Приказано поступать по совести - Сергей Елисеев

Было стойкое ощущение того, что я вижу его и разговариваю с ним в последний раз. И даже если так, я буду и останусь его должником, ибо благодаря его доводам и советам у меня наконец появился план...

Выйдя из тира и закрыв за собой дверь, я тут же натолкнулся на Полину, похоже, подслушивавшую наш разговор. Что интересно, во взгляде её не было даже тени презрения или ненависти. Наоборот, в глазах горел неподдельный интерес и даже надежда.

- Подслушиваешь? - ухмыльнулся я, скосив взгляд.

- Мимо проходила! - фыркнула девушка, прижимаясь спиной к стене напротив меня.

- Ну да, конечно!

Между нами повисло неловкое молчание. И вот, я уже было хотел уходить, как Полина вновь заговорила, обратившись ко мне:

- Нам надо поговорить! Пошли! - твёрдо сказала она, кивнув в сторону лестницы, что вела из подвала на первый этаж.

- Решила прогуливать? - спросил я, силясь изобразить серьёзность на лице. Уж больно мне было интересно, что это за разговор такой важный, что ради него Полина куда-то тащит меня. А ещё интереснее то, что вроде как буквально вчера мы были готовы порвать друг друга на куски, а сейчас она, как ни в чём не бывало, зовёт меня поговорить.

- А ты как будто самый прилежный ученик! - хитро улыбнулась девушка.

- И не поспоришь. - с ухмылкой сказал я, ибо возразить мне было действительно нечего. Так вышло, что выбора мне не оставили.

- Так идём?

- Пошли. - сказал я.

Полина ничего не ответила и лишь направилась в сторону лестницы. Я же побрёл вслед за ней.

Седьмой урок давно начался, а потому в коридорах было пусто. Только запоздавшие старшеклассники изредка проходили по коридору. Мы же, в свою очередь, спешили к выходу, надеясь не попасться на глаза кому-нибудь из учителей.

Хоть на улице и было холодно, тем не менее погода была хорошей. Даже солнышко светило, хоть его лучи и не грели, что в общем-то не удивительно - конец декабря как-никак.

- И о чём ты хотела поговорить? - я остановил Полину, коснувшись ладонью её плеча.

- О твоём разговоре с инструктором. - бросила девушка через плечо.

- Тогда лучше уж без лишних ушей. - пожал плечами я.

- Чего? - приподняла бровь Полина, обернувшись лицом ко мне.

- На такие темы лучше разговаривать там, где никто не сможет подслушать.

- И где же ты предлагаешь обсуждать этот вопрос? - ехидно улыбнулась Полина.

Действительно, а где? Признаться честно, после разговора с Валерием Антонычем я всерьёз озаботился тем, что и где говорю. Не буду лукавить по поводу "кому", ибо не успел я выйти из тира, как уже иду сдавать всё, что обсуждалось за закрытыми дверями. И ведь я не смог соврать Полине или попросту отказать ей. Только вот почему?

Однако хоть чуть-чуть заботиться о конфиденциальности разговора определённо стоило. Слухи меют свойство распространяться со стремительной скоростью. А потому, стоит какому-нибудь любопытному гражданину услышать наш разговор о грядущей войне, как слухи тут же змеёй поползут сначала по дворам, потом по району, а потом и по городу. И с гигантской вероятностью найдутся те, кто отнесётся к угрозе для своей жизни со всей серьёзностью и побегут скупать консервы, гречку, бензин, переводить все деньги в доллары и валить как можно дальше от городов, а желательно и подальше от страны, которая вот-вот превратится в театр военных действий. И в таком случае даже маленькой горстки паникёров хватит для того, чтобы вспыхнул весь город. И в таком случае выбираться из обречённого Кишинёва будет в разы сложнее.

- Можно ко мне пойти. - я предложил единственный вариант, пришедший мне в голову.

- Если это такое ненавязчивое предложение потрахаться, то иди ты нахер! - возмутилась Шумилова.

- Вообще-то, у меня даже не было такой мысли...пока ты не сказала! - признался честно я, едва сдерживая смех и одновременно удивляясь тому, как в столь серьёзной ситуации я умудряюсь шутить. Скорее всего, это есть моя защитная реакция.

- Козёл! - прошипела девушка, надув губки.

- На секс намекаешь ты, а козёл я. Как скажешь. - развёл руками я.

Полина потупила взгляд, после чего ответила:

- Ладно, хрен с тобой, пошли! Только без глупостей! - Полина пригрозила мне пальцем, однако выглядела она скорее смешно, нежели свирепо.

- Как скажете, миледи! - съязвил я, выставив руки перед собой в знак примирения.

Путь до моего дома пролегал в основном через дворы. На верхних Чеканах многие дворы выглядят мрачно, благо хоть яркое солнце и ясное голубое небо скрашивали виды городской застройки. В пасмурную погоду при виде серых девятиэтажек хочется умчаться как можно дальше от этого "муравейника" навстречу прекрасной дали.

Находясь каждый в своих мыслях, мы вышли на бульвар. В отличие от дворов и городских застроек, бульвар выглядел красиво и живо в любую погоду и любое время суток. Громадные, величественные дома-новострои возвышались над старыми девятиэтажками, заправками и невысокими зданиями кафе, баров, банков и магазинов. Здесь жизнь всегда бьёт ключом. В супермаркетах стоят очереди, в кафе обедают влюблённые парочки и офисные работники, а в банках и офисах сотрудники занимаются решением проблем своих клиентов. И будучи полностью погружёнными в решение своих жизненных и бытовых проблем, они даже и не подозревают, что в ближайшие дни их жизнь перевернётся с ног на голову.

И когда я думаю об этом, меня одолевает чувство беспомощности и глубокой обиды за то, что я не могу ничем им помочь, не могу ничего изменить. Не могу спасти их. Однако, сейчас не время для сожалений. Мне в первую очередь нужно думать о том, как спасать себя, своих родных и близких мне людей. В конце концов, в глубине души я всё ещё храню надежду на то, что все разворачивающиеся вокруг маленькой страны события - лишь блеф и пустая паника, которая не приведёт ни к чему более серьёзному, чем обмен очередными воинственными заявлениями политиков.

Перейдя дорогу и миновав бульвар, мы снова попали во дворы и уже через пять минут мы стояли у входа в подъезд моего дома.

- Ты здесь живёшь? - спросила Полина, окинув взглядом типовую советскую девятиэтажку, которой было, наверное, лет сорок.

- Ну да. - пожал плечами я.

На лице у Полины не отразилось никаких эмоций. Она лишь кивнула головой в сторону железной двери с домофоном.

Зайдя в подъезд и поднявшись