Изгоняющий демонов - Виталий Дмитриевич Гладкий

все стороны, а охранения отодвигал подальше, при этом еще и дублируя сторожевые посты. Если передовой пост будет захвачен, то следующий за ним заметит возню и предупредит войско о нападении врага.

Похоже, лагерь царя Урсы находится поблизости. Но где именно? И сколько у него войск? Эти сведения были просто необходимы. Конечно, их можно получить от «языка», и раб-эширте не сомневался, что он его добудет. Но никто не мог дать гарантию, что пленник не соврет. А урарты отличались большой стойкостью. Их не могли сломить даже самые жестокие пытки. Поэтому Силим должен подняться на самую высокую скалу и тщательно осмотреть окрестности горы Уауш; сторожевой пост находился у ее подошвы.

Объяснив суть задания, Эрибу указал, по какой стороне скального отрога должен подниматься Силим, чтобы его не заметили урарты, и тот начал карабкаться наверх с быстротой и ловкостью ящерицы. Раб-эширте даже невольно позавидовал солдату. Он и сам умел лазать по скалам, но возле его родной деревни находились в основном выровненные временем холмы, которые только назывались горами. Поэтому Эрибу, конечно же, не мог тягаться с рожденным в горах в умении преодолевать практически отвесные скалы.

Вскоре Силим исчез за щетинистым кустарником, который невесть как забрался на большую высоту и пустил корни в расщелине. Потянулось томительное ожидание. Время не бежало, как обычно, а истекало вязкими медлительными каплями, которые стучали по черепу — кап-п… кап-п… кап-п… Эрибу совсем измаялся в ожидании Силима.

В отличие от Итти, который прилег за кустиком и задремал, раб-эширте лишь сокрушенно вздохнул, глядя на безмятежное лицо стрелка. Они поднялись рано, поэтому не было ничего удивительного в том, что Итти сморил сон. Впрочем, солдаты на любом, даже самом коротком, привале мгновенно засыпали. Так они поддерживали силы, растрачиваемые во время длинных переходов.

Но вот послышался тихий шорох, и на небольшую площадку, очищенную ветром и ливневыми дождями от камней, спрыгнул Силим. Он приземлился, как кот — упруго и бесшумно. На его смуглом лице сияла ослепительная белозубая улыбка.

— Ну! — Эрибу был сильно взволнован.

— Есть! — ответил Силим. — Вражеский лагерь расположен на западном склоне!

— Воинов много?

— Прости… но пересчитать их я не имел возможности, — стушевался Силим. — Думаю, что много. Там лесные заросли, поэтому поди знай, сколько урартов прячется под сенью деревьев. Но я заметил царский шатер! А это значит…

— Это значит, что на горе Уауш находятся основные силы царя Урсы! — перебил Эрибу солдата. — А об их количестве царю уже доложили! Отлично! Теперь нам осталось для подкрепления наших выводов добыть «языка». Итти, проснись, лежебока!

— А! Что?.. — подхватился солдат.

— Ничего. Готовь свой лук. Нужно перестрелять сторожевых псов. Для начала. Но если промажешь, как уже бывало, то я тебе кишки выпущу!

— Как можно… — буркнул обиженный Итти и стал тщательно отбирать стрелы.

То же самое стал делать и Силим. А Эрибу тем временем начал готовиться пустить в ход свою «невидимость»; по-иному средь бела дня «языка» не взять. Урарты отменные воины и спать в передовом охранении уж точно не будут.

Итти и Силим лишь с пониманием переглянулись, когда Эрибу уселся, скрестив ноги, сложил перед собой ладони лодочкой и прикрыл глаза. Им уже случалось видеть своего раб-эширте в такой позе. Спросить, зачем он это делает, никто не решался — все-таки командир. А в армии лишних вопросов старшему по званию не задают.

Но после того как в боях десяток Эрибу не понесли ни одной потери, что было вообще немыслимо, все решили, что он так молится каким-то неизвестным богам — хранителям солдат. И оставили десятника в покое. Пусть молится хоть Нергалу и его зловещей супруге Эрешкигаль, лишь бы вернуться домой живыми и невредимыми.

Солдаты его десятка не раз замечали, как во время сражения Эрибу «отводил» вражеские стрелы, которые летели куда угодно, но только не в цель. Или во время рукопашной схватки длинные мечи урартов не могли поразить воинов его десятка, хотя те были вооружены лишь кинжалами.

Для солдат это казалось каким-то чудом. Они считали своего раб-эширте колдуном, но помалкивали, опасаясь, что жрецам, сопровождавшим армию, это сильно не понравится и они потеряют командира. А это было равносильно собственной гибели — сражения с армией Урарту были жестокими и кровопролитными. Закованные в броню урарты были отменными воинами.

Но после боя Эрибу был выжат, как лимон. Ведь те колдовские познания, которые он получил от отшельника-субарейца, требовали огромной концентрации внимания и еще большей траты энергии. Поэтому без настройки силы обойтись было невозможно.

А она по мере взросления Эрибу росла, и временами ему казалось, что сила вот-вот уничтожит его изнутри, как это бывало, когда убитый и вовремя не освежеванный олень слишком долго полежит на солнцепеке. Скопившиеся во внутренностях животного газы нередко вырывались наружу, разворачивая все нутро, и тогда испорченное мясо выбрасывали из-за скверного запаха…

Псы урартов — звероподобные страшилища ростом с теленка — все же учуяли разведчиков. В отличие от охотничьих собак, они не обладали отменным нюхом, зато у них были отличный слух и превосходная интуиция, усиленная длительным натаскиванием на сторожевую службу.

Псов было двое. Эрибу увидел, как они насторожили уши и поднялись. Но голос псы пока не подавали; наверное, пребывали в сомнениях. Похоже, они никак не могли определить, кто таится в зарослях — человек или зверь. Псы точно знали, что если поднимут ложную тревогу, то будут наказаны. Поэтому они лишь настороженно смотрели в ту сторону, где притаились Итти и Силим, готовые в любой момент пустить в ход свои луки.

До этого псы лежали в тенечке, высунув языки, — солнце уже начало припекать. Собственно говоря, как и трое солдат. Урарты что-то меланхолично жевали и пребывали в состоянии полного умиротворения и покоя, благо погода и обстановка соответствовали. Сменить их должны были после