Андрей Саргаев - НИКОЛАЙ НЕГОДНИК

- Ачоа? Зубы на продажу выдергивал, коммерция, чо. Не своими же торговать, - Змей улыбнулся ослепительно-белозубо. - Их всего триста восемьдесят.

- Сэр Рой, вы уже всю округу оповестили о нашем прибытии? - лениво поинтересовался окончательно проснувшийся Базека.

- Никому не говорил, - заверил старейшина, с трудом поднимая голову со стола. - А нужно было?

- Вообще-то мы к всенародной известности не стремимся… Хотя с удовольствием принимаем заслуженную славу. Но вон те ребята точно не к нам едут?

- Едут? - удивился горец. - Наши пешком ходят.

- Да? Значит, тяжелая конница будет сюрпризом?

- Где?

- Да вот, - кот махнул лапой в сторону лесной опушки. - Сотни полторы будет.

Сэр Рой вгляделся внимательней и подпрыгнул на месте, выронив из рук кувшин с крепким пивом:

- Бриттцы идут! Тревога!

Над деревней испуганной птицей заметался хриплый рев сигнальных рогов. Между крытыми почерневшей соломой домами забегали скотийцы, на ходу поправляющие плохонькие кожаные доспехи. Многие воины в спешке вместо оружия похватали то, что подвернулось под руку. Подворачивались преимущественно кружки с виской. Появившиеся следом жены пытались вручить забывчивым мужьям мечи, по большей части безуспешно.

- Надо переговорщиков послать, - местный друид, которого разбудили в последнюю очередь, со злостью плюнул в сторону приближающихся неспешным шагом рыцарей. - А то я их в свиней превращу.

- Сможешь? - с надежной спросил старейшина.

- Нет. Конечно. Если только наши гости помогут.

Взгляды скотийцев обратились к Базеке и Годзилке.

- Не вопрос, - обнадежил кот. - Без всякого колдовства уделаем. Я ведь без хорошей драки даже спать не могу. Все время ворочаюсь с бока на бок, а потом встаю и чищу морду первому встречному. Пока двоим-троим не начищу, не засыпаю.

- Сразу на троих выходишь? - ахнул кто-то.

- Ачоа? Нам с Годзилкой врагов пересчитывать без надобности. Если только былинникам для истории.

А рыцарская конница тяжелым шагом продвигалась все ближе и ближе. Малиновые отблески заходящего солнца играли на начищенных доспехах, а длинные копья опущены для таранного удара. Вот еще немного, и бронированный кулак сорвется в галоп, сметая все на своем пути.

- Горыныч, - попросил кот, ты мне кого-нибудь оставь на закуску. А я пока подожду в сторонке.

- Боишься?

- Вот еще! Просто не хочу у тебя заслуженные почести отнимать. Скромный я очень.

- На башку залезай, скромник хренов. Наводчиком будешь и корректировщиком.

Базека проглотил обидный ответ и вскарабкался по шее на голову друга. И тут же удивленно присвистнул - в тыл к наступающим бриттцам заходили странные, сколоченные из нестроганных досок ящики, крышу которых венчала круглая башенка с торчащими вперед сучковатыми бревнами. Они (ящики, а не бревна) выглядели несколько непривычно и чужеродно в идиллической картине теплого осеннего вечера.

- Годзил, а это чо такое?

- Это? - зрачки Змея из вертикальных стали круглыми. - А это, друг мой Базека, явный анахронизм.

- По-нашему скажи, да!?

- Помнишь, я тебе вчера про танки рассказывал?

- Ага, и полковника Лешакова дураком обзывал.

- Так вот - забудь. А вот это и есть его танки. Теперь осталось дождаться кавалерии из-за холмов, - Годзилка довольно рассмеялся своей шутке и затянул песню: - На поли-и-и танки грахатали-и-и… салдаты шли в паследний бой…. А маладова-а-а камандира… несли с прабитай гавалой…

Тридцать две боевых машины ударили одновременно. Каким образом были выпущены снаряды, увлеченный песней Горыныч так и не заметил, но длинные бревна выбили вражеский строй качественно, сминая разом по несколько всадников вместе с лошадьми. Самые легкие рыцари долетали до неровного строя стремительно трезвевших скотийцев. После залпа на зачистку пошла пехота, добивая раненых и покалеченных тяжелыми дубинами. А потом из леса показался самый большой танк с развевающимся на башне боевым красным знаменем. И отчетливо видны на бархате вышитые золотом серп и молот.

- Наши! Наши!

Да, это действительно были они. Отдельный Экспедиционный танковый корпус под командованием дважды полковника Хведора Лешакова устраивался на ночлег. И с удовольствием присоединился к затихшей, было, пирушке. Но на четыре сотни леших не хватило бы никаких запасов, и командир, вдоволь налюбовавшийся переданными Годзилкой новенькими погонами, отдал приказ, встреченный криками "ура". Из леса тут же выкатили замаскированные ветками телеги с бочонками и бутылками.

- Трофеи, - небрежно бросил Хведор. - На любой вкус - портер, эль, виска, джин. Последний, правда, вонюч без меры, но крепок, зараза. Для военного времени сойдет. Нет, ты не подумай чо, мы на службе не потребляем. Но в походе… да за встречу.

- Да не мнись, Федя, все свои. Пить будем?

- Много? Будем!

Но много не получилось. После первой же кружки дважды полковника аккуратно оттащили в сторону и сообщили княжеский приказ о возвращении. На лице лешего появилась довольная улыбка:

- Домой - это хорошо. А то прямо-таки ностальгия гложет, хоть караул кричи. Только вот этим делом и спасаемся, - но, заметив укоризненный взгляд кота, поправился: - Мы же без фанатизма.

- Если только так.

- И никак иначе, - заверил Лешаков. - Кстати, а по какому маршруту возвращаться?

- Что, дорогу забыл?

- Помню, чо! Только там жрать нечего будет.

- Совсем? - уточнил Годзилка.

- Ага, до нового урожая. И еще немного дольше.

- Хреново…

Действительно, во время полета Змей видел разоренное Пшецкое крульство и соседнюю с ним Бошецкую Империю, но как-то не задумывался над масштабами случившегося стихийного бедствия. Оказывается, лешие бродили по сопредельным странам хаотично и бессистемно. Имея единственной целью приятное времяпровождение. А что может быть приятнее и полезнее для вырвавшегося на свободу лешака, чем хулиганство в особо крупных размерах?

И что теперь делать? Разве пройти севернее, через Скандию? Заодно и примучить распоясавшихся без строгого руководства вольных свинландских конунгов. Ачоа? Если морем, то рукой подать. Танки деревянные, не утонут, лешие тоже. И под парусами… Ну да, князь как-то рассказывал про парусные танки. И про дверь на спине. Сказки? Да!!! Мы рождены, чтоб сказку сделать былью.

Но озвученное предложение было забраковано ученым котом:

- Долго получится, - пояснил Базека, озабоченно потирая усы. - Николай просил быстрее вернуться.

- Али случилось чего? - нахмурился дважды полковник.

- Пока еще нет. Но какие-то странные шевеления в Диком поле происходят. Непонятные.

- Чего там понимать-то? - Лешаков пренебрежительно сплюнул. - Чай степь не лес, вот и шляется народишко туды-сюды, куды придется. От безделья маются, сволочи. Их бы ко мне в чащу…

- Деревья окучивать или кусты поливать?

- Зачем? На удобрение.

- Так. Не отвлекаться! - Годзилка строго повысил голос. - У кого какие предложения?

- Предложения? - переспросил Хведор. - Только одно - сейчас примем по малой толике и уйдем в ночь… Как былинные герои.

- Долго.

- Ачоа? Мы колдовствам с детства не обучены.

- Погоди, а телепортации?

- В смысле?

- Мгновенное перемещение в пространстве. Можешь?

- Ерунда это - только в пределах прямой видимости работает, а сил отнимает столько, что бегом добежать легче будет.

- А если дальше попробовать?

- Прыгать, что ли? Бесполезно. Еще ни разу не попадал куда хотел. Один раз вообще в Желтомордию забросило - полтора года пешком возвращался, два раза по пути в спячку залегал.

Годзилка задумался. В его глазах, с круглыми в темноте зрачками, отражались огни костров и напряженная работа мысли.

- А что ты, Федя, думаешь о Шопенгауэре?

- Пока не чешется, я о ней и не думаю. А что?

- Да так, к слову пришлось. А то, что Земля круглая, знаешь?

- А то! Постоянно с нее скатываюсь. Утром ничего, а к вечеру… прямо беда.

- Хм… Впрочем, это неважно. Еще она крутится вокруг своей оси и вокруг Солнца. Понятно?

- Понятно, - с уважением к науке произнес боевой командир. - А зачем она это делает?

- Хочется ей так.

- А-а-а…

- Так вот - планета меняет свое местоположение в пространстве, отсюда твои ошибки и погрешности при перемещениях. Правильно?

- Правильно! - Лешакову было приятно узнать, что не сам дурак, а в неудачах виноват кто-то другой. - И чего теперь делать?

- Синхронизировать процесс.

- А-а-а?..

- Прыгай не в какое-то абстрактное место, а к конкретному человеку. И все само собой получится.

- Не понял.

- Чего понимать-то? Бабу хочешь?

- Лукерью что ли? Спрашиваешь!

- Так иди.

Дважды полковник застыл на месте, что-то соображая, и с негромким хлопком растворился в воздухе. Появился минут через двадцать, довольный, с масляно блестевшими глазами.

- Работает, едрить ее… Работает!

Глава 11