Моя Оборона! Лихие 90-е. Том 5 - Артём Март

— Вот, суки… — пробурчал я себе под нос, подстраивая четкость бинокля.

Задние пассажирские двери большой машины распахнулись и оттуда вышли еще трое. Эти были одеты в камуфляж цвета хаки. Я видел, как они перекинулись несколькими словами с теми, что носили спортивное, а потом открыли багажник, стали доставать оттуда и натягивать на себя бронежилеты. Вынать автоматы.

— Это они, значит, на стрелки так ездят, — прошептал я и отложил бинокль.

Вооружившись мыльницей, я попытался взять их в кадр. Расстояние было большим и оставалось только надеяться, что на фото можно будет что-то разобрать. Хотя узнаваемая машина точно отпечатается на пленке. Да и вооруженных людей можно будет различить.

Опасность была серьезной. Вспышка на камере не отключалась, и меня могли просто спалить по отблеску. Однако я решился. Стиснув зубы, нажал спуск. Блеснуло, но, кажется, никто из боевиков не увидел света вспышки.

Примкнув рожки с патронами, троица направилась в ближайший овраг, откуда добывали гравий, и залегла на самом дне. Затаилась. Двое в спортивном остались стоять у машины.

Значит, они готовили Фиме западню. Едва приодеть на берег какая-нибудь чужая тачка, они обстреляли бы ее из боевого оружия, убили всех, кто был внутри, а выживших, возможно, попытались бы схватить, чтобы получить выкуп. М-да…

Сделав снимок, я торопливо перемотал пленку. Сфотографировал их снова, уже сидящими в яме. Перемотал, щелкнул машину. Перемотал. Потом повесил аппарат на руку за шлейку, снова принялся наблюдать в бинокль.

Я попытался прочесть номер на машине. Однако с расстояния метров в двести пятьдесят, рассмотреть цифр я, конечно же, не мог. Правда, мог сделать другой вывод: те двое, что остались стоять у Патрола, явно были моложе остальных. Сказать точно было нельзя, но не старше двадцати, двадцати пяти лет. Вооруженные же — точно взрослые мужики. Вел троих лысый мужчина с короткой черной бородой. Он же раздавал остальным приказы.

Это были точно они чеченские боевики. М-да… Ошибка Тургулаева была сейчас очевидна. Но ничего поделать было уже нельзя.

Я глянул на свою монтану. Времени подходило уже шесть. Боевики же просто ждали: вооруженные сидели на дне котлована, а остальные болтали у машины. Я решил дождаться, пока они уедут. Если попытаюсь уйти и попадусь, вряд ли останусь живым. Риск был слишком велик. Мой обрез, скорее всего не выручит меня. Это было больше оружие мести, чтобы забрать с собой кого-нибудь из них, если меня обнаружат.

Если же уйду — проявлю снимки и попытаюсь убедить местные органы в том, что рядом с городом появились боевики и хотят купить оружие здесь.

Я снова щелкнул камерой, но теперь напрягся. Один из парней, которые опирались о крыло патрона, выпрямился. Стал пристально смотреть в мою сторону. Что-то быстро проговорил своему дружку. Глянув время, он торопливо пошел к яме, где залегли его подельники.

— Так, — я спрятала бинокль в сумку. — Видимо, отсидеться не выйдет.

Отправив туда же фотоаппарат, я взял с земли обрез, бросил взгляд на боевиков.

Их командир показался из котлована по пояс, что-то обсуждал с парнем. Последний активно жестикулировал и… указывал рукой в мою сторону.

Когда остальные стали подниматься из ямы, я принялся уходить, пробираться сквозь заросли вверх по склону. Был велик шанс, что они тоже полезут сюда искать меня.

Аккуратно, но быстро следуя выше и выше, я услышал звук автомобильного двигателя. В первые мгновения мне показалось, что они завели Патрол, и сматываются сами. Однако, когда с берега раздались щелчки выстрелов, я замер. Обернулся. По кому-то, но не по мне, работали автоматы, снабженные глушителями.

Решившись, я вернулся чуть пониже. Продрался сквозь заросли, чтобы увидеть берег.

— Вот сука… — Прохрипел я, переводя дыхание после подъема.

Они обстреливали уже знакомые мне Жигули. Машина, взявшаяся у реки непонятно откуда, замерла на гальке. Боевики, поднявшиеся из котлована, вели по ней огонь очередями. Те, кто остался у Патрола, разряжали в машину пистолеты.

Пятерка тряслась и оседала на пробитых колесах. Всюду летели брызги стекол. Защитившись ей, словно амбразурой, у распахнутой водительской двери, сидел, прижавшись к кузову, человек.

Я торопливо переместил свою спортивную сумку-паленку адидас со спины на живот, достал бинокль, стал смотреть.

— Мля… — Выругался я. — Вадим? Откуда ты, сука, тут взялся?

Глава 12

Разведчик, тем временем, не терял ни секунды. Он достал ПМ, и, вытянув руку, стал стрелять куда-то вверх и сторону, чтобы хотя бы обозначить, что он вооружен, и просто подойти и прикончить его не получится. Чеченов это, кажется, не сильно впечатлило, и они продолжали высаживать в машину Вадима патрон за патроном.

Думал я недолго. Мысль мгновенно промчалась в голове: если они его убьют, у меня больше не будет связи с РУОПом. Я не смогу довести дело до конца. А когда Тургулаев узнает, что с одним из его сотрудников случилась беда, может быть, уже слишком поздно, ведь сделка к тому времени, скорее всего, состоится.

Я не стал рассуждать о том, как Вадим тут оказался. Если ему не пришли на помощь товарищи, если ОМОН до сих пор не зачищает берег, значит, он здесь один. Тогда я просто помчался вниз, быстро, как мог.

Это было непросто: густо поросший деревьями и кустами склон мешал продвигаться, но все же я спускался к берегу. ЗнАком, что я еще не опоздал, была неутихающая стрельба.

Я проехал на зданице несколько метров, спрыгнул в небольшой овражик, вымытый тут дождями, цепляясь за ветви, продолжил продвигаться все ниже и ниже. Когда склон немного выровнялся, я понял, что нахожусь почти у пляжа. Дальше уже можно было бежать, и я со всех ног помчался к опушке, защищая лицо от ветвей деревьев.

Когда оказался на краю пляжа, увидел, как Вадим, прижатый огнем, перезаряжает пистолет. Справа в боевом построении, к нему двигался один из боевиков, тот самый, лысый. Остальные продолжали обстреливать машину, сосредоточившись на ее передней части: капоте и правой пассажирской двери.

Найдя на краю леса поваленное дерево, я лег за бревно, достал мой четырёх зарядный наган. Обрез с такого расстояния был почти бесполезен.

Когда боевик был уже близко, а увлеченный Вадим не мог поднять головы, чтобы ответить им, я прицелился в главаря, а потом отправил в него две пули. Хлопнуло дважды. Обе легли ему под ноги. Рядом с берцами чечена, из земли вырвались пару облачков пыли. Он напрягся, присел, а потом стал строчить из автомата