Валерий Самохин - Спекулянтъ

Когда он забежал в приемную, его уже нетерпеливо дожидался пританцовывающий Федька. Едва поприветствовав шефа, он тут же доложил:

- Началось, Денис Иванович. Котировки "Каспийской" ушли на тридцать процентов.

Глаза у него лихорадочно блестели, а правая рука беспрестанно поправляла непослушный чуб.

- Сделай мне кофе, - коротко приказал Денис.

- Со сливками?

- Лучше с лимоном.

Пригубив из поданной чашки обжигающе горячий кофе, он на всякий случай уточнил:

- Либман все инструкции получил?

- Обижаете, шеф - насупился помощник. - Телефонирует через каждые пятнадцать минут.

- Отправляй депешу Ерофееву. И пусть пришлет подтверждение в получении.

Телеграфная связь была самым слабым местом в планируемой операции, где все было расписано буквально по минутам. Малейший обрыв связи грозил непредсказуемыми последствиями. Приходилось рисковать - ничего не поделаешь, издержки столетия.

- Будет исполнено, Денис Иванович...

Краткую манеру ответов Федька перенял у своих старших товарищей. Через три часа он забежал в кабинет начальства с очередным докладом.

- Котировки начали расти!

- Сколько мы выкупили?

- Двадцать шесть процентов. Начинаем "высадку пассажиров"?

- Нет, обойдемся без этого...

Повторять прошлые ошибки Денису не хотелось. Переплаченные при этом суммы особо его не волновали - цель того стоила.

- Как дела у Ерофеева?

- Только что телеграфировал. Операция закончена.

- Передай Либману - продолжаем скупку... 

***  Баку. 16 сентября 1897 год. 

Джавад Юсупов, маклер Бакинский биржи, удовлетворенно потирал руки. Неудачное утро, начавшись с падения котировок многих нефтепромышленных компаний, связанных с "Каспийской", закончилось очень даже неплохо. Неизвестный покупатель не торгуясь выкупил все бумаги акционерных обществ "Магнит" и "Северо-Кавказское", имеющееся на открытом рынке. Пакеты акций весили более восьмидесяти процентов от общего числа выпущенных.

В полдень того же дня, группа Ерофеева при поддержке полицейских исправников производила смену собственников в вышеупомянутых компаниях. Требовалось не допустить передачи пакетов акции "Каспийской", числившихся на балансе подставных акционерных обществ...

Зачем тратить огромные суммы и затевать многоходовые комбинации, если можно просто купить сами компании- "пустышки" за рупь с полтиной? Со всем их имуществом, включающим и треть пакета всех акции "Каспийской". Остальные бумаги были выкуплены на открытых торгах Санкт - Петербургской биржи.

В этот раз торговый дом "Черников и сын" ошибок не допустил. К концу дня на его балансе находилось более двух третей акции "Каспийского нефтяного товарищества". В короне торгово-банковского концерна засверкал новый камушек - из черного золота. 

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Москва. 15 апреля. 2009 год.

"Президент США Кондолиза Райс прибыла с визитом в столицу нашей Родины..."

("Первый канал", Россия)  ***  Резиденция торгового дома "Черников и сын". Петербург. 14 октября. 1897 года. 

В конторе торгового дома царил переполох: после месячного отсутствия десятичасовым скорым прибывал шеф. Наводился марафет, сотрудники лихорадочно дописывали отчеты, и даже всеобщая любимица - неизвестно откуда приблудившаяся кошка - не путалась, как обычно, под ногами, а спокойно лежала у входа: ждала.

Маньке Облигации - непонятное прозвище давал лично шеф - беспокоиться было не о чем: во вверенном ей хозяйстве мышей не наблюдалось. Крысы были не в ее епархии - за них отвечало ведомство Ерофеева.

Первая красавица концерна (после Юлии Васильевны, естественно!), помощник старшего бухгалтера Мария Кшиштовская резала мелкими дольками лимон и укладывала на блюдо вокруг бокала с коньяком: любимого шефом напитка шустовского производства. В общем, все как обычно. В любой конторе, любой эпохи...

- Федор, ты отчет по французским казначейкам не видел? - В приемную забежал вечно куда-то спешащий Хвостов. - Нигде найти не могу.

- Это таксист спер, - с самой серьезной миной, на какую только был способен, ответил молодой помощник главы концерна. - Мне его рожа сразу не понравилась.

Оба радостно заржали - шутка была в ходу уже второй месяц и пока еще не приелась. Хотя, кто такой таксист, ни тот ни другой не знали. У шефа спрашивать было бесполезно: либо еще более непонятно отшутиться, либо, если попадешь под горячую руку, узнаешь какое-нибудь новое выражение.

- Надо в кабинете посмотреть у Дениса Ивановича. Могли на стол положить...

Договорить Федьке не дали. В открытую дверь заглянула Мария и радостно сообщила:

- Едут!

После рейдерского захвата "Каспийской" добавилось множество хлопот. Переговоры с банкирским домом Ротшильдов о выкупе у них оставшегося пакета акций и принадлежащей им же транспортной компании "Мазут" были пока безуспешными - слишком высокую цену запросили их владельцы за ненужные им, в общем-то, теперь активы.

Следовало провести полную ревизию в Баку, для чего туда и выехал месяц назад Денис. Главной проблемой было отсутствие кадров - и в Петербурге, и в новых владениях, на ключевые посты требовались свои люди, но взять их было неоткуда. Времени и сил катастрофически не хватало, поэтому все дальнейшие активные действия были перенесены на неопределенный срок.

Растроганный теплой встречей своих сотрудников - мелочь, а приятно! - Денис залихватски опустошил коньячный бокал, но к лимону не притронулся: закусил сахарными устами красавицы - бухгалтера. Благо, что Юлька не видела. Долгих церемоний разводить не стал и сразу же проследовал в свой кабинет.

- Докладывайте, орлы, - взял он с места в карьер. - Что вы тут без меня натворили.

Оперативку проводили в усеченном составе: Ерофеев остался в Баку, штабс-капитан так же отсутствовал.

- Все в полном порядке, шеф - первым начал отчитываться Хвостов. - Даже лопата не сломалась.

Денис хмыкнул: если анекдоты цитируют, что же дальше будет, с его несдержанным языком.

- Специалиста по внешним рынкам подобрали?

В кабинет вплыла, соблазнительно покачивая бедрами, помощник старшего бухгалтера. Она молча поставила на стол перед шефом чашку с горячим кофе, на секунду прижавшись к нему упругой девичью грудью. Не произнеся ни единого слова, девушка кокетливо стрельнула синей молнией красивых глаз и бесшумно удалилась.

Первым пришел в себя Федька:

- Исайя Либман, сын нашего биржевого маклера. Специализируется по международному праву во внешнеэкономической деятельности и государственных долговых обязательствах. Проходил стажировку в банкирском доме Варбургов. Знает французский, английский и немецкий языки.

Произнеся без малейшей запинки столь длинную речь, к тому же изобилующую сложными терминами, он с гордым видом оглядел собеседников.

- У нас новый сотрудник?

Перед взором до сих пор стояла походка профессиональной танцовщицы и Денис на минуту отвлекся от делового разговора.

- Я же объяснил? - недоуменно уставился на шефа Федька.

- Это я про девушку спрашиваю.

- А-а, Мария? - догадался сорванец. - Она из Петербургского коммерческого к нам перешла. Рекомендации отличные.

- Проверяли?

- Так Ерофеев с вами уехал, а больше некому, - пояснил Федька.

Денис минуту помолчал в задумчивости и резко сменил тему разговора:

- Почему он за границей не остался? Или за длинным рублем погнался?

- Кто, Степан Савельевич? - изумился помощник.

- Либман! - гаркнул шеф, поражаясь бестолковости своих сотрудников.

- Не нравится ему у буржуинов, - вмешался Мишка Хвостов, простодушно цитирую свое начальство. - Дома и трава зеленее, и деревья выше.

- И девки моложе.

Машинально добавив фразу, Денис с поздним сожалением понял, что только что ввел в обиход еще один афоризм.

- Пригласите его.

Вошедший в кабинет молодой человек был ярким представителем своей национальности, на древнем иврите именуемой как ха-иври. Человек из-за речки. Невысокий, худощавый, с черными завивающимися волосами. Взгляд темных глаз, подернутых легкой поволокой, был спокойным и уверенным.

- Проходи Исайя, - дружелюбно пригласил Денис. - Будем знакомиться.

Процедуру знакомства прервала Мария, неожиданно вызвавшаяся подежурить в приемной на время совещания. Поцелуй шефа не прошел для девушки бесследно: щеки у нее раскраснелись, а пушистые ресницы не могли скрыть вызывающего блеска красивых глаз.

- Денис Иванович, - томным голосом протянула она. - Эммануил Людвигович к аппарату просят.

Возникшее желание отложить разговор Денис тут же отбросил: Эммануил Нобель, глава "Механического завода "Людвиг Нобель" и "Товарищества нефтяного производства "Братья Нобель", был слишком значимой фигурой в дальнейших раскладах. Пришлось прервать совещание.