Кристаллический Мир - Антон Чернов

Кстати, довольно занятно, что как раз генофонд тела был не слишком хорош. Даже в рамках неулучшенного человека. Местные, похоже, вообще не трогали толком биологию, ударившись в эфирную кибернетизацию. Импланты-водители отклонения правят, последствий нет. Но сам факт наличия этих отклонений — уже показатель.

И, кстати, причина “нестандартности” личности Брамака имеет корни и в этом, дошло до меня после анализа. Гипертрофированная гормональная активность… хех, почти как у Ладычей: и женские, и мужские гормоны вперемешку. К гендерной позиции это никакого отношения не имеет. Но сам факт, что пятидесятилетний, суровый и брутальный, бородатый и усатый (хороша бородища, кстати. А в Беловодье мне такая и не светит) минимум на треть руководствовался оценками и эмоциями, более свойственными женскому полу — довольно забавен.

Ну и в дополнение нарушения работы сердечно-сосудистой системы, не самые здоровые почки. Всё это (кроме гормонов, тех, которые принимали участие в когнитивной деятельности, остальные тоже правились), как понятно, выправлялось водителями-имплантами. Да и в целом, ситуация, с точки зрения популяции станции, не была бедой или даже багом: нормальное генное рекомбинирование нормальных человеков, с не менее нормальными двумя третями хреновых результатов.

При этом — аж жаба, в умеренной форме, душит. Бармак в своё время, как представитель высшего корпоратства, тренировался. Мордобойно, стрелябельно и вообще. Не профильно, без акцента, но занимался в процессе обучения. Так вот, после — несколько раз использования приобретённых навыков для защиты себя и имущества за десятилетия. Успешных и эффективных раз, нужно отметить.

При этом — ни тренировок, ни “поддержания формы”. Подобное времяпрепровождение вне процесса обучения вообще не приходило в голову. А всё из-за имплантов-водителей. Эти читерские приспособы не давали жопе стать жирной, навыкам и наработкам рефлексам — ухнуть в никуда. То есть, для Брамака было НОРМАЛЬНО и естественно, буквально правило жизни: выучил один раз — всё. Умеешь, знаешь, практикуешь. Читеры, однозначно, желчно позавидовал я, пристрастно копируя всю машинерию имплантов Архивом.

Я, может, тоже хочу на пузе валяться, группенсексом заниматься и мысленные эксперименты ставить, блин! Вместо четырёх часов ежедневного мудоханья с тренировками.

Ну, может, и буду, посмотрим, пережил острый приступ возмущения несправедливостью Мира я. И решил подрыхнуть, благо тело сигнализировало, что надо.

Подрых, причём мне снилось Беловодье, Пряша и Ола с Любой. И немалое по продолжительности время сна мы занимались друг другом. Это, конечно, приятно и вообще. Но проснулся я, хоть и довольный, но несколько обеспокоенный, отключившись от внешних раздражителей и стараясь понять.

Понять же мне нужно было такую фигню: Карачун не спал. Мог, но это было сознательным, а отнюдь не обязательным для даймона делом. При этом, вот сейчас, дрыхло не только тело, но и даймон моей души пускал тёмную изморозь в две дырочки. Ну, может, и не пускал, не видел. Но дрых — однозначно. Причём усилий для этого, как раньше, я не прилагал.

И надо было понять, с чем это связано. Если это последствия повреждения амёбищей — то это хреново. Это я во сне получаюсь беззащитным. Причём не только здесь, но и по возвращении в Беловодье, что мне ни беса не нравится.

Стал с Архивом копаться, несколько успокоился на будущее, но как информация на текущий момент вопрос оказался важным. Итак, выходит, что в условиях кристаллического эфира интеграция души-даймона в тело происходит… Ну скажем так, порядково плотнее, нежели в Мирах нормальных. Я вот не задумывался, но по факту, точка пространственной локализации тела и души — в одном месте. Соответственно, связь ГОРАЗДО более плотная. Ну и не дрыхнуть даймоном я, скорее всего, смогу. Но только не дрыхня телом.

Негатива это особого не несёт, кроме ряда физиологических моментов: я наслаждался едой не только и не столько из-за “эфирного бульончика”. Но и натурально чувствовал вкус пищи душой. И — интересно… Хотя гусары, молчать! Ну вот что я за извращуга-то такой, посетовал я, с улыбкой на всю пасть. Ну… попробуем, если случай подвернётся. В бордель я точно не ходюн, не ходок, ну и даже не ходец. А вот в процессе поисков подхода к Башне Врат, если будет время и желание, ну и впердоливалибельный объект… То посмотрим, да. Не похоти ради, а научного исследования для.

Приняв это высокоморальное, самоограничительное и со всех сторон правильное решение, я, наконец, отвлёкся на окружающую меня реальность. Реальность издавала мелодию, довольно приятную, но навязчиваю. А память, с оттенком бодрости и придурковатости, отрапортовала, что это дверной звонок.

— Кто стучится в дверь моя? — пропел я, накафтанивая кафтан и насандаливая сапоги. — Ой, бли-и-и-ин…. — зарядил я по своей физиономии чуйствительную челодлань.

Дело вот в чём: денюжки, тугрики, эквивалент рабского труда, обменный эквивалент и прочие эпитеты. Мысль об этих фигулинах и вызвала челодлань, потому что:

Станция, как существующая с эфирной сетью, понятия безналичного расчёта не знала. Ну вот не прижился тут вариант цифровой, точнее, виртуальной деньги. Насколько я понял, просматривая память, было это связано с двумя факторами. Первый — денежки, как бы это помягче, в безналичном виде были на станции не особо нужны. Станция — не планета, а,по сути, крупный мегаполис. С несколькими миллионами (сколько точно — по-моему, и не знал никто) населения, довольно плотно локализованными. Соответственно, острой нужды в безнале просто не было: можно и нал донести, если что.

При этом, некоторое удобство и экономию времени (и средств на печатание очередных тысяч денег) безнал бы принёс. Но тут вступала в игру та самая эфирная связь. На эфире, который как бы это… При всех прочих равных — не совсем полупроводниковые схемы под напряжением. Совсем не полупроводниковые схемы, и даже не биовычислитель, если говорить прямо.

Куча сил артефакторов-разработчиков станции, как и куча узлов итоговых механизмов, заняты были именно нивелированием побочных явлений того, что механизмы работали на эфире. Короче, нивелировали психоэмоциональные помехи от разумных, да и от самого эфира, который совсем не “нейтрален”, а скорее хаотичен.

Плетельщики Информации, кстати, именно плетельщики. Потому что информационная эфирная сеть требовала постоянного переплетения, присмотра и прочих моментов. Так вот, в этих условиях выходило, что кристаллы корпораций, отрезанны от внешнего эфира, не только для защиты от взлома. Это был способ надёжного хранения информации в тех объёмах, в которых она там хранится. Другого способа не дать эфиру “пошалить” с монструозными массивами данных даже в голову не приходило.

И да, сознательный ломатель, орудующий в эфирных сетях — гораздо опаснее какого-то там крутого зарубщика Мира Мороза. Эфир податливее, зависит от кучи