Авантюрист. Калифорния (СИ) - Риддер Аристарх

— Я могу задействовать всех моих коллег? — спросил Ортега имея в виду еще троих горных инженеров, прибывших вместе с ним.

— Нет, я бы хотел, чтобы один из вас привел в порядок добычу пирита, это очень важно для нас, мы из него делаем серную кислот, которая используется, в том числе при производстве пороха и взрывчатки. Месторождение тут недалеко, добывают пирит местные индейцы, и я подозреваю, что делают это ужасно примитивным способом.

— Что-то еще?

— Конечно, кроме того нам нужно повысить эффективность добычи угля на Аляске, мистер Фултон сейчас заканчивает паровой экскаватор для угольного карьера, но помимо него там нужен и нормальный горный инженер.

— Аляска? Это же…

— Да, это на севере, там русская колония, с которой мы очень плотно сотрудничаем.

— Но ведь русские враги короля.

— Сеньор Ортега, мы тут все давно враги короля. И я, и вы, и последний индеец грузчик в порту. Так что, не забивайте себе голову.

— Ясно, сеньор де Каса Альмендарес, работы действительно много.

— О, на этот счет не переживайте, её будет еще больше. Мне и сухопутная дорога в Мексику нужна будет.

— Ну, это вы можете поручить местным индейцам прямо сейчас.

— Это как? Вы думаете что они смогут без вас справится со взрывчаткой? Которой у нас, кстати, почти не осталось, на строительство двух дорог её точно не хватит и нужно производить дополнительно.

— Нет, но она им и не нужна. В Мексике задолго до нас строили дороги, измельчая камни с помощью специальных водорослей.

— Можете объяснить?

— На самом деле это очень просто, берутся определенные водоросли, мокрые они раскладываются на камни, а когда водоросли высыхают, они дробят эти камни. Что за водоросли я знаю и могу показать, что к чему.

— Отлично, сеньор Ортега, просто отлично. Раз нам не нужна взрывчатка для этого, то сначала вы должны будете проинструктировать местных и еще один ваш человек займется дорогой. Итого у нас четыре горных инженера, каждому достается по одному проекту. Я очень рад, что вы с нами, обещаю что если будете делать качественную работу то я вас озолочу.

— Спасибо сеньор, но сначала надо деблокировать тропу, на месте которой мы дорогу строить будем. Она под контролем враждебных для белых местных.

— Это не ваша забота, к тому моменту, когда вы будете готовы, тропа будет расчищена. Уж чего-чего, а солдат у меня теперь хватает.

Говоря это, я нисколько не кривил душой. Местные олони демонстрируют очень большое рвение в освоении военного дела и уже представляют собой достаточно неплохой стрелковый батальон. Командирами там особо опытные семинолы, с ними не забалуешь.

Вот их я и использую для деблокады тропы в Мексику, только надо будет еще один форт построить, надо же держать сначала тропу, а потом дорогу под контролем.

Решено, завтра же проведу совещание с моими военными, теми кто в Китай не ушел, и поставлю им задачу. Ну а пока, пора снова в больницу.

Глава 13

Первое ноября тысяча восемьсот седьмого года. Поселок Гамильтона. Калифорния.

— Как видите, Александр Андреевич, паровые машины имеют огромный спектр применения, судовые двигатели и экскаватор, который мы поставим на ваш угольный карьер это только малая его часть.

— Да, мистер Гамильтон, это действительно потрясающе. Особенно паровое отопление вашей больницы, — конечно Баранова заинтересовало в первую очередь оно, Аляска это не Калифорния, прямо скажем, там холодно.

— Я думаю, новое здание конторы Русско — Американской компании и резиденцию градоначальника мы сможем обеспечить не только ими, а и электрическим освещением. Зачем вам свечи и камины, в качестве источника тепла и света, всё будет по последнему слову науки и техники.

Баранов прибыл в Новоархангельск вчера, не удержался и спустился к нам на свежепостроенной шхуне «Паллада». Обратно он со своими людьми пойдет на «Святой Луизе» а «Палладу» мы переоборудуем под паровую машину.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

С Барановым, помимо обслуживающего персонала экскаватора отправятся две сотни солдат из числа индейцев олони во главе с Шиаем, один из наших новых горных инженеров десяток два десятка пленных, они будут работать на угольном карьере и двадцать стражников с капралом семинолом. Раз уж у нас есть пленные и угольный карьер, можно и нормальную каторгу устроить, тем более что именно этих я отправляю на север не просто так.

Большинство из попавших к нам в плен роялистов оказались вполне вменяемыми людьми и, приняв «условия игры» отправились строить наш новый форт «Алькатрас». Как только они закончат, то будут свободными людьми, которые смогут включиться в нормальную жизнь нашей колонии.

Но в каждом стаде всегда найдётся паршивая овца, в нашем случае таких овец было двадцать. То ли они были такими рьяными сторонниками Карла Четвертого, то ли просто не хотели работать, но в строительстве они никакого участия не принимали и только и делали, что подзуживали других заключенных.

Делать было нечего, и для их исправления я прописал трудотерапию в условиях крайнего Севера, для Калифорнии, конечно. Так — то Новоархангельск на широте Санкт — Петербурга находится.

Помимо «Святой Луизы» в Новоархангельск пойдет и один из захваченных нами кораблей роялистов. Флейт «Веракрус», наконец, был отремонтирован и получил паровую машину, точно такую же, как на «Селии» Именно «Веракрус» станет основным средством снабжения Аляски.

Я достаточно опрометчиво пообещал Баранову обеспечить его стройматериалами для строительства кирпичных зданий в Новоархангельске, если на небольшое здание мы еще можем привезти все необходимое из нашего поселка, то вот для того чтобы построить настоящий город этого уже недостаточно. Поэтому, мы будем ставить кирпичный завод и лесопилку там.

А город там будет, раз уж мы решили основную проблему русской колонии на Аляске, а именно снабжение продуктами, то нет никаких причин, для того чтобы он не начал развиваться по настоящему, прирастая заводами, школой, больницей, церковью и жилыми кварталами.

Оставался вопрос с жителями Новоархангельска, но новенькая шхуна «Надежда» уже ушла в Охотск. На ней отплыл Иван Александрович Кусков, ближайший сподвижник Баранова, очень деятельный и радеющий за свое дело человек. Ему Баранов поручил договориться с охотским градоначальником, думаю, что несколько семей он мне привезет сразу, а в следующий раз в Россию отправится значительно более вместительный корабль, способный взять на борт намного больше переселенцев.

Солдаты отправляются на Аляску не просто так. У Баранова снова начались проблемы с тинклитами, с этим индейским племенем русские уже воевали и воевали, прямо скажем, не очень удачно. Только появления Резанова с его моряками помогло переломить ситуацию в прошлый раз.

Тинклиты в прошлом году вроде как притихли, но возросшая активность русских им категорически не нравилась, и они снова начали нападать на промысловиков русско — американской компании.

В общем, Баранов здраво рассудил, что раз уж у него появился мощный союзник, то проблему тинклитов надо решить раз и навсегда. Я с его предложением согласился. И мои новобранцы получат необходимый боевой опыт, и Баранову помощь окажу.

Никакую резню мы там устраивать не собираемся, а вот показать, что с русскими лучше не связываться, надо. Кроме того, использование олони должно иметь еще пропагандистский эффект. Тинклиты воинственный народ, и если они увидят то, что их бьют не русские, а другие аборигены, глядишь и пойдут на поклон к «Большому Белому Президенту».

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Кроме того этот поход это отличная возможность проверить новые орудия в боевых условиях. Мы отправляем на Аляску одну батарею, четыре орудия вместе с расчетами и одним из помощников Костаса, который должен будет составить подробный отчет обо всех недостатках нового орудия.

Создатель орудия, Костас Лендакис сам очень хотел отправиться с Барановым, посмотреть, как поведет его детище в реальном бою. Но я волевым решением ему запретил это делать, солдат у меня хватает, а вот хороших инженеров кот наплакал, так что Костас обиделся, смотрит на меня и Луку волком и что — то мастерит у себя в мастерской, если у него получится что — то стоящее, я готов, хоть каждый день его «обижать».