Криминалист 2 - Алим Онербекович Тыналин

от фургона и уехал. Значит, передача еще впереди.

— Согласен. Надо следить за сукиным сыном. Если он выедет, то приведет нас к месту. — Фрэнк посмотрел на меня. — Ты заставил его нервничать. Умно.

— Нервный человек совершает ошибки. Это нам на руку.

Через полчаса дверь дома снова открылась. Рэй вышел, на этот раз с ключами в руке. Подошел к фургону, открыл водительскую дверь и сел внутрь.

Двигатель завелся с громким ревом. Глушитель действительно неисправен, звук дребезжащий и рокочущий.

— Он выезжает, — сказал Фрэнк.

Фургон выехал с подъездной дорожки, повернул направо и поехал по улице в нашу сторону.

Я пригнулся и отвернулся к окну. Фрэнк опустил голову, притворился, что ищет в бардачке.

Фургон медленно проехал мимо нашей машины, Я видел краем глаза, что Рэй смотрит прямо, не обращает внимания на припаркованный под деревом седан.

Фургон проехал дальше, свернул на перекрестке налево и скрылся за углом.

Фрэнк завел двигатель и выехал на дорогу. Поехал за фургоном, держа дистанцию. Свернули налево на перекрестке.

Фургон ехал впереди, в ста ярдах. По главной улице Фредерика, в сторону выезда из города.

— Куда он едет? — пробормотал Фрэнк.

— К месту, где держат Кимберли. Или к другой автомастерской, пробует снова закрасить надпись.

Мы следовали за ним, держась на расстоянии. Фургон проехал центр города, выехал на шоссе в северном направлении. Двухполосная дорога, старый асфальт. Поля по обе стороны, фермы вдали.

Фрэнк держался через три машины позади фургона. Хорошая маскировка.

Я смотрел на дорогу и запоминал маршрут. Шоссе 15 на север. Проехали пять миль, десять, пятнадцать.

Фургон свернул направо, на проселочную дорогу. Грунтовое покрытие, неасфальтированное. Знак на обочине: «County Road 47».

Фрэнк притормозил, подождал несколько секунд, потом свернул следом.

Проселочная дорога узкая и ухабистая. Деревья росли по обе стороны: дубы и клены, с густыми кронами. Дальше поля, рядом с ними старые фермы.

Фургон ехал впереди, в пятидесяти ярдах. Он поднял облако пыли.

— Он едет в глубинку, — сказал Фрэнк. — В удаленное место.

— Именно туда и нужно везти похищенного ребенка. Подальше от соседей и от свидетелей.

Мы ехали медленно, стараясь не привлекать внимание. Фургон свернул еще раз, на еще более узкую дорогу, едва заметную между деревьями.

Фрэнк остановился.

— Если поедем следом, он нас заметит. Дорога слишком узкая, других машин нет.

— Остановимся здесь. Пойдем пешком, через лес. Увидим, куда он едет.

Фрэнк припарковал машину у обочины, под деревьями. Мы вышли, тихо закрыв двери.

Я взял портфель, а Фрэнк держал бинокль. Мы пошли по узкой дороге пешком, держась у края, готовые нырнуть в кусты, если услышим мотор.

Прошли двести ярдов. Дорога вывела на поляну. Впереди ферма.

Старый дом, двухэтажный, белая краска облезла, крыша покрыта ржавой жестью. Окна на первом этаже закрыты ставнями. На втором занавески. Справа покосившийся сарай, двери висят на одной петле. Поле за домом заросло сорняками, давно не обрабатывалось.

Фургон Рэя припаркован у дома.

Мы присели за кустами на краю поляны, и наблюдали.

Фрэнк поднес бинокль к глазам.

— Рэй вышел из фургона, — сказал он. — Идет к двери дома. Стучит.

Пауза.

— Дверь открывается. Женщина. Пожилая, полная, седые волосы. Говорят о чем-то. Рэй входит внутрь. Дверь закрывается.

Он опустил бинокль.

— Это место где держат Кимберли.

— Да. Нужно сообщить Томпсону, получить подкрепление и ордер на обыск.

Я посмотрел на Фрэнка.

— Возьми машину, езжай к ближайшему телефону и свяжись с боссом. Я останусь здесь и буду держать наблюдение.

Фрэнк кивнул и передал мне бинокль.

— Хорошо. Пушка есть? Не дай им увезти девочку, если что.

Я промолчал и он быстро ушел, наступая на ветки и сухие листья.

Я остался ждать, спрятавшись за кустами. Минуты тянулись. Солнце стояло высоко и жарило. Пот стекал по спине, рубашка прилипла к коже. Комары жужжали над ухом и кусали меня. Я старался не двигаться.

Дверь дома открылась. Рэй вышел из него и спустился с крыльца. Направился к фургону.

Сел в фургон и завел двигатель. Развернулся, поехал обратно по дороге, в мою сторону.

Я пригнулся ниже, распластавшись на земле. Фургон проехал мимо, в десяти ярдах от меня. Звук глушителя громкий и дребезжащий. Поднялось облако пыли.

Фургон скрылся на повороте. Пусть едет. Мы знаем, где он живет. Сейчас главное спасти Кимберли.

Я вернулся к наблюдению за домом. Тишина. Никакого движения. Окна закрыты, дверь тоже. Дом выглядит заброшенным, но внутри женщина. И, возможно, Кимберли.

Через полчаса кусты затрещали и пришел Фрэнк.

— Ну, как ты тут? Мне пришлось заехать к шерифу. Я запросил подкрепление и ордер на обыск. Томпсон уже связался с судьей и получил экстренный ордер. Он высылаю команду: Паркер, О'Коннор, Уильямс, плюс шесть агентов из балтиморского офиса. Операция согласована с местной полицией округа Фредерик. Скоро будут на месте. Он приказал нам держать наблюдение, не приближаться, не вмешиваться до прибытия команды. Стоп, а где фургон?

Я пожал плечами.

— Он уехал. Но без девочки. Поэтому я остался здесь.

Фрэнк смотрел на дом через бинокль.

— Движения все также не видно.

Вскоре я услышал звук моторов. Далеко, но он приближался все ближе.

— Это наши, — сказал Фрэнк.

На поляну выехали три машины. Два черных седана ФБР, одна машина полиции округа Фредерик, черно-белая, на боку надпись «Шериф».

Машины остановились у края поляны. Двери открылись, оттуда вышли люди. Много людей.

Дэйв Паркер, Тим О'Коннор и Маркус Уильямс. Шесть агентов из Балтимора, я их не знал. Два офицера шерифа, местные, в коричневой форме, со значками на груди.

Я и Фрэнк вышли из-за кустов и подошли к ним.

Дэйв протянул руку.

— Митчелл, отличная работа. Мы вышли на место.

— Спасибо. Рэй Делани был здесь пятнадцать минут назад, встречался с женщиной, затем уехал. Женщина осталась внутри дома. Предполагаем, что Кимберли тоже там.

Маркус, следуя моим указаниям, нарисовал план фермы на капоте машины.

— План штурма, — сказал он. — Четверо идут через переднюю дверь, четверо через заднюю. Двое остаются снаружи, блокируют периметр. Шериф держит связь. Приоритет безопасность ребенка. Если женщина окажет сопротивление, ее нужно обезвредить, не причиняя вреда девочке.

Все кивнули.

— Готовы? — спросил Дэйв.

— Готовы, — хором ответили мы.

Команда разделилась. Я, Дэйв, Маркус и два агента из Балтимора пошли через переднюю дверь. Фрэнк, Тим, два других агента через заднюю. Полицейские от шерифа остались у машин и наблюдали за периметром.

Мы быстро и тихо пошли к дому. Трава высокая, приглушала шаги.

Дэйв крался впереди, держа пистолет в руке, ствол опущен вниз. Я за ним, тоже держа руку на кобуре. Маркус справа, двое агентов слева.