Альянс Нерушимый - Александр Борисович Михайловский

идет об откомандировании в ваше распоряжение, и только потом мы должны будем принять решение, какой рапорт писать — или о постоянном переводе в ваш флот, или о возвращении к предыдущему месту службы.

— Все правильно, Сергей Захарович, — ответил я, — я ни минуты не буду удерживать у себя человека, который решил вернуться обратно, хотя и составлю о нем соответствующее мнение.

— В таком случае лично я согласен, — сказал чернобородый кавторанг, — сорок лет, ни кола, ни двора, служба не задалась, перспектив карьеры в мирное время никаких — и тут тебе предлагают махнуть с буксира на мостик боевого крейсера, пусть даже и космического…

— Очень хорошо, Сергей Захарович, — кивнул я, — Лилу будет рада с вами познакомиться.

— А кто такая Лилу и какое отношение она имеет к службе на космическом крейсере? — удивился кавторанг Балк.

— Лилу — это и есть крейсер-рейдер типа «Длинный Меч», — ответил я. — Дело в том, господа, что мои главные противники в Галактике цивилизация кланов эйджел не умеет и не желает строить корабли в нашем обычном человеческом понимании. Все их корабли — живые, то есть их главным элементом является сфера обеспечения, в которую заключен специально измененный на эмбриональной стадии живой мозг, что и управляет всеми системами корабля как собственным телом.

Офицеры переглянулись, явно ошарашенные столь чудовищным фактом.

— Но это же ужасно! — воскликнул мичман Витгефт. — Как вы такое только терпите?

— Да это ужасно, юноша, — согласился я. — Но живые Корабли в этом ужасе не виновны, они не преступники, а жертвы. А до главного негодяя, так называемого Древнего, который и обучил эйджел эдакой пакости, мне, пожалуй, и не дотянуться. Произошло это где-то сто тысяч лет назад, и теперь никто не знает, где его искать. Поэтому всякий Корабль, взятый с боя или добровольно перешедший на мою сторону, признается полноценной свободной человеческой личностью и получает предложение поступить на службу на общих основаниях.

— Простите, а зачем вам еще и мы, раз уж ваши корабли и так живые? — спросил кавторанг Кузьмин-Короваев.

— Без командира любой Корабль очень сильно теряет в эффективности и, самое главное, в боеспособности, — ответил я. — Вот представьте себе крейсер, полностью исправный и укомплектованный обученной командой, на борту есть даже старший офицер… но нет командира. Из порта в порт, желательно в виду берега, такой корабль еще пройти сможет, а вот участвовать в боевом походе, и тем более в сражении — уже нет.

— Да уж, господин Серегин, уели вы Валериана Львовича, — усмехнулся в черную бороду кавторанг Балк. — Без командира любой, даже самый сильный, корабль — не более чем самоходная баржа. Пожалуй, я соглашусь на ваше предложение даже в таких интригующих обстоятельствах. Лилу так Лилу, встретимся и поговорим.

— И я тоже согласен, — торопливо произнес Владимир Витгефт. — Только вот как вы собираетесь ставить мичмана на мостик крейсера, даже такого необычного, как ваш чудесный живой Корабль?

— Обыкновенно собираюсь ставить, юноша — ногами, — ответил я. — Как император Четвертой галактической империи, сразу после перехода в мое подчинение я произведу вас в капитаны второго ранга, так сказать, авансом, и никто мне при этом не указ. Кстати, ваш Корабль зовут Амила, и она, как и вы, совсем молоденькая, практически только что с верфи. Подобное положено класть к подобному, и я стараюсь следовать этой мудрости.

— Я тоже согласен, — сказал кавторанг Кузьмин-Короваев. — Только скажите, на чье имя мы должны писать рапорта о прикомандировании?

— Рапорта пишите на высочайшее имя императора Михаила Александровича и передайте их Николаю Оттовичу, — ответил я. — Он перешлет их по принадлежности. Так как все трое вы — люди, не обремененные ни семьями, ни прочими привязанностями, на сборы и все прочее даю шесть часов. Время пошло, господа.

Часть 102

Мир «Крымского Излома», 26 декабря 2023 года, 05:45 мск, околоземное космическое пространство, линкор планетарного подавления «Неумолимый», главный командный центр

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи

Пробежавшись в темпе «Фигаро здесь, Фигаро там» по другим мирам, я вернулся к товарищу Гордееву ровно через три недели после первого посещения и примерно за десять дней до ожидаемого нападения эйджел. На последнем этапе, помимо урегулирования местных дел, особых хлопот потребовала реализация добычи, взятой в скоротечном спонтанном сражении с консорциумом кланов. «Мародеры», «Корсары» и «Флибустьеры» следовало отогнать на орбиту вокруг моего мира-Метрополии.

Там пока что из числа серых были назначены только инженер-капитаны и техник-лейтенанты. В диких кланах инженерные кадры имеются только у зажиточных кланов на крупных кораблях, причем в явном избытке, а пузатая мелочь обходится услугами горхинь, натасканных на стандартные ситуации, но у меня в Империи все должно быть по высшему разряду, и в первую очередь техническое обслуживание Кораблей. Сейчас новопроизведенные инженер-механики обследуют свои заведования и составляют длиннющие дефектные ведомости, где и что необходимо отремонтировать, заменить или модернизировать. В качестве идеального образца во всем, кроме представительской роскоши, я приказал взять мою маркрафиню Рион, потому что она тоже корабль класса «Флибустьер».

А вот Лилу, Маре и Амила в общий отстойник не попали, а оказались в сопровождении «Неумолимого». И пусть их командиры пока только с самого краю нюхнули космической службы, с их назначением все три «Длинных Меча» из иждивенок превратились в боевые единицы. При этом господа офицеры стоически вытерпели новость, что «мужских» штатных единиц в командах их кораблей по максимуму две: главный сигнальщик и главный ракетно-артиллерийский офицер. И даже приписанные к «Длинным Мечам» роты штурмовой пехоты укомплектованы исключительно бойцовыми остроухими из недавних наборов. Взводные и отделенные командиры там из моих изначальных ветеранш, и только ротные — происхождения четырнадцатого, восемнадцатого или сорок первого годов. В связи с этим впереди у меня маячит разговор о желательности или не желательности на борту Корабля контактов третьего рода, и порядки по этой части должны стать для новичков еще одним шоком.

Почти всех прошедших инверсию пленных темных эйджел я разместил на «Неумолимом», светлых послал в мир Метрополии, а франконских и тарданских наемников, пожелавших служить Империи, отдал под команду Велизарию, опять же из принципа «подобное к