Последыш. Книги I и II (СИ) - Мах Макс

Итак, они поздравили Дарену Глинскую, пожелали ей счастья, подарили браслет, сплетенный из трех золотых цепочек и украшенный мелкими золотистыми топазами, и пошли общаться с другими гостями. Анна Георгиевна, — что не странно, — знала здесь едва ли не три четверти приглашенных и не забывала представлять им Игоря, по ходу дела, объясняя ему, кто есть кто в великосветском обществе Старого Запада. Бармин не тешил себя иллюзиями, что запомнит всех этих людей и все те слова, которые произнесла по их поводу княгиня Кемская, но он надеялся удержать в памяти хотя бы главное — информацию обо всех основных игроках в политические шахматы империи и в генетические «крестики-нолики» его рода. Получалось с трудом, потому что разговаривать пришлось много и долго, он даже к фуршетным столам вырвался всего один только раз. Съел быстренько два канапе — один, кажется, с паштетом, а второй, и вовсе, незнамо с чем, — выпил залпом бокал шампанского, чтобы утолить жажду и, более не откладывая, вернулся к своей даме. Отдохнуть, да и то немного, удалось только тогда, когда начались танцы.

— Иди, — порекомендовала ему бабка, — потанцуй, а то подумают, что ты ущербен духом. Плотью-то тебя бог не обделил. Вон как наши дамы на тебя слюни пускают. Осталось только доказать, что ты действительно тот, за кого они тебя принимают. И знаешь, что еще… Если с кем сговоришься, на меня не оглядывайся, езжай с ней! Охрану отзову, чай, не пропадешь, а домой на извозчике вернешься. Деньги-то с собой есть?

— Есть, — успокоил княгиню Игорь.

По старой американской привычке он прихватил с собой пару купюр и кредитную карточку. Места все это занимало немного, — потайной карман в камербанде[56], - а душу грело. Куда бы не забросило его этой ночью, если, вообще, куда-нибудь забросит, на то, чтобы нанять геликоптер, по-всякому, должно хватить. Прикинув открывшиеся перед ним перспективы, Бармин пригласил на первый танец красивую, но отнюдь не юную женщину. На вид ей было где-то от двадцати пяти до тридцати, и, значит, на самом деле, от тридцати пяти до сорока. Могло оказаться и больше, но Игорь на ней не жениться собирался. А так что ж, красивая, ухоженная и на него смотрит взглядом «с поволокой». Самое то, как говорили во времена его студенческой молодости.

Во время танца разговаривали. Вера напропалую кокетничала, тем более, что супруг ее контр-адмирал Белевский находился, как тут же выяснилось, в боевом походе у берегов Мадагаскара. Игорь отвечал ей взаимностью — откровенно флиртовал и отпускал весьма двусмысленные шутки. Это был его первый опыт в новом мире, а в старом он давным-давно забыл, как это делается. Однако получалось, вроде бы, неплохо.

— Следующий танец, надеюсь, тоже за мной? — спросил, провожая даму к тому месту, где она стояла прежде.

— Ни в коем случае! — охладила его пыл княгиня Белевская. — Сразу же пойдут разговоры. Пригласите меня на танец ближе к полуночи, тогда и поговорим…

Игорь оценил результаты знакомства, как положительные и более, чем перспективные, и пошел приглашать следующую даму. Танцевал он не так, чтобы уж очень хорошо, но на ноги дамам не наступал, двигался плавно и в такт мелодии, и вел себе при этом вполне раскованно. Шутил, говорил комплименты, немного флиртовал, тренируясь на будущее и выясняя границы своего обаяния. Выходило, что он вполне годный кавалер, покувыркаться с которым в постели не возражали, как минимум, две его новые партнерши. Одна из них, — к слову сказать, самая молодая, — так ему и объявила. Сказала, что она, дескать, давно ждала такого мужчину, чтобы расстаться, наконец, с надоевшим, как зуд, девством. Бармину, однако, ее предложение совершенно не понравилось. Что-то с дамой было не так. Он это чувствовал, но не мог пока облечь в слова. То ли нимфоманка, то ли «уж замуж невтерпеж», то ли просто сумасшедшая. Инстинкты буквально вопили, «не подходи, убьет», и Бармин счел за лучшее ретироваться, пока не стало слишком поздно.

Вторая действовала осторожнее, но, в конце концов, прорвало и ее, и дама предложила Бармину уехать с ней вместе в ее имение и «предаться там необузданному разврату». Эта, как он понял, была уже сильно подшофе и несла откровенную «пургу». От нее ему тоже пришлось спасаться бегством. Но прибежал он в результате весьма удачно. В глаза бросился нетривиальный образ «принцессы осени», и Бармин пошел на зов своего эстетического чувства.

Девушка, как ему и показалось в начале, оказалась очень молода — максимум лет восемнадцать, — высока и, пожалуй, несколько излишне худощава. Лебединая шея, маленькая грудь, — ее не увеличивал даже искусно сшитый лиф темно-зеленого платья, — зеленые глаза и волнистые волосы оттенка темной бронзы, переходящего тут и там в пряди цвета кленовых листьев поздней осенью. Неординарно и весьма впечатляюще. Однако девушка была не одна. Стояла рядом с приятной наружности молодым мужчиной, которого Игорь принял за ее жениха.

— Разрешите, пригласить вашу даму на танец? — вежливо спросил Бармин.

— Моя сестра сама решает подобного рода вопросы, — ответил с улыбкой молодой человек. — Олег Назаров, к вашим услугам.

— Ингвар Менгден, — склонил Игорь голову в полупоклоне. — Приятно познакомиться.

— Моя сестра Мария, — между тем представил девушку Олег Назаров.

— Рад знакомству, — улыбнулся ей Бармин. — Позволите вас на танец?

— С удовольствием.

Танцевали фокстрот. Бармин умел танцевать его еще в прошлой жизни, у него и теперь неплохо получалось.

— Простите за любопытство, сударь, — спросила девушка буквально через несколько секунд после того, как они вошли в круг. — Вы, господин Менгден, из каких Менгденов? Из Приладожских или Балтийских?

— Не из тех и не из других, — Вести партнершу оказалось на удивление легко. — Я из тех, что не нуждаются в определении. Я потомок по прямой линии Дарри Менгдена[57].

— Так вы граф Менгден? — удивилась весьма образованная для женщины ее лет Мария Назарова.

— Что вас удивляет?

— Но разве ваш род не прервался?

— Мой дед умер на плахе, — признал Игорь, гадая, куда может завести их этот разговор. — Мои родители умерли в ссылке. А я родился и вырос на Груманте и всего лишь пару месяцев назад получил разрешение покинуть остров. Но, как видите, я не тень отца Гамлета, а человек из плоти и крови, и поскольку император вернул мне имя, следует считать, что династия Менгденов не угасла.

— Ох! — сказала на это девушка. — Вы, Ингвар, просто, как герой романа. Граф Монтекристо…

— Я не бежал с острова Иф, меня отпустили, — возразил он с улыбкой, в очередной раз удивляясь причудам судьбы, подарившей Александра Дюма и его роман сразу обоим мирам.

Впрочем, в этом мире, Эдмон Дантес, хрен бы, свалил с Груманта. И дело не только в том, что до ближайшего берега тысяча сто километров Гренландского моря, а в том, что, во-первых, район Барентсбурга, — километров на пятьсот в окружности, — был заперт в какое-то там «Соляное кольцо Феньи[58]». А во-вторых, как объяснила ему бабушка, на всех ссыльных поселенцах стоял «знак». Был ли такой «знак» у родившегося на острове Ингвара, сказать было трудно, но по факту помеченные, окажись они на Большой земле без позволения, просто сдохли бы, и дело с концом. Впрочем, может быть во Франкии и не было таких строгостей, и графу Монтекристо удалось бы бежать?

Между тем, танец закончился, и Бармину не пришлось продолжать эту странную беседу. Флиртовать с девушкой ему даже в голову не пришло, поскольку возможное развитие событий можно было выразить двумя словами: никаких перспектив. Мария совершенно не заинтересовала Игоря ни в качестве будущей жены, ни как удобная любовница. Слишком молода и к тому же находится «под крылом» брата. Зачем ему такие сложности?

Зато невысокая брюнетка, как раз присевшая на канапе у ближайшей стены, показалась ему одновременно и соблазнительной, и перспективной. Женщина была хороша собой и к тому же нет-нет, да поглядывала в его сторону. Во всяком случае, Игорь уже несколько раз перехватывал ее заинтересованный взгляд. Однако с ней он даже начать не успел. Только подумал, что надо бы познакомиться, как к нему подошел вежливый молодой человек и тихим голосом пригласил на приватную встречу с князем Глинским.