Новый мир. Синергия. Том 4 - Даниил Сергеевич Куликов

сучки, которые раньше имели с ним дело.

— О да, я бы трахнул какую-нибудь из тех сучек, что крутилось вокруг него, но сюда забредают только бомжи.

— После того как он исчез Брюсовы подмяли под себя весь его бизнес, и поимели всех, кто вёл с ним дела. Говорят, сын Брюсова даже лично трахнул всех продавщиц, которые когда-то работали у Яна Фалькона, а потом с его дружками взяли особо борзых и пустили по кругу, а у тех, кто был за него и пытался что-то сделать, отобрали все, что было и раздели до нитки. Понимаешь, то, что мы дежурим здесь, это так напоминание всем, что они это сделали, и нам самим в том числе. Так они и стали самым сильным кланом. Помни это. Только это большая тайна.

Внезапно за дверями раздался скрип половиц, как будто кто-то шёл, а зачем дверь резко распахнулась.

— Похоже, вы меня все-таки дождались.

* * *

Следователь. Азёр Асгард нахмурился и закурил сигарету. Пару лет назад он начал расследовать пропажу такого человека, как Ян Фалькон. но, в итоге это ни к чему не привело. Сейчас, ночью его дёрнули на один из адресов, который когда-то принадлежал пропавшему. Там обнаружились два трупа. Совпадение?

* * *

Я шёл по улицам Вознесенска и не узнавал его. Кругом был асфальт. Кругом горела яркая неоновая реклама. Мигали светофоры сотни машин ездили по улицам. Пару раз мимо меня проехали курьеры на мопедах.

Сначала я думал, что ошибся и попал в какой-то другой мир, но только на секунду. Из того, о чем говорили два отброса, я услышал достаточно, чтобы понять, что попал туда, куда нужно.

Три дня, которые мы с Гастоном провели неизвестно где, превратились здесь в три года. Исчезли все, кто имел дело со мной — исчез Марк Вестер и другие Жнецы, меня сочли погибшим. Брюсов и его семейка прибрали к рукам все, что я имел.

Пока радовало только одно — девушек не нашли, как говорили те двое придурков, которые стали очень словоохотливыми перед своей смертью ещё три года назад я куда-то отсылал их, а после исчез самое они так и не вернулись.

Похоже, они остались в одном из курортных миров, которые принадлежал жнецам. Вот и хорошо. После того что я услышал совсем недавно, я и так почти не сдерживался. Не представляю, какая бы реакция у меня была, если бы я услышал, что с ними что-то случилось.

Ветер бросил старую газету. Я поднял ещё. Интересно знать, о чём сейчас пишут, и откуда вообще появилось всё то, что вокруг. «Ян Фалькон, убит или сбежал за границу? Происки Америсы или случайность?» — гласила самая первая статья.

Уже интересно. «Брюсов совершает новый прорыв в автомобилестроении» — следующая статья. Я сжал кулаки. Ублюдок! Просто присвоил то, над чем я работал и называет это прорывом в автомобилестроении?

Следующая статья. «Институт Вознесенска добился новых результатов — нестабильными вратами стало пользоваться гораздо легче и безопаснее. Экспорт артефактов увеличен» — а вот пожалуй и разгадка того, как Вознесенск стал настолько продвинут за эти годы — кто-то смог открывать врата в другие миры, и начал тащить от туда всё то, что плохо лежит, и копировать. Однако если кто-то открывает врата, то куда делись все Жнецы?

Из раздумий меня вывел незнакомый голос:

— Эй, парниша, закурить есть? Или труба — мне позвонить надо.

Глава 76

Леон Брюсов молча подошёл к открытому окну и опершись на раму, он забарабанил пальцами по подоконнику. Только что позвонили его покровители — те, кто дал ему это место.

Человек, от которого он избавился, и которого считал мёртвым, появился вновь. Его покровители просто позвонили и сказали об этом, они предупреждали сразу, что, возможно, не удастся убить его, и что в противном случае он, возможно, даже появится вновь.

Леон Брюсов снова побарабанил пальцами, по подоконнику. Может быть, им показалось?

В наступившей тишине завибрировал мобильный телефон, который появился ещё не так давно, как и вся техника, которая обеспечили его покровители.

— Брюсов слушает.

— Босс! там нашли двое наших, убитыми. — с заминкой, произнёс голос.

Брюсов старший мысленно похолодел.

— Где?

— В том старом доме, куда мы обычно отправляли парней на дежурство. В том самом, который принадлежал Фалькону.

* * *

— Эй, ты слышал, что я сказал? — повторил сзади голос, а затем вдруг резко сорвался на фальцет и послышался звук падающего тела.

Похоже, о гопнике позаботился уже кто-то за меня. Я медленно развернулся. Позади меня стоял незнакомый человек, одетый в щеголеватый костюм-тройку с небольшой тростью. Его лицо ничего не выражало, а вот глаза были как у мороженой рыбы — такие же безжизненные.

— Господин Фалькон, нам есть о чем поговорить, — сказал незнакомец.

* * *

Бомж, который, стоял на краю угла, наблюдал за двумя фигурами — молодым парнем и подошедшему к нему незнакомцу в сюртуке. До этого к парню подошёл один из местных гоп-стопщиков, а потом рядом очень быстро появился господин в сюртуке, и отправил незадачливого грабителя видеть десятый сон.

Бомж стоял и смотрел. Это было его постоянной работой — смотреть то, что происходит и докладывать тому, кому нужно — кто из ночных бабочек решил поторговать в каком-то районе без разрешения, кто из залётных гоп-стопщиков решил заработать на чужой территории.

За все, что он увидел, ему платили.

Вот сейчас заметив рыбьеглазого как он окрестил про себя господина в сюртуке, он замер внимательно наблюдая.

* * *

Я активировал взгляд жнеца и посмотрел на господина в костюме совсем другими глазами — так и есть — вокруг господина и над ним возвышалась огромная фигура уродливого Кайдзи, который смотрел на меня огромными провалами глаз.

В отличае от многих других эта тварь походила на гибрид богомола и спрута.

— Меня зовут Гюнтер. Послушайте, — сказал господин с рыбьими глазами. — Вы так быстро выбрали из нашей ловушки, господин Фалькон, примите мои поздравления, я восхищён вами.

Неудачливый гопник, лежащий на асфальте, застонал. Мой собеседник перевёл на него взгляд:

— Просто не надолго избавился от него, чтобы он не мешал нашему разговору. А знаете, господин Фалькон у нас появилось к вам деловое предложение — мы даём вам все, что