Шпионские игры - Артём Март

всем такой, будто стреляли со второго этажа мечети.

— Очень хорошо, — кивнул Шер. — Рахим?

— Да, господин.

— Когда все начнется, — он хмыкнул, — убей молодого шурави, о котором я тебе рассказывал. Он точно будет одним из тех, кто станет передавать нам пленного Нафтали. Я хочу, чтобы его кровь омыла землю этой равнины. Я не позволю неверным говорить со мной в таком тоне, как говорил он.

— Рахим показал Шеру свой кривой, ужасающего вида нож. Потом ловко крутанул им в ладони и схватил обратным хватом.

— По воле Аллаха, мой нож оборвет жизнь неверного.

— А после, — Шер улыбнулся, — я займу место Нафтали, как командир, отомстивший за его смерть. Вы же — станете плечом к плечу со мной во главе нашего отряда.

Оба душмана поклонились.

Шер хотел было встать, но повременил.

— Рахим?

— Да, господин?

— У тебя еще остался тот чудесный яд, что ты привез из Пакистана?

— Да, господин.

— Сегодня ночью, когда все закончится, — Шер показал ровные, странно мелкие и будто бы немного женственные зубы в хищной улыбке, — отрави Абдулу. Он будет только мешать.

— Слушаюсь, господин.

* * *

Когда мы с Наливкиным и Булатом поднялись на второй этаж, Нафтали здесь охранял второй Маслов — Андрей. Нафтали сидел на своём месте со связанными руками, походил на неподвижную статую. Однако мерно поднимающиеся и опускающиеся от дыхания плечи выдавали в нём живое существо.

— Андрей, — начал Наливкин, — проверь задние ворота двора. Нам нужно поговорить с пленным.

— Есть, — Маслов, дежуривший у другого пролома, что был поменьше того, у которого сидел Нафтали, выпрямился. Поведя затекшими плечами, он закинул автомат на плечо и пошёл вниз.

Мы направились к Нафтали. Буля, не получивший никакой команды от меня, улёгся под проломом в стене, недалеко от командира «Чохатлора». Нафтали наградил пса холодным взглядом. Тот заурчал.

— Фу, Булат, — сказал я, когда мы с капитаном встали над связанным бандитом.

Нафтали поднял на меня глаза. Тогда Наливкин бросил ему несколько слов на дари. Нафтали не ответил. Он только угрюмо хмыкнул и отвернулся.

— Кажется, наша барышня не в настроении, чтобы говорить с тобой, — хохотнул Наливкин.

— Ничего, — я опустился на корточки перед Нафтали, — настроение появится. Переведите ему мои слова, товарищ капитан.

Я заговорил. Наливкин стал переводить:

— Ты ведь видел, что к нам приезжали твои люди?

Нафтали сделал вид, что не слышал моих слов. С каменным лицом он просто сверлил меня взглядом.

— Ну конечно же видел. Не мог не видеть, — я встал, указал рукой на брешь в стене. — Отсюда всё хорошо видно.

Нафтали никак не отреагировал и на этот раз. Даже опустил взгляд к полу.

— Я ведь сказал тебе, Саша, — пожал плечами Наливкин. — Он не захочет говорить.

— Переводите дальше, товарищ капитан.

Наливкин промолчал. Кивнул. Я продолжил:

— Какой-то Шер разговаривал с нами. Он говорил от имени всех «Аистов». Что ж. Тебе нашли замену даже быстрее, чем я думал.

Нафтали вдруг резко поднял на меня взгляд. Глаза его горели яростью. Он прикрыл их, глубоко вздохнул. Заговорил. Смысл его слов я понял через перевод Наливкина:

— Чего ты хочешь от меня, Шайтан?

— Мы с Шером заключили договор, — сказал я.

Эти мои слова уже заинтересовали Нафтали. Если раньше взгляд его будто сочился ненавистью, теперь в нём заблестел интерес.

— Да. Договор. Ты в обмен на то, что все мы с миром покинем мечеть и доберёмся до дома. При этом ни один из людей Шера не поднимет ни на кого из нас руку.

Когда Наливкин перевёл моё «из людей Шера», Нафтали свирепо, по-звериному оскалился. Сморщил нос.

— Так что скоро, Нафтали, ты отправишься к Шеру.

— Я не трофей, чтобы меня передавали из рук в руки, — поморщился он злобно.

— Ты не в том положении, чтобы определять свою судьбу.

Нафтали снова уставился на меня и тихо проговорил:

— Если бы мои руки были свободны, клянусь Аллахом, я бы сломал все кости в твоём теле.

Я промолчал. Потом извлёк штык-нож из ножен. Провокация сработала. Правда, перед офицерами о ней пришлось немного умолчать. Слишком велик был риск, что они отвергнут весь мой план. Теперь, когда Наливкин стоит перед фактом, отвертеться ему будет сложнее.

— Селихов? Ты что удумал? — напрягся Наливкин.

— Всё хорошо, товарищ капитан. Просто переводите дальше.

Наливкин нервно засопел. Я снова опустился к командиру «Чёрного Аиста»:

— Я могу освободить тебя прямо сейчас, Нафтали. Попробуй меня убить.

— Селихов, ты что несешь? — Наливкин испугался.

— Всё идёт по плану, — обернулся я к нему. — Просто переводите.

— Ты правда собираешься освободить его⁈

— Если понадобится.

— Да ты сбрендил!

— Товарищ капитан, — я вздохнул. — Я вас подводил хоть раз?

Наливкин нахмурился. Нервно поправил ремень автомата, висевшего у него за плечом.

— Что ты задумал, Саша? Это ведь не по плану! Ты понимаешь, что то, что ты делаешь — это безумие?

— Он уважает только силу. Будет слушать только того, кто сильнее его самого.

— Саша…

— Если всё получится — мы уйдём живыми, — я пристально посмотрел Наливкину в глаза. — Я вам обещаю. Доверьтесь мне и позовите ещё людей.

— Зачем?

Я снова глянул на Нафтали.

— На случай, если я проиграю. Тогда застрелите его.

— Селихов, — покачал головой Наливкин, — я тебе запрещаю…

— Иначе ничего не выйдет, товарищ капитан. Иначе всё было зря. Вы же слышали мой план. Не так ли?

— Слышал, — выдохнул Наливкин.

— И сами отметили в нём одну слабую сторону — Нафтали. Так как нам убедить его?

— Я думал… Я думал, ты с ним о чём-то поговоришь…

Я молча покачал головой.

— Если у тебя не выйдет — мы все трупы, — догадавшись, что я хочу сделать, сказал Наливкин.

— По какому бы пути мы ни пошли — все они рискованны. Вопрос только в цене. Я предлагаю вариант, который будет дешевле, — я снова глянул на Наливкина, — если считать в человеческих жизнях.

Лицо Наливкина стало скорбным. Взгляд задумчивым. Потом он внезапно для всех хмыкнул:

— С другой стороны, я видел, как ты убил троих духов в одиночку. С