Солдат. Мертвый и живой - Александр Вячеславович Башибузук

сильный взрыв, а над городом взметнулся огромный огненный клубок в облаке черного дыма.

— Есть, командир, есть! — заорал сапер. — Я же сказал! Просто задержка...

— Радуется! — Заржал Руди. — Я бы тоже радовался, кому охота чтобы ему родную жопу рвали. А наш командир может!

Ваня глубоко вздохнул и уже спокойно поинтересовался.

— Что там так сильно взорвалось? — но потом спохватился, выпрыгнул из кабины и подбежал к Вилли. — Что там?

— Шланг слетел с бензонасоса... — торопливо ответил Нойер, не высовываясь из-под капота. — Сейчас хомут накину, подкачаю бензин вручную и поедем. Все будет хорошо, командир! Обещаю...

— Внимание! — воскликнул танцор. — Со стороны города две машины, идут к нам на полной скорости. По ним стреляют, похоже! И еще несколько! Черт...

За машинами из города выметнулось еще две, следом бронетранспортер, с его пулемета на турельной установке, часто срывались язычки пламени.

Последний Виллис вдруг зарыскал, пошел боком и перевернулся, из него посыпались человеческие тела. Передний ускорился и начал вилять по дороге, уходя от пуль.

— Возьми на прицел головной! — жестко скомандовал Иван.

— Командир? — танцор недоуменно покосился. — Тех, кто догоняет? А эти... эти же... это же, вроде, наши? По ним стреляют!

— Головного, сказал. Выполнять!!! — рявкнул Ваня.

Хайнц быстро крутнулся с пулеметом.

Оставшийся на ходу Виллис заметался по дороге, из него выпал человек, а потом машина задымила и слетела в кювет.

По странному наитию Иван заорал:

— Огонь, лупим из всех стволов по машине. Огонь, чертовы идиоты!

Он просто почувствовал, что так будет правильно.

Несколько очередей хлестнули по Виллису, он сразу загорелся.

— Отставить огонь. Внимание, приготовится...

Гнавшиеся за джипом внедорожники остановились возле Виллиса, но один пикап сразу подъехал к бронетранспортеру.

— Эй, парни, — весело проорал пулеметчик в каске с расстегнутыми ремешками. — Спасибо за помощь, конечно, но этих краучей на свой счет записал я. Понятно?

Ваня махнул рукой:

— Бери их себе, ковбой. Мы так, просто разминались. Кто это? Мы смотрим, вы стреляете, решили подстраховать.

— Кислая капуста, — небрежно ответил американец. — Диверсанты, мать их. Пробирались к складу топлива. Зарезали часового, но второй поднял тревогу, вот они угнали одну машину и рванули. Далеко не ушли! — он самодовольно осклабился. — Мой паренек, — солдат погладил Браунинг по кожуху ствола. — Кладет пули наверняка. Я орлу за милю яйца отстрелю.

— А что там пиздануло? — Ваня показал на столб дыма.

— Да хрен его знает?.. — пожал плечами американец. — Вроде со стороны штаба. Сейчас вернемся, глянем...

Неожиданно саданул еще один взрыв, гораздо сильней чем первый, но уже на дальней окраине Бастони. А через мгновение началась сильная канонада, а в воздух полетели дымные трассы, словно при фейерверке.

— Заложили все-таки мину! К топливу они лезли во вторую очередь, получается. Черт! Они успели... — ахнул пулеметчик и заколотил по кабине. — Давай назад, Джонни, назад...

Додж развернулся и укатил в сторону города.

Мотор бронетранспортера взревел, Вилли радостно отрапортовал:

— Готово командир!

— Уходим... — Ваня совершенно без сил упал на сиденье. — Уходим, сказал. Куда угодно, но только подальше от этого свинарника...

Около получаса гнали по главной дороге, потом Иван завидел встречные колонны техники и приказал свернуть на проселок, попетлял немного и заехал в лесок, где скомандовал привал.

— Готовь передачу. Уничтожен штаб командования американских сил в Бастони. Наблюдали взрывы на гарнизонных складах боеприпасов. Есть угроза обнаружения. Запрашиваю указаний. Живо...

— Это был Готфрид... — вдруг тихо сказал Руди. — Тоже из Кельна, как и я. Десантник. Я узнал его машину. Группа «Z». Это они рванули склады... а мы их...

Остальные посмотрели на Ивана, словно он был виноват, что товарищей по роте расстреляли.

Ваня заиграл желваками, сдерживая злость и резко скомандовал:

— К машине! Строиться...

Подождал пока группа выстроится, прошелся, заглядывая каждому в глаза, подавил в себе желание перестрелять диверсантов и тихо сказал.

— Наша задача, выполнить задание! Любой ценой. Понимаете, любой ценой, сраные вы свинособаки! И мы выполняем! Но еще я хочу вытащить тебя... — он по очереди сильно ткнул пальцем в грудь Феллера, а потом Адольфа, танцора и сапера. — И тебя... и тебя! И тебя! Живыми и здоровыми, сраные ублюдки. Мой долг, выполнить задание и вытащить каждого из вас из этой жопы живым. Хотя мне никто не ставил задание подтирать вам задницы. Но я буду это делать, потому что, сука, я командир! И это моя прямая обязанность. Что вам непонятно, дерьмо ослиное? Меня в свое время вытаскивали, и я буду вытаскивать.

Личный состав понурился, Руди хотел что-то сказать, но Иван оборвал его.

— Молчать! Несмотря на то, что они были уже мертвы, мне было тяжело, но я принял это решение! Я предотвратил попадание группы в плен, где им могли развязать языки и спас вас. И спас еще десятки людей, черт меня побери. Я взял грех на себя. Вы только инструменты в моих руках. Приказ командира... отвечать, мать вашу!

— Закон! — дружно отчеканили диверсанты.

Ваня свирепо оскалился:

— Тогда что вас не устраивает? Ты первый! Говори!

И скинул ремешок с крышки кобуры.

Феллер прижал руку к сердцу.

— Можешь застрелить меня командир! Я виноват, а ты во всем прав. И пусть меня разорвет на месте, но я пойду за тобой даже в ад!

— В самом деле, поныть даже нельзя... — поддакнул танцор. — Мы все понимаем.

Вилли пожал плечами.

— Ты прав во всем, командир. Я даже не думал сомневаться. Война дело грязное, а нам не привыкать. Но мы все люди, поэтому можем скорбеть...

Адольф молча отдал честь.

— Может кофейку, командир? — сапер состроил угодливую рожу. — Черт... да нам же не поверят. Грохнули штаб, только подумать, заехали как к себе домой и грохнули штаб...

— И Паттона, — спокойно добавил Адольф. — Генерала Паттона. Вероятней всего.

— Паттона? — у Ивана чуть челюсть не отвалилась. — Откуда ты знаешь, что в штабе был Паттон?

— Он подъехал на Виллисе к штабу в самый последний момент, когда ты уже отдал мешки, — невозмутимо сообщил диверсант. — Нам же показывали фото американских генералов на занятиях. У Паттона еще рожа такая противная. Вот я и опознал его. Это он, точно. Эта свинья постоянно ходит в