Максимальный Форсаж - Крис Форд

значит. Ну-ну. Знаешь что, если у тебя есть этот самый руль, за который ты умеешь держаться, и если у тебя хватит духу, то приезжай к часу к Икее в Химках.

— Понятно, — сухо ответил я. — посмотрим.

В этот момент я закончил с запасным колесом и зафиксировал его в багажнике Мустанга.

Вика достала кошелёк, вынула оттуда пару тысячных купюр и подала их мне.

— Спасибо Максим, — сдачи не надо.

— Пожалуйста, — я взял деньги и засунул их в нагрудный карман комбинезона, — будем рады видеть вас снова.

Девушка фыркнула в ответ на мои слова, села в машину и уехала.

А я остался. Закрыл автосервис и пошёл домой, уже почти девять, так что давно пора.

* * *

На часах без четверти одиннадцать. Верка как всегда закрылась в комнате и утащила туда телефон, болтает с какой-то подружкой.

Меня сестра а недавних пор откровенно сторонится, и это хорошо. В первую очередь для неё. Мне её неформальные хахали уже в печенках сидят, а снова расчехлять биту не очень-то и хотелось.

Мама в зале смотрит свой любимый сериал про ментов. Кажется, «Улицы разбитых фонарей». Я иногда сажусь смотреть вместе с ней, но сегодня что-то не хочется.

Я откровенно маюсь в своей комнате с дешёвым линолеумом в качестве напольного покрытия, старым рассохшимся окном и тусклой от старости люстрой. Бедно живёт моя семья, если не сказать больше.

Вот на улице взревел какой-то мощный двигатель, и меня как будто пружиной подкинуло.

Быстро одеваюсь, беру ключи от автосервиса и выхожу в коридор.

Где сталкиваюсь с мамой.

— Максим, ты куда на ночь глядя, — настороженно спрашивает она.

— На работу мам, забыл кое-что сделать.

— Это надолго? Тебе и завтра же рано вставать.

— Я не знаю. Как получится. Там уже с утра машину забирают, а она не готова.

— Ну так завтра и доделаешь. Максим, я не понимаю. Ты и так очень много времени проводишь в этом своем автосервисе. Теперь ты еще и ночью будешь работать? Нет, до завтра подождёт!

— Мне заранее заплатили, и машина должна быть готова к открытию, — спокойно объясняю я и показываю матери деньги, которые мне заплатила Вика.

Две тысячи — достаточно убедительный аргумент и мама уступает.

— Я просто очень о тебе беспокоюсь сынок, — говорит она как-то жалостливо. Ты в последнее время сам не свой.

— Да всё хорошо, мам. Я как закончу — сразу домой. А завтра может быть выходной возьму, — говорю я маме и выхожу сначала из квартиры, а потом и из подъезда.

Автобусы уже не ходят, так что для скорости я ловлю такси, и через десять минут выхожу из машины рядом с автосервисом.

Захожу внутрь, завожу машину Андрея, и несколько минут просто сижу в ней слушая шум мотора.

Гольф практически готов. Нам осталось только поработать над салоном, приборку мы уже поменяли, а вот руль, обшивку, акустику — последними. Вообще, получилось очень удачно для меня. Еще утром и задний диван и водительское с пассажирским креслом лежали в углу автосервиса. Водительское кресло мы поставили буквально перед самым приездом Вики.

Звук работающих под капотом гольфа шести цилиндров настроили меня на нужный лад и здорово прочистили мозги. Я автогонщик! Это не просто моя работа, это моя жизнь. И пора становиться собой.

Правда был один маленький бюрократический нюанс. Прав-то у меня нет. Если остановят то мало мне не покажется. Тем более, что и машина не моя.

Что ж, придётся в этот раз наступить на горло собственной песне и нарушить закон. Этого, конечно, делать нельзя. И если очень хочется, то нельзя, но сейчас мне это необходимо.

Я выехал из автосервиса, заправился и аккуратно, максимально по правилам, поехал в сторону Москвы.

Гольф считается пацанской тачкой, он очень популярен у уличных недогонщиков и четких пацанов.

Но это всё не про машину Андрея. То, что у неё под капотом — остаётся под капотом, а с виду именно эта машина выглядит максимально травоядно. Нейтральный белый цвет, никаких там наклеек, тонировки и прочего. Плюс, это не предыдущее поколение, благодаря которому у этой машины такая репутация.

В общем такой себе волк в овечьей шкуре.

На посту за городом я свернул с Волоколамки налево и спокойно покатил себе в сторону Ленинградки. Машин по ночному времени на объездной было немного. На самом шоссе трафик был уже посерьезнее, но пробок я не встретил.

В итоге к Икее я подъехал вовремя. Сам магазин был уже закрыт, но на парковке была очень интересная движуха. Сразу два десятка машин стояли рядышком, и в свете фар я видел их водителей и пассажиров.

Припарковавшись рядом я вышел на улицу и подошёл к этой небольшой толпе.

— А ты кто такой? — тут же спросил меня какой-то тип, одетый на мой вкус как-то попугайски. Новенькие эйр джорданы в его прикиде сочетались с мотоциклетной курткой Бугатти и кожаными штанами. Дополняли образ крутого стритсракера — перчатки. Этот хрен не придумал ничего лучше, чем напялить велосипедки. Правда, очень дорогие, спору нет.

— Марк, он со мной, знакомься, это Макс — раздался голос Вики. Она стояла чуть в сторонке и разговаривала с еще одной девицей. Тоже с эффектной внешностью, но если по Вике было сразу видно, что форма соответствует содержанию, то эта дама была какая-то пустая, что ли.

— Да? Ну ок, — тут же потерял ко мне интерес Марк.

А затем обратился ко всем присутствующим.

— Значит так, народ. Все в сборе, и даже с добавкой, — тут он коротко взглянул на меня, — сейчас мы дождёмся Степаныча. Товарищ майор нам всё подтвердит, и можно ехать. А пока этого волка в овечьей шкуре нет, давайте утрясём формальности. Тут нас, — он задвигал беззвучно губами считая, — шестнадцать человек. С каждого по штуке за участие. Победитель забирает всё. — Тысяча? Это приемлемо, подумал я и полез в карман. Но тут же вынул руку.

Потому что Вика первой достала деньги у себя из сумочки, и свете фар я увидел доллары.

Она передала их Марку, и тот, не считая, сунул их в большой конверт.

— Спасибо, Викусь, первая штука баксов есть. Жду остальных.

Когда в конверте Марка оказались пятнадцать тысяч долларов тот повернулся ко мне.

— Итак, мы ждём только тебя дружище.

— У меня нет таких денег, — ответил