Коннетабль (СИ) - Мах Макс

[18] Кастелян- в феодальных государствах род коменданта, смотритель (управляющий, администратор) замка и прилегающих к нему территорий.

[19] Канапе - название деревянной скамьи со спинкой, жёсткий диван для сидения, иногда с обивкой.

[20] Козетка — это маленький двухместный диванчик, но без цельной спинки.

[21] Apropos (апропо, фр.) - кстати, между прочим.

[22] В России используют метрическую систему, а в западных странах – каратную. Золото 24 карата считается самым чистым (это 999-я проба). Грамм золота в 24 карата стоит примерно 50 английских фунтов.

[23] Впервые монета под названием «франк» появилась во Франции в 1361 году. Это была золотая монета весом 3,877 грамма, на которой был изображён всадник в шлеме и доспехах (поэтому позднее эта монета стала известна под названием «конный франк»). Достоверно неизвестно, почему монета получила такое наименование: по одной версии, оно происходит от отчеканенной на ней фразы «FRANCORUM REX» (с лат. - «король франков»); по другой — от французского слова franc (с фр. — «свободный»); по третьей - от тогдашнего значения английского слова frank (с англ. - «благородный»).

[24] Это много, поскольку 1 карат – это 0.2 грамма, а стоит он, если речь о бриллиантах – от 800 до 2000 долларов США в зависимости от цвета, чистоты, типа и качества огранки.

[25]Меровей (Меровиг) - легендарный король салических франков приблизительно в 447/448—457/458 годах.

[26] Французский «C» (размер чашечки бюстгальтера) соответствует российскому 3-му номеру. Соответственно, «A» - 1-й и «B» - 2-й.

Глава 4

Глава 4. Февраль-Апрель 1940

Февраль

1. Зандер

Вопреки разного рода опасениям, семейная жизнь оказалась вовсе не тем, чего он от нее ожидал. Во всяком случае, Зандер не нашел в этой новой реальности той отупляющей рутины и показного благолепия, какие он видел в отчем доме. Не случилось так же и бесконечной войны на истощение, какую, по мнению некоторых авторов, ведут между собой все без исключения мужья и жены. Никаких дамских капризов и коварных интриг, никакой подковерной борьбы, и ни единого намека на игру в перетягивание одеяла.

«Похоже, - решил Зандер, вполне оценив свалившееся на него счастье, - что мне просто повезло с женой…»

Несмотря на всю свою показную легкомысленность, внезапность и противоречивость, принцесса Брабантская оказалась весьма разумной женщиной. Она не пыталась подчинить Зандера, не требовала от него «соблюдения приличий» и не вмешивалась в его дела, предоставив мужу полную свободу действий. Сама же она, судя по всему, наконец расслабилась и получала от этого просто море удовольствия.

Их брак был основан отнюдь не на любви, а на одних лишь страсти и необходимости, и, однако же вполне удовлетворял в этом смысле их обоих: и ее, и его. Анаис действительно хотела Зандера, как, впрочем, и он ее, и, наверное, поэтому брачные обеты ничуть не ухудшили качество их секса. Просто теперь им не надо было прятаться, - хотя видят боги, они и раньше этим не сильно заморачивались, - но зато, став мужем и женой, они могли предаваться плотской любви там и тогда, где и когда им захочется. И это все о страсти и желании. Необходимость же проистекала из трезвой оценки сложившейся ситуации. И, разумеется, она диктовала особые правила игры, с которыми были согласны и принцесса Брабантская, и князь Трентский. Мир был отнюдь небезопасен, и будущее не казалось им теперь таким уж безоблачным, как в былые времена. Поэтому было решено, прежде всего, усилить меры безопасности, - береженого, как говорится, и боги берегут, - и, разумеется, ни в коем случае не предохраняться, чтобы как можно скорее обзавестись столь необходимым Зандеру потомством. Впрочем, с этим все обстояло достаточно просто. Сильные маги, - а они оба были именно такими, - умеют не только эффективно предохраняться от нежелательной беременности. Они так же могут по желанию усиливать свою фертильность[1]. В особенности, если речь идет о молодых и физически здоровых организмах, которым никак не претит исполнение супружеского долга. Так что, в этом смысле Зандер и Анаис находились на правильном пути и двигались по нему со всем уместным в такого рода делах рвением. То есть, любились они часто, везде, где получится, и, чаще всего, тогда, когда захочется. И, конечно же, не без удовольствия. Оставалось только ждать результата.

- Дней через десять будем знать точно, - обнадежила Зандера жена.

- А что говорит твоя интуиция? – поинтересовался он.

- Моя молчит, но Эва Сабиния утверждает, что все уже случилось, - улыбнулась женщина.

- Пророчество или интуиция?

- Говорит, что, в данном случае, просто знает.

«Возможно, что и так, - мысленно кивнул Зандер, соглашаясь. – Источник? Почему бы и нет?»

— Это она тебе во дворце сказала? – спросил вслух, чтобы проверить возникшую у него гипотезу.

- Да, - подтвердила Анаис, посмотрев на него вопросительно.

Однако, рассказывать ей об Источниках не следовало. Это ведь не его тайна. Это секрет императорской семьи и клана Мишельер.

- Ходили слухи про какой-то магический прибор в императорском дворце… - сказал он вслух, просто чтобы что-нибудь сказать. - Смутные и неточные слухи про древний артефакт, но, возможно, что это правда. И тогда, принцесса действительно знает, о чем говорит.

- Странно, - нахмурилась Анаис. – Мне она о таком никогда не говорила, а ведь мы подруги!

- Такие вопросы находятся целиком в компетенции императора, - успокоил Зандер жену. – Если это семейная тайна, то Эва Сабиния просто не может тебе ничего рассказать.

- И сама не спрашивай, - посоветовал вдогон. – Не ставь ее в неловкое положение!

И это все о наследнике. Во всяком случае, пока, то есть, на данный момент. Что же касается безопасности, то предпринятые молодой четой усилия говорили сами за себя. Во-первых, вернувшись из Антверпена, они привезли с собой в столицу полный штат службы безопасности, позаимствованный у отца Анаис Антуана VIII Брабантского. Наличие охраны и довольно большого количества слуг, в свою очередь, повлияло на выбор их постоянной резиденции. Понятно, что принадлежащая Зандеру башня Людовика не удовлетворяла ни требованиям к безопасности их нового дома, ни к необходимому размеру «домашнего очага». У Анаис же в столице было два больших дома: дворец Бельвью, построенный еще лет триста назад на берегу озера Ле-Парк-Л’Эльвити, и городской замок Во-ле-Виконт. Поздне-ренессансный отель Бельвью был роскошным и невероятно удобным, но, увы, небезопасным местом. Зато шато Во-ле-Виконт отвечало всем требованиям безопасности. Это был древний городской замок, сильно напоминающий своим внешним видом палаццо Коро. Такие же глухие стены и узкие окна-бойницы. Похожая система внутренних дворов, - здесь их, правда, было не два, а три, - глубокие многоэтажные подземелья, где можно спрятать и запасы, и арсенал, и зубчатая стена, из-за которой так удобно стрелять и бросаться проклятиями, по всему периметру крыши. Однако при всей своей фортификационной тяжеловесности, замок мог похвастаться всеми современными удобствами, включая двадцатиметровый бассейн и прочие санитарные излишества, и великолепными интерьерами XVI-XVIII веков. Другими словами, жить в Во-ле-Виконт было удобно, приятно и в меру безопасно. В нем Зандер с Анаис, в конце концов, и поселились. И это было «во-вторых».

Ну а третьим пунктом их программы стали ежедневные тренировки, которые проводил с ними инструктор – отставной офицер сил специального назначения графства Фландрия. Тобиас ван Имхофф был весьма опытным и ответственным человеком и, приняв на себя обязанности личного тренера князя и княгини Трентских, гонял их по-настоящему жестко.

- Вам же, моя госпожа, боевая магия нужна не для красоты, а для выживания, - чуть пожал он плечами, впервые услышав жалобы и стенания Анаис. - Поэтому не обессудьте: чтобы выжить в бою или при внезапном нападении, нужно много и упорно трудиться.