыре дня? Да еще каждый раз новая? Как вы считаете, это стоит того, чтобы попотеть и немного рискнуть?

Зашушукалась толпа вокруг, и я понял, что убедил их. И тут внезапно из толпы заговорил Добсон.

- А можно вопрос?

- Валяй.

- Где ты возьмешь десять или хотя бы девять классных телок, если женщин очень редко приговаривают к смерти, да и к пожизненному тоже, а те, которые иногда получают такой приговор, как правило, старые, страшные или и то и то сразу? И потом, женщин на Острове почти нет потому, что даже получившие пожизненное предпочитают долгую жизнь за решеткой, а не быструю смерть на Острове.

- Тебе не нужно заморачиваться такими вопросами, потому что тут есть я, чтобы думать за тебя. Важно не то, как я буду решать эту проблему – важнее, когда. Вы хотите знать перспективы? Слушайте внимательно. Один-два месяца после уничтожения «апачей» - и контейнеры будут падать прямо у нас под носом. С чиксами все будет дольше – юридические заморочки – но тоже быстро. Два месяца, может, три. Что скажете? Как вам такая перспектива?

- А если не получится? – спросил Зурита.

- Тогда вы все поймете, что я трепло. Так что? Вы готовы попотеть ради такой перспективы, что я описал?

Ответ был ровно таким, как я и ожидал.

Глава 19

Буквально на следующий же день в обед примчался один из отрядов, посланных за контейнером. Контейнер они нашли и вычистили без помех, правда, всего лишь вшивый десятый уровень, да еще и крайне неудачный: пистолет, пригоршня патронов и консервы дней на пять-шесть одному человеку. Для «голого» одиночки это самый лучший вариант из всех вариантов десятого уровня, потому что со «стволом», но вот конкретно нам не уперся ни пистолет, ни пистолетные патроны: когда у тебя на человека в среднем по два ствола и у любого минимум дробовик, а у половины автомат либо пистолет-пулемет – пистолетики уже не котирутся. Получается – сходили мужики вчетвером и принесли еды примерно в три раза больше, чем с собой в поход на обед взяли.

Однако небогатый улов с лихвой перекрыл тот факт, что на обратном пути они совершенно случайно обнаружили укрытие, построенное в километре от лагеря. Ну как обнаружили – просто едва не свалились в свежевыкопанное углубление в земле, не такое глубокое, как траншея, но довольно обширное, к тому же со следами маскировочных работ.

Блекджек посовещался с Вогелем, а затем они взяли пятнадцать человек и пошли на разведку, поставив весь лагерь в боевую готовность.

Вернулись они через час.

- Там явно готовили долговременное укрытие, - сообщил мне, Лейберу и Ильзе Джейсон. – Очень все свежее. Маскировка, наваленный бруствером мусор, все такое. Землю отнесли подальше и разбросали. В общем, очень толковое укрытие должно было получиться. Что важно – место выбрано такое, которое не просматривается ни одной камерой. Верней, одна должна была просматривать – потому строители пошли даже на такое ухищрение, как пересадка дерева. Выкопали трехметровое деревцо и пересадили так, что оно полностью закрыло обзор камере на укрытие. То есть, из камеры даже не заметить, что что-то изменилось, все как всегда – только сбоку появилось «новое» деревцо, закрывшее обзор в тот угол. Я как нашел следы пересадки – даже не сразу допер, в чем был смысл… Короче, мастера. Судя по всему, там поработали с самого утра минимум два человека, и свалили они аккурат перед подходом наших оболтусов, те не очень-то соблюдали тишину. Свалили так быстро, что даже забыли саперную лопатку. Я вот думаю – кто бы это мог быть? Уж не «апачи» ли?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Даю гарантию, что они, - сказал я.

- Чуйка, аргумент «больше некому» или что посерьезнее? – приподняла бровь Ильза.

- Перекопанное дерево. Я даже готов поспорить, что работали они не с утра, а еще затемно. Дерево перекопали еще до рассвета. Понимаешь, они прятались не от кого-нибудь, а конкретно от меня.

- Почему ты так думаешь?

- Ну смотри. От камер прятаться незачем. Многие игроки жили и сейчас живут в укрытиях, просматриваемых камерами, и ничего. Некоторые, такие, как покойная Анна Кольер, вообще преспокойно устраивали шоу перед камерами, показывая и рассказывая, как они живут и все такое. И никто эту Кольер не отыскал. Потому что если в поле зрения камеры нет никакой особой приметы – невозможно по картинке с камеры узнать, где находится эта самая камера. Корпорация предельно аккуратна в том, чтобы не выдать своей трансляцией местонахождение игрока. Таким образом, даже если весь мир увидит, что два игрока построили себе убежище – ничего страшного. Их никто не найдет. Так почему же они перекопали дерево?

- Из параноидальности?

- Не нужно объяснять паранойей то, что замечательно объясняется и без нее. Эти двое – «апачи». Теперь давай предположим, что трансляцию с камеры возле них случайно вижу я. Я, как известно, знаю в лицо почти всех игроков, кроме прибывших после меня. Я вижу двоих «апачей» в отдельном укрытии – и сразу же понимаю, что это укрытие где-то рядом. На самом деле, это укрытие может быть и далеко от нас, например, это охотники на новичков, но я этого не знаю и начинаю подозревать худший вариант. Мы начинаем прочесывать местность и находим их. Именно поэтому они начинают работать затемно, потому что в режиме тепловизора камера дает такую картинку, что в лицо человека не узнать. Они перекапывают дерево и дальше уже работают спокойно, невидимые для камеры. Я предполагаю, что если о моей способности запоминать всех в лицо «апачи» и не знали сами, то Боливар сказал. Есть и второе объяснение. Я – хакер, самый известный в мире, я сам в этом признался перед дроном. Сисадмины Корпорации прекрасно понимают, что только с планшетом их не взломать, о том, что я протащил сюда специальные средства и заранее подготовился, они не знают, а потому спят спокойно. Но человек, плохо разбирающийся в компьютерах и сетях, может быть уверен, что суперхакер способен взломать сеть Пентагона с мобильного телефона, найдя уязвимость через кофеварку в кабинете секретарши. Например, Боливар, или же кто-то другой, вполне мог заподозрить, что я уже взломал сеть Корпорации и получил доступ к камерам. Тот случай, когда полный невежда, основываясь на ошибочных представлениях, случайно делает правильное предположение. Как бы там ни было, мы получили подтверждение, что «апачи» не оставили своих планов и не будут дожидаться своей судьбы тихо-мирно.

- Ну поглядим. Мы с Максом установили там растяжку на всякий случай.

- Маловероятно, что они вернутся.

- Через несколько дней, если что, пойдем и заберем гранату – все-таки, у нас их осталось две, считая установленную.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})* * *

Совсем уж под вечер случилось настоящее «чэпэ»: группа из шести человек, отправленная на поимку новичков, идя по следу будущего «рекрута», столкнулась с группой «апачей», и в итоге обратно вернулись только два человека.

Мы снова собрали экстренный военный совет.

Со слов выживших, дело обстояло так: первым выдал себя самый правый боец, Венетто, к слову, едва ли не наиболее бестолковый и бесполезный из всех «пиратов» вообще. Собственно, именно потому он и шел с краю, как живая сигнализация. Отряд, видимо, уже был обнаружен, потому что как только Венетто неосторожно вышел на прогалину, его срезали короткой очередью. Отряд залег, а «апачи», воодушевленные успехом, пошли в атаку. Было их, по словам выживших, порядка семи-восьми человек.