Мечников. Том 7. Расцвет медицины - Игорь Алмазов

это сделал, чтобы не привлекать лишних подозрений! — воскликнул он. — Тем более, я за этот месяц соорудил ещё один эндоскоп. Так что… Если этот аппарат тебе так нужен, я могу тебе его отдать. Чтобы не пришлось копаться на кладбище.

— А придётся, — вздохнул я. — Потому что тот эндоскоп был особенным. У него было много дополнительных функций. Я его несколько раз модернизировал. В него встроена система для взятия биопсии. Да и кроме эндоскопа в мой гроб накидали целую кучу полезных вещей.

— Да ладно, — пожал плечами Синицын. — Если ты жив, то и осквернением это не назовёшь. Стоп… Проклятье!

Илья схватился за голову и чуть не вырвал волосы с корнями.

— В чём дело? — спросил его я.

— Деньги! Мои деньги! Я хранил их в металлическом сейфе. На нём была выгравирована моя фамилия. Возможно, его засунули туда же. Сильно сомневаюсь, что кто-то озаботился отправкой моих личных вещей отцу. Тем более, зная моего отца, он бы их и не принял. Готов поспорить, что он праздник устроил, когда узнал, что его непутёвый сынок отправился на тот свет!

— Только не говорите, что мы собираемся идти на кладбище… — прошептал Сеченов. — Мы ведь только что разобрались с некромантом! Иметь дело с такими мрачными местами как-то совсем уж не хочется. Тем более — ночью!

— А тебя никто и не заставляет с нами идти, — хмыкнул Илья. — Если ты боишься мертвецов, шагай домой.

— Проклятье, а ты, Илья, не упустишь возможности меня оскорбить! — нахмурился Сеченов.

М-да… Я могу создавать новые аппараты и лекарственные препараты. Могу вылечить почти любого пациента, победить верховного некроманта, вернуться живым из Тёмного мира… Но остановить бесконечные ссоры между Синицыным и Сеченовым — это задача явно не для простых смертных.

— Всё, успокоились оба! — ещё раз пресёк их конфликт я. — Иван, выдай Синицыну недельный запас налтрексона. Раз вы не можете ужиться друг с другом, дело ваше. Но я ваши споры выслушивать не собираюсь. Сразу выдвинусь на кладбище. Если кто-то из вас захочет меня нагнать — встретимся на Третьяке. Ах, да… Если вдруг я узнаю, что вы затеяли дуэль, готовьтесь к тому, что победителю придётся столкнуться со мной лично.

Продолжать этот разговор я не стал. Закончив свой монолог, я вышел из кабинета, достал лопату из кучи углей и направился в сторону Третьяковского кладбища.

По иронии судьбы уже успело стемнеть. Да кто бы сомневался! Чтобы я попал на кладбище днём? Не-е-ет. Так гладко ситуация у меня обычно не складывается.

Но по крайней мере за эти сутки я успел решить большую часть накопившихся проблем. Вопрос с переездом местных Мечниковых решён, справки о смерти аннулированы, Сеченов оправдан, и на горизонте появился новый потенциальный враг.

До местного кладбища пришлось добираться почти целый час. Оно оказалось расположено практически на границе с селом Шило-Голицыно. Я аккуратно прошёлся вдоль холма, которое служило местом погребения для усопших, и довольно быстро нашёл «свою» могилу. К тому моменту на кладбище уже успел опуститься туман.

Хуже обстановки не придумаешь. Но по крайней мере если у этого места есть свой собственный сторож, изменения окружающей среды даже сыграют мне на руку. Смотритель кладбища не увидит, как я разрываю собственную могилу.

— Так, и как же это понимать? — вслух усмехнулся я.

Как оказалось, нас с Синицыным захоронили в одном и том же месте. Даже общую плиту поставили!

Да уж, не хотелось бы мне этого делать, но обстоятельства вынуждают. Придётся копать. Слишком уж важные предметы туда зарыли. Справочник Парацельса и модернизированный эндоскоп — это мелочи. А вот лекарская плита для изменения баланса витков — это очень важный артефакт. Да за него чисто теоретически можно весь Хопёрск купить. И это при том, что я сильно дешевлю.

В этом плане дядя сильно сглупил.

Я вонзил лопату в землю и принялся рыть. Однако долго этот процесс не продлился, поскольку меня пронзило неприятное чувство. И дело не в суеверии — нет!

Активировалась клятва лекаря. Кому-то требуется срочная помощь. Но кому⁈ Вокруг меня сотни метров кладбища во все стороны. Тут уже помогать некому. В этом месте только некромант может что-то изменить.

Странно… Клятва сбоить не может. В механизмах её работы есть строгая логика. Может, на самом деле я здесь не один? Кто-то ещё додумался припереться посреди ночи на кладбище и пострадал?

Такое вполне могло случиться. В таких местах часто орудуют расхитители могил. По сути — обычные бандиты, только совсем лишённые даже минимального чувства чести.

Я направил лекарскую магию в свои слуховые рецепторы и начал вслушиваться в происходящее вокруг меня. И в этот момент я осознал, что ко мне быстро приближаются две пары ног.

Решил схватиться за клинок, но быстро понял, что оставил его в поместье Виктора Балашова. У меня осталось запасное оружие в виде обратного витка, но применять его не пришлось. Из тумана появились два знакомых силуэта. Сеченов и Синицын.

— Фух… — выдохнул Илья. — Я уж думал, что мы тебя не найдём!

Клятва лекаря всё ещё вибрирует. Очень странно…

— Так! — воскликнул я. — Только не говорите, что вы всё-таки устроили дуэль?

— Нет, — закачал головой Сеченов. — Мы решили конфликт мирно и… Погоди, почему я чувствую… Сам знаешь, что я чувствую! Алексей, что тут происходит?

Сеченов чуть не проговорился про клятву прямо при Синицыне. От него я эту информацию старался скрывать. Незачем ему знать о наших дополнительных возможностях.

— Так, то есть вы хотите сказать, что вас ничего не беспокоит? Со здоровьем всё в порядке? — уточнил я. — Никаких жалоб?

Сеченов и Синицын закачали головами.

Это что же получается? Иван почувствовал, как активировалась клятва лекаря только после того, как пришёл на кладбище. Выходит, пострадавший находится где-то рядом.

Но клятва тревожит мой мозг так, будто этот человек находится совсем рядом. Буквально в паре метров от меня. Что же происходит? Неужели моё чутьё начало подводить? В целом на него могла повлиять некротика Тёмного мира, но…

Я замер. Мою голову посетила совершенно безумная мысль. Но отказываться от неё я не стал. Лучше перепроверить. Возможно, интуиция меня не обманывает.

И как выяснилось, она действительно меня не обманула. Как только я вновь усилил слуховые рецепторы и прислушался к тому, что происходит не вокруг нас, а под нами…

Из-под земли раздался голос.