Гарем для попаданки (СИ) - Гринь Ульяна Игоревна

— Ты мой женщина.

— Моя, — автоматически поправила я его и вскинулась: — Что за новости? С чего ты это взял?

— Ты пара! Я знаю.

— Где ты выучил язык? Ты ведь ничего не понимал две недели назад!

Он показал на мои губы, на свои, сказал:

— Поцелуй. Обмен. Ты моя. Ты пара.

— Какая, к чёрту, пара? — воскликнула я, и вдруг меня осенило: — Истинная пара? Ты оборотень?

— Что? Оборотень?! — он скривил губы и фыркнул: — Вот ещё! Я двукожий!

— Двукожий, — повторила я.

— Да! И не простой двукожий, — Стефан задрал нос, став похожим на статую. — Я не раб. Я принц!

— Что ты говоришь? — ядовито отозвалась я. — Аж целый принц! Что, и дворец у тебя есть?

— Замок, — кивнул Стефан. — Кстати, мы летят… летит… летим туда.

— С какой стати? У меня свадьба! Верни меня немедленно к моим женихам!

Его лицо исказилось, словно я причинила мужчине боль, и Стефан прорычал:

— Пар-ра! Моя пар-ра! Свадьба со мной или никакой свадьбы!

— Ты с ума сошёл!

— Да!

— В смысле? — удивилась я. Стефан приблизился, наклонился ко мне и прошипел всё с той же ненавистью:

— Моей парой должна была стать знатная двукожая! Моей парой должна была стать девушка с серебристой чешуей и длинным элегантным хвостом! Двукожая, а не человечка!

— Да ради бога! — я вскипела. — Лети к своей двукожей и целуй её в длинный элегантный хвост! А меня верни на мою свадьбу!

— Невозможно, — отрезал Стефан. — Мы не выбираем свою пару. Мы склоняемся перед мудростью природы и должны уважать её выбор.

— Да мне насрать, дорогой! Это у тебя пара, а у меня нет! Верни меня обратно, или я дойду пешком.

Стефан шагнул ко мне, схватил за руку, стиснул до боли:

— Нет! Ты и твои товарки удерживали меня силой, скручивали меня магией, а чужая магия причиняет двукожим боль! Теперь ты моя. Я унесу тебя в свой замок, и мы поженимся! Ты будешь жить со мной и родишь мне наследника, раз так решила природа!

— Ага, аж два раза! — бросила я ему и, отвернувшись, зашагала по скрипящему снегу прочь. В какую сторону — неважно, лишь бы подальше от этого заносчивого надменного двукожего принца без одежды.

— Я не могу тебя оставить, — негромко предупредил Стефан. — Я не смогу жить вдали от тебя.

— Ты всегда можешь вернуться в Фегру, — ответила не оборачиваясь. Порыв ветра снова закрутил мой платок, и я замерла с нехорошим предчувствием. В голове пронеслась чужая мысль: «Лучше я унесу тебя в Идрисс».

Ещё секунда, и я снова в воздухе, сжатая в талии огромными курячьими лапами. На этот раз удержалась от крика. Глянула вверх. Двукожие не птицы, хотя у них перья и когтистые лапы.

Двукожие — огромные летающие ящеры.

С перьями, да.

— Стефан! — крикнула, не надеясь на ответ. — Стефан!

Он молчал. Как бы привлечь его внимание? Снова укусить? Ещё зубы поломаю на этом железобетоне! Вот как он умудрился мне послать свою мысль? Может, и я так смогу, раз уж мы какая-то там мифическая пара?

Сосредоточилась, пытаясь думать только о том, что мне холодно на высоте на пронизывающем ветру. По-моему, даже покраснела от натуги — так усиленно думала! Но ничего не произошло. Или я дура, или лыжи мои не едут.

Пришлось так и болтаться всю дорогу, как тряпичная кукла, периодически постукивая зубами от холода, поджимая ноги внутрь платья и грея кисти рук подмышками. И всё равно, когда снег исчез, когда сосны и ёлки сменились лиственными деревьями и даже пальмами, когда далеко внизу показались каменные стены обещанного замка, я уже полностью задубела и не могла думать ни о чём, кроме горячей ванны и горы тёплых одеялок… А ещё представляла, как закопалась бы в козьи покрывала, натянула бы мех до самого носа и грелась бы, грелась, грелась…

Замок впечатлял. Не размерами, нет, хотя и ими тоже. Своим оборудованием для посадки. Я очень удивилась, что это не жёрдочки или насесты. Стефан, со свистом рассекая воздух, снизился в одну из открытых сверху широких каменных коробок. Аккуратно посадив меня на пол, принял человеческий вид. Потом посмотрел на меня и удивился вслух:

— Что это с тобой?

— Т-ты ид-д-диот? — стуча зубами и пытаясь разогнуть задеревеневшие руки и ноги, осведомилась я.

— Не думай, что сможешь вести себя так же дерзко, как в вашем неправильном мире, где командуют женщины, — спокойно ответил Стефан и приблизился к огромному гардеробу, причудливо вырезанному из красного дерева. Открыв створку, он провёл ладонью по висящей там одежде, выбрал роскошно вышитый золотом и серебром восточный халат размером на доброго коня и накинул на плечи. Что удивительно — из обычного мужчины мой бывший наложник сразу же превратился в знатного дворянина. И пусть кто угодно говорит, что не одежда делает людей…

Но мне не хотелось ни любоваться Стефаном, ни даже думать, что я влюблена в него. Мне хотелось его убить.

— Ты ид-диот, — убеждённо сказала, с трудом поднимаясь на ноги. Они затекли в полёте и теперь отзывались мурашками восстанавливающегося кровообращения. — Это же над-д-до быть таким умным и не под-думать о том, что…

Я встала кряхтя и шагнула к нему, заорав в лицо:

— НАВЕРХУ МОЖЕТ БЫТЬ ДУБАК!

Стефан прищурился, схватив меня за плечо:

— А ты и твои товарки подумали о том, что вы меня выставили голышом напоказ в середине зимы на мороз?

— Я тебя не выставляла! — обиделась. — Я тебя, наоборот, спасла от них! Я дала тебе свой плащ!

Драконий принц со смешком толкнул меня вниз, так что ноги подогнулись, и я упала на колени. Сказал веско:

— Ты такая же, как они, северная женщина. А я не раб. Я второе лицо в Аликарии после отца! Так что готовься. То, что ты моя пара, не значит, что я буду обращаться с тобой, как с принцессой.

— Попробуй! — фыркнула я даже из позиции «на колени и соси». — Я свободная женщина. И то, что ты какая-то там пара, мне не указ.

Дверь в стене распахнулась с жалобным скрипом, и в помещение, семеня немощными ногами, вбежал старик. У него были длинные седые волосы и редкая козлиная бородка. Чулки под короткими шароварами и приталенный камзол с галунами, а также деревянные башмаки — Испания или Франция? Опирался вошедший на резную палку, прихрамывая.

— Величайший! Прекраснейший! Наш господин! Вы вернулись! — возопил старик, воздев руки к небу.

— Да, я вернулся, — самодовольно ответил Стефан. — Как себя чувствуют родители?

— Ваша матушка была очень расстроена. А батюшка посылал гонцов во все ближайшие королевства… Мой господин, вы принесли новую игрушку?

Осознав, что старик говорит обо мне, я подняла голову и запротестовала:

— Я не игрушка! Я свободная женщина!

С резвостью, которой я никак не могла ожидать от такого старого пня, тот ударил меня по плечу своей палкой:

— Когда двукожие говорят, человеческие игрушки молчат и смотрят в пол!

— Ай! — обиженно воскликнула я от резкой боли.

— Ай! — повторил за мной Стефан, вырвал палку из рук старика и прошипел: — Она не игрушка, а моя пара! Когда ей больно — мне больно!

— О, мой господин! — ужаснулся старик. — Вы уже провели ритуал слияния дыханий?

— Да! Мой дракон насытился и удовлетворён.

Мне показалось, что Стефан сказал эту странную фразу с некоторым вызовом. Ритуал слияния дыханий? Поцелуй, что ли? Я хмыкнула, заслужив неприязненный взгляд старика. Стефан придержал меня за плечо и сказал внушительно:

— Я сам представлю её родителям. Харрик, я хочу принять ванну и подкрепиться. И… Моей паре нужна комната и одежда.

— Меня зовут Анна, — я поднялась с колен, отбросив руку Стефана, и взглянула в глаза старику. — Мне тоже нужна ванна. Горячая ванна и много горячего чая!

Харрик вывесил на лицо маску оскорблённой гордости и осторожно сказал:

— Мой господин, приемлемо ли, чтобы человечка… даже если она ваша пара…

— Исполняй её распоряжения, как мои, — отрезал Стефан. — А с ней…

Он посмотрел на меня со своим обычным прищуром и добавил тише:

— Я разберусь сам.