Леонид Кондратьев - Отыгрывать эльфа непросто! Книга 2.

Ну и из драконов, кто еще передвигаться мог, тоже наружу устремились. Вроде девчонки. Парень под столом дрых - его вообще укормили до изумления. И вообще - с дракончиками нашими ситуация смешная получилась. Когда их гости в первый раз увидели - так вообще в столбняк впали. Стоим значит строем - представляемся, а на старшине буквально слой из любопытных чешуйчатых сорванцов. Это мы к ним попривыкли немного, а гости сперва дергались - особенно когда Глау, как самый храбрый, полез их обнюхивать. А клыки него - сами знаете, какие, ну и когти тоже ничего. По мнению дракончика, обнюхать новых гостей надо было с ног до головы - вот он этим и занялся, да так активно, что народ сперва чуть ли не за оружие хвататься принялся. Потом ничего так - успокоились, особенно когда старшина пацаненку пистон вставил. Как можно злиться или бояться 'страаашного' дракончика, который сидит перед старшиной с несчастным видом и лапкой землю ковыряет, мол, извиняюсь.

Руководство думаю потом трындело чуть ли не до самого утра, а все остальные часика через два пошли спать. Слишком уж много на сегодня событий и впечатлений. Кстати, опьянение после командирской настойки пропало буквально через час, я даже удивился, что трезв, как огурчик и живость такая в теле появилась - как будто отдохнул хорошо. Правда те, кто вдобавок еще и от привезенного гостями спирта не отказались - те вообще в умат были.

3.08.1941 г. Ссешес Риллинтар (абсолютно трезвый)

Любой институт можно рассматривать как миниатюрную модель общества, так как среди преподавателей, лаборантов, техников и студентов можно увидеть таких персонажей, что просто за голову можно схватиться. Так что опыт студенческой, аспирантской, а затем преподавательской жизни дает бесценные навыки общения с различными индивидами.

Больше всего глава прибывшего по мою темную душу отряда напоминал начальника первого отдела моей альма матер с легкой примесью старшего полутысячника храмовой стражи Искривленной башни. Было в нем что-то от прирожденного дроу. Может взгляд, а может мне просто симпатизировала его стальная воля, не дрогнувшая даже после обработки в лучших темноэльфийских традициях. На него даже ударная доза моей настоечки фактически никак не повлияла - вот ведь сила воли у человека. После предложения проветриться, как раз и состоялся долгожданны разговор.

- Отойдем? Николай сын Антона? - Как будто невзначай, приглушенным голосом произнес я, находясь в полушаге от товарища 'Иванова' пристально при этом разглядывая показавшийся из-за очередной тучки кусочек луны, величаво плывущий в ночном небе над зубчатым краем лесной стены окружающей поляну.

- Почему бы не отойти? Отойдем! Ссешес Риллинтар. Не ошибся в именовании?

- Если официально, то еще необходимо добавить Глава Дома, но в данном случае протоколом можно пренебречь. Ведь среди присутствующих нет светлоэльфийских зануд, способных испортить задушевный разговор темноты и стали своим невозможным снобизмом. - Отойдя буквально с десяток шагов в сторону от основной группы, наслаждающейся ароматной махоркой, вкусной выпивкой и обильной закуской в дополнение к свежему воздуху мы, повернувшись к ним спиной, остановились на расстоянии вытянутой руки друг от друга.

Наступила тишина. Не смотря в сторону гостя, я принялся прекладывать на шатких полках своих мыслей те незначительные общие факты, которые мне были известны о методах действия людей подобных моему новому знакомому и его руководству. Темноэльфийские воспоминания густой темной пеной вскипевшие в моей моментально очистившейся голове в этом случае мало что могли дать, а человеческие знания зияли такими пробелами, как раз в области общения с силовыми структурами, что тоже не особенно помогали. Потому-то мой взгляд медленно скользил по проступающим в серебре ночи стволам деревьев, плетям кустарника и мягкому даже на вид ковру травы, устилающему поляну. Практически вогнав этим меня в медитацию. Поэтому внезапно прозвучавший от человека вопрос, разбивший блаженную корку созерцания окружающую мой разум, еще бы чуть-чуть и заставил бы меня вздрогнуть.

- И почему?

- Страх. - Равнодушно пожав в темноте плечами в обступившей нас темноте и прохладе летней ночи, продолжил - Страх и ненависть.

- Тогда почему пошел на контакт? - Ровный голос, освобожденный от всяческих эмоций, голос прирожденного дроу. Этот человек был явно рожден не в своем теле. Он достоин ответа. Подробного ответа, который без искажений и эмоций дойдет до его владыки.

- Месть и трезвый расчет. Общий враг. Что еще нужно для начала дружбы?...

3.08.1941 г. 'Иванов' Николай Антонович (абсолютно трезвый)

"Казбек" показался необыкновенно вкусным после странноватых запахов подземелья. Ребята справляются пока неплохо - трезвых уже нет. Посмотрим утром. Не оклемаются - в ручей и пробежка.

Как же тебя назвать-то... Отписываться все равно придется. Ну... пока объектом будешь. Страх, говоришь? Ненависть? Ты говори, хлопчик, говори... Мне пока неважно, о чем ты говоришь... Мне важно - КАК? Отойдем чуть-чуть. Присядешь? Осторожен. Хорошо стал, правильно. Слишком правильно (значит опыт есть - наученый скорее, не шкурой взятый. Или мало его - вон как плечи напряглись. И рука он ножа недалеко.)

Месть и расчет для дружбы? А ведь загибаешь, парнишка, загибаешь. И о себе не все говоришь... Поглядим на тебя, мальчик, послушаем... А там - как скажут.

Почему-то вспомнилась Москва. Перед вылетом.

"- Документы ты читал. Я ж тебя с Туркестана помню - дотошный ты. И райончик знакомый... Что скажешь?

- Почерк... непонятный. Не немецкий. Слишком... сложно. Англичане?

- Ну уж не японцы. Хотя... Ты пей чай, пей. Специально, как ты любишь, кок-чай заказывал.

След от подстаканника кружком вдавился в сукно.

- Вот где они негра взяли, как думаешь? Да еще чернущего такого? И с зельями непонятно - с личным мнением Бурденко ты тоже ознакомлен.

- Это ради него меня из Харбина выдернули?

- Как там?

- Если что, вернуться смогу...."

Торопишься ты, парень. Спешишь. Нет у тебя опыта, что б ты не говорил, про свои четыре сотни. Или поджимает кто? Поглядим. Не торопясь. А точку вместо запятой пока один раз поставлю.

- Доверие...

Темнота на мгновение вспыхивает эльфийской улыбкой:

- Обоюдное...

Глава 9.

Как-же хорошо просыпаться в блаженной тишине подземелья и не от утренних воплей какого-то свихнувшегося воробья, а просто от того что выспался. Славно вчера погуляли! Есть математически точный признак: хреново во всей тушке. ВаСю опять спала на мне, но некоторое время назад неощутимо испарилась из апартаментов. Затёкшие руки начало колоть, вот и проснулся. Малую лечилку на себя, и подъём. Сегодня день большой дипломатии.

Ссвет! В смысле прямо в глаз луч света, после приятного полумрака пещеры. Пока промаргиваюсь, и водружаю очки на положенное место, надо прислушаться, что делается снаружи.

Снаружи финский народный праздник Похмеляйнинен. Пока командиры спаивали друг друга с хитрым умыслом, нижние чины также погуляли на славу, но без задней мысли. А мои настоечки поубойнее Ивановского спирта будут.

Выбрался наружу, полной грудью вдохнул бодрящий утренний ветер и направился в сторону ведра с водой, у которого уже стояла очередь умывающихся. До сих пор забываю спросить Сергеича, где он его экспроприировал. Все стоят мутные, мои ребята вообще, как в воду опущенные, но ничего - сейчас всех подлечу, живо забегают. Лечить буду сам, опохмеляться теми составами, что у нас есть - путь в забвение.

Приветливо поздоровался со всеми присутствующими и культурно пристроился в конец очереди. Впрочем, ждать пришлось недолго - всё же люди собрались военные, рассусоливать никто не стал. Впрочем и уходить далеко тоже. Так - утренний трёп, смешки разговоры, напряжение правда какое-то чувствуется. Так, что-то мне это напоминает... Ссвет! Кошмарик с попыткой захвата начинался примерно так же! Не дёргаться! Щупаю ауры, верчу ушами, аккуратно оглядываюсь. Лёгкая паранойя в форме мании преследования, полезна для здоровья, но в этот раз ложная сработка.

Гостей вблизи меня только двое, из них один - химик с горящими глазами, даже больная голова не мешает бешеному любопытству. С расспросами не лезет, явно 'заинструктирован до слёз', но я-то помню, кто вчера внимательней всех присматривался к моим фокусам.

Поодаль завтракают двое диверсантов из второй смены боевого охранения. Присматриваюсь, что именно едят - ага, расход из вчерашних вкусняшек. Значит Иванов решил пока мне поверить, первая смена ела сухпай, видать в опасении отравы. Наивный хуманс, про яды отложенного действия с магической инициацией не знает. Рассказывать не буду... Пока...

- Товарищ командир, разрешите обратиться?

Чего это старшина такой официальный? Ага, понятно, гостям показывает, что здесь не банда, а воинская часть. Правильно, с меня строевик никакой, а впечатление можно испортить. Вытаскиваю из человеческой памяти подходящий ответ.