Настоящий Американец 4 - Аристарх Риддер

карман за блокнотом и карандашом, с некоторых пор всегда такой набор с собой ношу, записываю воспоминания, они, бывает, приходят совершенно неожиданно.

— Вот как-то так, — показал я рисунок Алессандре. Никола от любопытства весь изогнулся, чтобы тоже его видеть. — Ушанки можно не только меховыми делать, начал пояснять я, — но и вязаными, а также комбинированными, верхнюю часть делать вязанной или кожаной, а внутреннюю меховой. Еще можно помпоны на завязки крепить. — Я дорисовал еще пару моделей. — У вязаных цена демократичнее выйдет, то есть рынок сбыта больше, — как всегда у меня все свелось к бизнес-идее.

Вот только с теми ли людьми я ею поделился? Что-то меня от воспоминаний о сыне расклеило.

— Ты предлагаешь мне заняться производством русских шапок? — удивилась Алессандра, а затем восхитилась. — О, Фрэнк, ты такой душка! — она впилась поцелуем мне в губы.

— А почему нет? — не стал я сдавать назад, когда объятия ослабли. Вырвалась идея, значит надо ее осваивать. — Создадим итало-американский модный дом, зарегистрируем бренд, и вперед: с тебя контроль за бизнесом, наем дизайнера и сотрудников, с меня финансирование и иногда идеи. Глядишь, и “Диор” обойдем.

— Я согласна! — чуть ли не завизжала от нарисованных мною перспектив Алессандра. — Теперь я тоже буду при деле! А то Виолетта постоянно нос задирает из-за своей должности! Тоже мне, советник министра культуры Италии! — возмущенно фыркнула она. — А я буду владелицей модного дома, подвину “Диор” — это еще круче!

— Ты только ей раньше времени все не разболтай, а то побежишь хвастаться, — предостерег ее Никола.

— Я что дура?! — вспыхнула Алессандра. — Вот когда у нас все будет готово, тогда она и умрет от зависти! Не раньше!

— Ладно, поехали уже, — сказал я Николе, а то уже минут десять с места не двигаемся.

На машине мы доехали не до конечной точки маршрута, а только до аэросаней, а уже на них подъехали к трассе «Олимпия делле Тофане». Дело в том, что в самом городе снега, несмотря на низкие температуры, почти не было, и на аэросаней к отелю было не подъехать.

Хорошо быть техническим спонсором Олимпийских игр. Это помимо статуса и возможности посещать абсолютно любые соревнования еще и гарантировало место в ВИП-ложе с соответствующим обслуживанием. А сегодня ложа для избранных оказалась жизненно необходимой. Мало что мороз, так еще и ветер гулял по трассе и трибунам. Но нам с Ромео мерзнуть не пришлось. Для нас, как для важных гостей, были удобные кресла, теплые пледы, горячие напитки и алкоголь, а также водяные грелки, которые, когда те остывали, персонал достаточно оперативно менял на новые.

В общем, на соревнования, а сегодня в программе был скоростной спуск у мужчин, мы смотрели с комфортом.

— Фрэнк, может у тебя еще какие-то идеи кроме шапки есть? Больше ничего тебе вчера русские не дарили?

Я чуть кофе не подавился, представил, как Чернышев торжественно вручает мне комплект нижнего белья из кружев. Хмм, что-то меня сегодня цыклин на этих кружевах. Бабы что ли давно не было?

— Есть одна идея, — шепнул я Алессандре на ушко и сразу перешел на строгий тон. — Но дай мне соревнования посмотреть!

— Да ну их, — поморщилась без пяти минут бизнесвумен.

— Сама же меня сюда притащила, — напомнил я ей.

В ответ меня одарили милой улыбкой.

Не уступить я не смог. Так что вновь достал блокнот и нарисовал модель в высоких сапогах на молнии. Их я здесь точно не видел. Местные дамы ходят или в туфлях, или в ботинках.

Никола даже забыл о соревнованиях, а еще минуту назад азартно что-то кричал на итальянском спортсменам. Копируя кузину, вытянул шею и прилип взглядом к изображению.

— Боже, какая прелесть! — воскликнула Алессандра. — Хочу, хочу, хочу!

— Да не вертись ты, не видно же ничерта! — проворчал Никола.

Я вырвал лист из блокнота и передал этим двум почитателям моды, итальянцы, что с них взять, пусть обсуждают, сам же принялся смотреть соревнования.

К моему удивлению меня все же оставили на какое-то время в покое, и я смог хоть что-то увидеть, правда, немного. Мы сперва опоздали, затем меня отвлекали, в общем удовольствия от просмотра я особого не получил. Советские спортсмены проскользнули мимо моего внимания, да и на пьедестал не попали, а всех победил австриец Тони Зайлер, но я об этом мог и по радио узнать.

Хотя польза от поездки все же была. Наблюдая за спортсменами-горнолыжниками я укрепился во мнении, что тема спортивного инвентаря сейчас очень перспективна и мне не нужно замыкаться исключительно на хоккейной экипировке. Лыжи, сноуборды, защитное снаряжение — всё это имеет намного больший коммерческий потенциал. Тем более, что совсем скоро в Европе, а затем и в США начнётся самый настоящий горнолыжный бум и курорты подобные Кортине, все эти Китцбюэли, Аспены, Санкт-Морицы и прочие станут очень популярными местами среди толстосумов.

Да и если вспомнить про недавнюю гонку на снегоходах, то станет понятно, что лыжная акробатика со сноубордом просто обязаны быть в программе моих будущих Adrenalin Games.

Так что мне обязательно надо зайти на этот огромный рынок в числе первых. Понятное дело, в одиночку я это направление не потяну, я же не многорукий Шива. И старик Ружо тоже не потянет. Пусть чисто хоккейной экипировкой занимается, это как раз его уровень. А на новое направление придется кого-то другого искать, чтобы делегировать ему обязанности, а самому выступать генератора идей.

Прежде чем ехать в Ледовый стадион мы втроем решили пообедать. Ресторан выбирали Ромео, они здесь свои и им виднее.

— Господи, эта та, о ком я думаю? — прошептала Алессандра, когда мы уселись за свободный столик и уткнулись в меню.

Мы с Никола синхронно повернули головы в ту сторону, куда смотрела девушка.

Там сидела компания англичан судя по их говору, манере одеваться и внешности. Трое мужчин и две молодые женщины.

— И кто это? — спросил я. Не то, чтобы мне было до них какое-то дело, английская аристократия — те еще снобы, общаться с ними удовольствие для извращенцев. Но раз уж Алессандра акцентировала на них внимание, да и у Николы вид стал слишком уж задумчивым, то невольно и меня эта компания заинтересовала.

— Младшая сестра английской королевы, принцесса Маргарет, а с ней ее подруга, кстати, американка, — удивила меня Алессандра. — Шарман Дуглас — дочь бывшего посла США при королевском дворе в Лондоне.

Я окинул молодых женщин взглядом. Блондинка и брюнетка с очень высокой прической. На вид обеим было лет двадцать пять.

Наши глаза с брюнеткой встретились. Они у нее оказались синими. Взгляд дерзкий