Костя - esteem

— И кто же решил, что мой телефон имеет военное значение? — с сарказмом спросила Костя.

— Государь конечно.

— Не поняла? Он-то откуда знает?

— Кхм…Констанция Николаевна, ваши родители сейчас гостят в Зимнем Дворце, — с ноткой смущения заявил полковник.

— Ага, — девушка отбросила палочки для еды(за пять лет в Порт-Артуре она привыкла пользоваться только ими), которые гости поначалу восприняли как экзотику. Откинулась на спинку стула, салфеткой взятой со стола промокнув уголки губ.

"Однако, наследница получила неплохое воспитание", — с удивлением подумал Ивлев, бросив уважительный взгляд на Варвару Павловну.

Костя с неприязнью посмотрела на гостей:

— В качестве кого мои родители находятся во дворце? Заложники? Основание на котором у моего отца отобрали средство связи, вы мне уже пояснили. Кстати он военный, если вы не в курсе.

— В курсе, Констанция Николаевна, — склонил голову полковник.

— Так в каком качестве во дворце находятся мои родители? — повторила вопрос девчонка.

— В качестве гостей, мадемуазель. А с заложниками — это вы хватили!

— Не уверена, — покачала головой Костя. — Не факт. Прежде чем с вами куда-то ехать, я должна убедиться, что с моими родителями всё в порядке, — ломая всю выстроенную полковником концепцию, Костя из кармана джинсов достала свой гаджет.

Император Николай Четвёртый работал с бумагами у себя в кабинете, когда из дальнего угла раздался звонок напоминавший мелодию. Это была именно мелодия в отличие от трелей издаваемых его телефоном на письменном столе. Николай заслушался. Мелодия прервалась, а потом зазвучала снова. И тут до императора дошло, что это тоже звонок и звонит аппарат экспроприированный им у приёмного отца Констанции спрятанный в сейфе. Быстро вскочив из-за стола он опрометью бросился в угол кабинета, открыл сейф и с внутренним трепетом раскрыл квадратную коробочку. Нажав на зелёную трубку, как научил его… кем ему сейчас приходится генерал? Неважно! Император выпрямился и сказал:

— Алло?

— Пап, привет. Вы где? — быстро спросил такой знакомый и в тоже время незнакомый голос. — Мама с тобой?

— В Зимнем, — ответил Николай.

— Вас держат насильно?

— Нет.

— Включи видос, я хочу посмотреть обстановку.

— А…а как? — этому Васильевич его не научил.

— Что значит, как? — удивился голос. — Простите, с кем я разговариваю? — в вопросе появилось подозрение.

— Романов Николай Дмитриевич, — представился император. — А вас как зовут?

— Эмм…Костя, Констанция Романовская. Николай Дмитриевич, не подскажите как к вам попал телефон моего отца? — Николай понял, что девочка его или не узнала или не поняла, что разговаривает с императором.

— Случайно, — честно признался он.

— А вы не могли бы передать ему мобилу? Я хочу знать, что с ними всё в порядке.

— Мобилу?

— Мобильный телефон.

— А-а, оригинальное название, — улыбнулся в трубку император. — А вы, Костя…Констанция Романовская, включили этот…ммм…видос?

— Зачем? Чтобы любоваться вашим ухом? Функцию громкой связи вы ведь тоже не включили, раз не знаете как пользоваться трубой.

— Трубой? Какой ещё трубой?

— Не придирайтесь к словам, Николай Дмитриевич, это просто сленг, — недовольно проворчала девчонка. — Лучше скажите, с моими всё в порядке? Их не держат в качестве заложников? Вы ведь, я полагаю, служите во дворце и в немалой должности, раз вам доверили такой "секретный объект", как беспроводной аппарат связи, — слово "объект" прозвучало из уст девочки с явной издёвкой.

— В какой-то мере да, — снова улыбнувшись ответил император. — Должность у меня и в самом деле довольно ответственная. Что касается Николая и Карины, то они уехали в цирк. На дневное представление.

— Вы с моими родителями в столь коротких отношениях? — удивилась Костя.

— Вы не поверите, Констанция Николаевна…

— Можно Костя, — перебил императора нетерпеливый голос.

— Вы не поверите, Костя. Мы, можно сказать, близкие родственники. Очень близкие.

— Да? Интересно, почему они мне раньше не рассказывали о родне в Петербурге?

— Может потому что раньше не было причин?

— Возможно. Но если с ними всё в порядке, а я вам склонна верить, то они мне сами расскажут когда я приеду.

— А вы собираетесь приехать?

— Ну-у, если мне, по словам одного полковника, сам император назначил аудиенцию, то кто я такая чтобы его игнорить?

— Игнорить?

— Сленг от слова игнорировать.

— Понятно. И когда вы собираетесь в Петербург?

— А вот прямо сейчас. Дождусь пока господин полковник наконец-то доест свой десерт, — на этот раз, в голосе девочки проскользнули злорадные нотки, — и пойду собираться. Но перед этим, у меня появился вопрос.

— Слушаю вас, Костя.

— Вы не знаете, зачем императору потребовались мои наработки, схемы, чертежи? Они ведь только в проекте? Этот противный полковник, — нотки из злорадных поменялись на мстительные, — велел мне всё прихватить с собой, даже готовые мобилы, а у меня их и так не много.

— Возможно Его Величеству интересно чем занимается такая талантливая девочка, — добродушно ответил Николай. — Он прочитал её статью…которая не была напечатана.

— Я знаю, — перебила его девчонка. — Думаю и правильно сделали, что не напечатали. Я тогда поторопилась, отсылая её в редакцию, а сегодня понимаю, что наши яйцеголовые…

— Какие? — хохотнул Николай. — Яйцеголовые?

— Учёные. Сленг, — пояснила Костя.

— Да, да, — торопливо сказал император. — Так что там с нашими яйцеголовыми?

— Они ещё не дошли до понимания проблемы.

— Ну, почему? Профессор Дробышев даже выступал на закрытом симпозиуме, посвящённом вашей статье. И назвал вашу теорию, гипотезой Романовской.

— А вы откуда знаете?

— Я по должности присутствовал на заседании Малого совета в Зимнем. Там и обсуждалась ваша гипотеза.

— На заседании правительства? Круто!… Сленг, если что.

— Ясно.

— Так вот, я думаю правильно сделали, что не напечатали мою статью. Потому что она ставит под сомнение всю магическую концепцию, на которую сегодня опирается человечество. Я пришла к выводу, что лучше пусть люди верят в магию, чем в ложный или истинный вакуум, квантовую запутанность, сингулярность или антигравитационные возмущения. Учёные со временем разберутся, а народу всё же лучше по старинке. Маги волшебники, бабки-ёжки…Сейчас меня волнует, почему император хочет отобрать мои девайсы.

— Девайсы?

— Телефоны.

— А-а. Очевидно же, что ваши девайсы связаны с военной технологией.

— Отнюдь…хотя может вы и правы, — задумчиво пробормотал девичий голос. — Но всё же я хозяйка и я сама хочу распоряжаться судьбой своих изобретений..

— Согласен, — сказал Николай. — Но существует такая вещь, как государственная тайна, — в трубке послышался смешок:

— Вы считаете, что кто-то посторонний сможет разобраться в устройстве телефона? Сегодня не каждый даже поймёт, как им пользоваться!

— А почему нет? — искренне удивился император.

— Николай Дмитриевич, вы были в Москве? Видели построенную нашими магами-артефакторами вычислительную машину МВМ? Я не была, только читала.

— Был. И батюшка ваш о ней рассказывал и сам я видел. Это наша гордость! — ответил Николай слегка недовольный ёрничанием дочери по поводу настоящего прорыва имперских