Операция "Янус-1" - Артём Март

только плотнее. Они обстреливали всё — и руины углов, и остатки стен. Пули щёлкали и по нашему укрытию, и там, где нас не было в помине.

— Они близко! — заорал Стоун, который явно уже стал серьёзно беспокоиться. — Сейчас станут кидать гранаты!

— Не станут!

— Да с чего бы⁈ Закидают нас, и дело с концом! Им даже заходить не придётся! Я сразу говорил — твой план говно собачье!

— Заткнись и сиди, — зло сказал ему я. — Ну или можешь уносить отсюда свою жопу. Если тебя, я погорюю лишь о том, что пулю пустил не я.

Стоун стиснул зубы. Потом сощурился и закрыл голову руками. Всё потому, что его засыпало камешками от попадания особо кучной очереди.

Они не стали. Душманы подошли аккурат на бросок гранаты, но никто не схватился за взрывчатку. Я понимал — они хотят взять нас живыми. Если и не нас обоих, то хотя бы Стоуна. И это обстоятельство сыграло нам на руку.

— А теперь — давай! Назад! — приказал я.

Мы, пригнувшись чуть ли не к земле, помчались прочь от руин, за неширокий навал кирпичей и земли, что лежал посреди двора. Оба юркнули за него. Устремили стволы наших автоматов к входам — двум прорехам в руинах, через которые вероятнее всего мог пройти враг.

Уже спустя минуту душманы стали перескакивать прямо через низкие стены руин — двое или трое духов оказались внутри, тут же стали искать нас взглядами.

— Я говорил! Говорил, что план твой — чёртово самоубийство! — причитал Стоун.

— А что ж тогда согласился? — спросил я, когда заметил, как группа духов цепью собирается зайти через прореху.

— А что…

Стоун не закончил. Не закончил, потому что раздался хлопок. Почти сразу за ним — второй.

Это сработали установленные меж камней гранаты Ф-1, которые мы поставили под своим весом или зажали меж камней.

Я наблюдал за тем, как гранаты взрываются яркой вспышкой под ногами духов. Наблюдал, как входы тут же окутывает светло-серый дым. А ещё — как падают и кричат поражённые осколками люди.

Духи шли плотно. И это их погубило.

— Огонь! Огонь! — скомандовал я, а потом принялся разряжать в растерявшихся от внезапных взрывов душманов свой последний магазин.

Стоун замешкался, но всё же достаточно быстро присоединился ко мне.

Мы стреляли метко, одиночными или короткими очередями. Били душманов, кто машинально залёг прямо там, где стоял. Били раненых, чьи судорожные движения мелькали в дыму. Били тех, кто умудрился уцелеть от взрывов, но растерялся от внезапности.

Били методично и спокойно. Хладнокровно.

А душманы кричали. Кричали, суетились в панике. И умирали. Те, кто поумнее, пытались и нас закидывать гранатами. Но кидали наобум, лишь бы кинуть. Советские гранаты, преимущественно РГД-5, безвредно хлопали во дворе. На фоне всеобщей неразберихи взрывы эти напоминали разрывы детских петард.

— Отходят! — сообщил Стоун, не прекращая стрелять. — А! Зараза! Нет!

Я не считал, сколько духов осталось во дворе. Знал, что немало — не меньше трети, а то и половины от группы мёртвыми или тяжело ранеными лежали на древних камнях руин.

Оставшиеся, казалось бы, сначала дрогнули, однако быстро собрались и, стараясь придавить нас всё ещё неорганизованным огнём, попытались закрепиться за руинами.

— Зажмут нас, — не на шутку испугался Стоун. — Зажмут и перебьют… Зажмут и…

Хлёсткий, гулкий выстрел прозвучал в горах. Потом один и ещё один. Сложно было перепутать этот звук с каким-либо другим — работала СВД. Но за весь ход огневого боя я ни разу не слышал, чтобы душманы работали по нам из снайперских винтовок.

И это значило — мой план сработал.

К СВД очень быстро присоединился далёкий треск автоматов. Следом — характерное гавканье советского ПК. А потом я увидел, как мутный от высокой влажности воздух разрезают его зелёные трассирующие пули. Они будто бы возникали где-то в горах, а потом по настильной траектории падали прямо на позиции душманов.

От автора:

* * *

Я очнулся в 2025-м в теле толстяка-физрука.

Класс ржёт, родители воют в чатах, «дети» живут в телефонах.

Я должен сбросить жир и навести порядок железной рукой!

СКИДКИ НА СЕРИЮ!

https://author.today/reader/492721

Глава 12

Душманы запаниковали не сразу. Некоторое время они просто не понимали, что по ним ведут огонь.

— Значит, вот что значило твоё «будем стоять», — хмыкнул Стоун, уставившись на то, как зелёные трассирующие пули яркими полосками света рассекают пространство, и некоторые из них выписывают зигзаги, рикошетя о камни. — Ты знал, что они придут, так?

Я не ответил, наблюдая за тем, как душманы дрогнули. Как на их позициях началась суматоха.

Поднимать головы было рано. Духам в тыл заходили советские бойцы. Бой быстро переместился за пределы руин. Потрёпанные душманы даже и не думали стоять против внезапно появившихся наших.

Меньше минуты они пытались отстреливаться, а потом побежали. Советские бойцы, оказавшиеся где-то вне нашего со Стоуном поля зрения, провожали их собственным огнём. То и дело где-то в горах раздавался хлёсткий звук выстрела СВД.

— Отчаянно, очень отчаянно и смело, — горько рассмеялся Стоун. — Положить все усилия лишь на то, что твоя «дорожка хлебных крошек» сработает. И ты смотри. Сработала.

Он вздохнул. Потом протяжно засопел. Добавил:

— Снимаю перед тобой шляпу, Селихов. Просчитать такую схему не мог бы даже я.

— Зато ты должен прекрасно понимать, — не сводя глаз с того, как некоторые душманы улепётывают вдоль развалин стены, — что будет дальше. И я советую тебе не безобразничать.

Стоун снова хмыкнул.

— Что это ещё значит: «не безобразничать»?

— Подумай хорошо

Стоун не ответил. Только покивал.

— Кажется, я догадываюсь, — наконец сказал он. — Ну что ж. Пожалуй, я последую твоему совету.

Несколько душманов в отчаянии преодолели руины и попытались засесть с обратной стороны. Мы со Стоуном быстро пресекли все их надежды на спасение огнём собственных автоматов.

А потом стали ждать.

Отгремел советский пулемёт. Замолчала СВД. Даже автоматы перестали сухо трещать на склоне. Вместо всего этого мы услышали возбуждённые, злые крики советских бойцов. Видимо, брали в плен выживших.

А потом они стали заходить внутрь.

Первым я заметил Андро Геворкадзе и его отделение. Сержант и ещё трое пограничников аккуратно вошли в руины, осматривая каждое тело, покрикивая на раненых душманов.

Я поднялся. Махнул им рукой.

— Андро!

— Сашка⁈ Живой, зараза! — удивился Геворкадзе, но тотчас же выкрикнул одному из пограничников новый приказ. Потом глянул на меня: — А кто там с тобой⁈

— Алим Канджиев ранен. Ему нужна срочная помощь, — вместо ответа сказал я.

— Понял!

Когда к сержанту присоединились ещё двое его