Мой Советский Союз Магических Республик 2 - Сергей Викторович Вишневский

— Полдевятого… Пора бы и домой, — пробубнил он и открыл дверь в кабинет.

В кабинете у магокалькутрона сидел задумчивый худой и высокий мужчина с козлиной бородкой.

— Что, Леш, не выходит каменный цветок? — хмыкнул Лев Петрович, направляясь к своему месту.

— Лева, а откуда эта тележка вообще взялась? — не отрывая взгляда от графиков и схем, спросил мужчина.

— Студенческая поделка. Я так прикинул… Учебные комплексы, максимально топорно, но работает ведь, — произнес он, еще раз пригубил чаю и уселся за стол. — А ты ведь сам знаешь — чем проще, тем ремонтопригоднее. А то наворотят такого, что волосы на заднице дыбом на обслуживании.

— Угу… — закивал Алексей и принялся задумчиво теребить бородку.

— Ты чего там завис?

— Сколько, говоришь, они рун поправили?

Лев Петрович хмуро почесал лоб, взял папку на краю стола, открыл и буркнул:

— Семнадцать.

— Семнадцать рун на все и… — тут коллега повернулся и глянул на друга. — Ты видел, что получилось?

— А чего у тебя там? — поднялся Лев Петрович и подошел к Алексею.

Нагнувшись к схемам магокалькутрона, он вгляделся и удивленно поднял брови.

— КУК — тысячные доли, — произнес Алексей. — А теперь на фон посмотри.

— М-м-м-мда, — задумчиво произнес Синицын и причмокнул губами. — А, ну-ка пусти…

Коллеги поменялись местами, и Лев Петрович принялся тыкать в схемы и вносить поправки.

— Я уже прогнал ее по сложным условиям, — хмыкнул худощавый мужчина и взял свой стакан с остывшим чаем. — Если они еще и углы у рун поправят, чтобы экономичнее было — вояки с руками оторвут. Этими тележками можно и в местах силы пользоваться, и по складам оружейным не боясь таскаться.

Лев Петрович глянул на Алексея, хмыкнул и повернулся к образовавшимся новым таблицам и графикам.

— Ну… допустим, — недовольно проворчал он, снова принявшись вносить поправки.

— А теперь сюда добавь модульную конструкцию. Они, считай, из профиля ее делают. Продольные, поперечные и четыре вертикала с перекладиной, — продолжил мужчина ворчать в спину артефактору. — По сути, ремонт — выкинул один профиль, вставил другой. Сколько элементов в этой тележке? Пятнадцать? Это же…

— Они еще не довели ее до ума, — буркнул Лев Петрович. — Испытательных образцов две штуки и все.

— Лева, оно есть. Оно в металле, — начал давить Алексей. — Это уже повод постучаться в патентное бюро. А там, как только схему прогонят на своих магокалькутронах, и вояки подтянутся.

Синицын тяжело вздохнул, осмотрев получившиеся схемы, глянул на коллегу и молча поднялся. Пройдясь к своему месту, он уселся в кресло, отхлебнул чаю и произнес:

— Надо бы придержать военных.

— Зачем? — удивленно глянул на него Алексей.

— А ты посмотри, что нам отсыпают, — кивнул на дверь. — Вояки же как хомяки голодные все, что не приколочено, тащат. И сидят на своей секретности. А эти за лентой, думаешь, не просекут что к чему? Ты Вольфа экстрактор видел?

— Видел, — недовольно сморщился мужчина. — Одного взгляда хватит, чтобы по рунам разобрать.

— Ну, вот и выходит, что эта секретность военная больше нам вредит, чем врагу. Тележка-то хорошая, — кивнул на графики Лев Петрович. — И что? Они же это подгребут, в архив положат и…?

— И забудут, как тысячи проектов, — вздохнул Алексей. — Только если захотят, то…

— Так пусть тележка в серию мелкую пойдет, — хмыкнул Синицын. — Если она в серии уже будет, то что? Они будут бегать тележки эти собирать? Как ты себе это представляешь?

— Ну, у этих хватит мозгов и побегать, — усмехнулся мужчина и кивнул. — Но тут ты прав. Попробовать стоит. Только…

— Что? — хлебнул чаю Лев Петрович.

— Ты ведь понимаешь, что это прямое нарушение пункта…

— Леша, вот давай не надо мне тут ля-ля, — постучал пальцем по чайнику коллега. — Изменение наружного слоя металлического сплава и контроль через температуру. Сказать тебе, где это использоваться может?

— Не, ну я же так… Предупредить, — усмехнулся Алексей и покосился на магокалькутрон, что все еще показывал проекции таблиц и графиков. — Слушай, а давай углы поправим, а?

— Не лезь, — махнул рукой Синицын. — Сами сделали — пусть сами правят. А то так и будем бегать за ними и сопли подтирать.

* * *

Лаврентий Павлович глянул на часы, а затем поднял взгляд на дежурного и спросил:

— Косточкин где?

Тут же из коридора послышались торопливые шаги, и уже через несколько секунд в приемную вошел лысый мужчина.

— Готово, Лаврентий Павлович, — протянул он ему папку.

— Хорошо, — взял ее и тут же открыл глава ГБ Союза. Пробежав глазами по содержимому, он кивнул и протянул руку за второй папкой. Обычной, серой, с надписью «Дело» и небольшим шнурком, что был запечатан сургучом. Сверху на красной кляксе красовалась сложная печать с рунами. — Свободны.

Мужчина кивнул и тут же покинул приемную. Лаврентий Павлович же молча повернулся и направился в кабинет.

— А вот и наш главный докладчик, — прозвучал старческий скрипучий голос глубокого старика за столом. Он обвел взглядом присутствующих и приглашающе махнул рукой, покрытой пигментными пятнами. — Заходите, товарищ… Заходите.

Лаврентий прошел в кабинет, отошел чуть в сторону, к доске, и глянул на главу партии.

— Разрешите начинать?

— Начинайте, Лаврентий… Начинайте, — кивнул он, взял небольшую маску, шланг от которой тянулся под стол, и прислонил к лицу.

— Товарищи, — оглядел собравшихся ГБшник. — Ситуация такова…

Безопасник открыл первую папку и, перелистнув пару страниц, вытащил крупную, формата А4, фотографию, которую закрепил на доске. На ней был явно мертвый мужчина, лет тридцати на вид.

— Недавно при задержании на секретном объекте «Горький» был уничтожен очередной оборотень и один взят живьем. Я бы не собрал вас здесь, если бы не тот факт, что вместе с внешностью и голосом были подменены отпечатки пальцев и радужки.

— Так и раньше… — начал было один из мужчин, что сидели за столом.

— Радужку глаз подделывали сверхтонкими линзами, а отпечатки проявлялись уже через неделю, после обработки достаточно сильной кислотой. В этот раз ничего подобного не произошло, — Лаврентий Павлович оглядел собравшихся. — И на первого удалось выйти только благодаря