Великий Механизм - Иван Солин

Короче, спросил у его коллег, мол, куда это вот? Трудовой коллектив и проголосовал единогласно за извержение этого вот, эм, нездорового элемента из своих рядов, всвязи с нарушением трудовой дисциплины. Подсудимый воззвал было, как они это любят, понять, простить и дальше по тексту, но общественность оказалась глуха и безучастна. Пришлось скормить урода собакам. В смысле, выгнал «на мороз», а там уже ждали.

Когда мою попытку пожевать чего-нибудь вкусного, не сказать, что мне это сильно нужно с нынешней моей энергетикой, но ради поднятия настроения и чтобы отвлечься, так вот, когда мой перекус прервали множественные просьбы окружающих спасти их полностью, я был вынужден им решительно отказать.

Не то чтобы я такая прям бесчувственная сволочь. Хотя, конечно, всё, что касается НПСов, я стараюсь не брать близко к сердцу. Но нет, я не бесчувственный урод и прекрасно понимаю, что у каждого человека свои маленькие, на фоне общего звездеца разумеется, трагедии. У кого-то дома любимый котик заперт, у кого-то дети одни остались, у кого-то старушка-мать, прикованная к постели, умирает в этот момент от голода. И дом этот может оказаться как в 5 минутах ходьбы, так и на другом конце города. Всё я понимаю. Людям свойственно сопереживание, а я, хоть и утратил ряд человеческих черт, психически и эмоционально еще не перестал им быть.

В общем, объяснил им всем ситуацию в целом, и в частности о возможности очистки улиц от гончих теперь уже силами правительства. Но также и обрисовал перспективы завтрашнего вторжения, так как неизвестно, что там еще полезет, и не станет ли хуже. Короче, как вариант, предложить подогнать им автобус.

Видел я там, на улице стоял, большой такой, салатовый. Заодно и повод будет, провести эксперимент с «взятием под защиту» в Системе. Ну, то есть можно подозвать манком гончую и посмотреть, как она будет реагировать на «подзащитного».

Вот. Ну а дальше, тем, кто решился эвакуироваться из, в общем-то, безопасного и сытого места, действовать предстоит уже своими силами. Подержать их в числе подзащитных я планировал до завтра. В случае срабатывания замысла как надо, получался весьма полезный инструмент.

В добровольцы мне, ну, для эксперимента, напросилась одна бойкая девица, видимо привыкшая идти по жизни с высоко поднятой головой и с широко открытыми глазами, а при необходимости и переть буром, щуря их. В маркете она оказалась странным образом. Забежала, с ее слов, спасаясь от гадких псин. Какого она шлялась по улицам, не будучи Героем, я не стал выяснять. В общем, такая вот быстро ориентирующаяся в меняющейся обстановке особа вызвалась мне помогать.

Ну еще бы. Тут, вон, в шаговой доступности неокученный рыцарь в почти сияющих доспехах, правда, не на белом, а на черном, и не коне, а Крузаке, что в современном мире даже предпочтительнее. И даже не важно, что рыцарь этот, когда снимает железяки, остается в смешных колготанах. Мало ли, может мода такая. Вон, узкие джинсы носят — носят. Ну и все!

Она, шустрая девица эта, уже даже успела оперативно восстановить свой облик, потрепанный вследствие беготни по улицам от желающих схарчить тебя иномирянских зомбо-хищников. Молодец, что сказать. Неунывающая. Жаль, судя по всему, привыкла по жизни всего добиваться чужими руками и своей... обаятельностью. А то бы неплохим Героем стала.

Не обращая внимания на зудение этой специалистки по подбору ключей к мужским сердцам, подудел в манок. Это уже после того, разумеется, как взял под защиту предмет эксперимента, будучи в тот момент на парковке перед маркетом.

Вой где-то там — был мне ответом. И я отошел в сторонку, оставив трясущуюся от страха Наталию, как она настойчиво попросила ее называть своим томно-бархатисто-игривым голоском.

Хм(весело), умеют же люди. Мой вопрос: «Именно Наталия?» — она мастерски проигнорировала. Тут же переведя тему на более важную: «Что это у вас на щеке, давайте я сама!»

Короче, когда шавки приблизились, я отстрелил задних и Скачком переместился за спину передней псине, оказавшись вне поля ее зрения, чтобы прояснить отношение зверюге к вовсе ни какой не Наталье, а именно Наталии. Та, конечно, не ожидала, что я так беспардонно свалю, бросив ее на поругание, и тут же «бухнулась в обморок».

Уважаю, без прокачки так быстро соображать — это надо уметь.

Я аж стал подумывать, а не поддаться ли мне ее чарам. Не уверен, конечно, что с гончей этот финт прокатит, но факт остается фактом, девица далеко не ординарная. С такой, должно быть, будет весело.

И вот, когда псина завертелась на месте в поиска пропавшего раздражителя, я решил еще выждать в своем укрытии. Но вскоре тварь улеглась и начала грызть свою заднюю лапу. Воздев очи к небу, извлек лук и прервал ее бренное существование.

Наталия потом некоторое время постенала, в надежде поездить у меня на руках, а то у нее «от страха отнялись ноги», но все же идти ей пришлось самой.

В общем, эксперимент удался. Теперь — автобус.

Почему я предложил подогнать автобус, и как я его заведу? Вот не знаю что и ответить. Умею откуда-то, и всё тут. Сказано, сделано.

Водитель для автобуса, к слову, нашелся, точнее, нашлась. Женщина, которая водила нечто близкое на маршруте когда-то. Поэтому вариант с автобусом и не был отброшен изначально.

Двадцать девять теток с пакетами и коробками провизии наконец погрузились, и с моего благословения отправились в путь. Остальные же решили дожидаться в маркете «подхода кавалерии».

А мне следовало продолжить свой кач. Унылый, но такой нужный.

Наташка, кстати, не добившись моей отзывчивости, решила брать быка за рога и прямо мне заявила нечто навроде: делай со мной всё что хочешь, я на всё согласная и здесь мне не нравится. Пожав плечами, сказал: «Садись».

Мне и правда было довольно забавно наблюдать за этой неординарной и деятельной девчонкой. После преобразившейся-то Марины, она уже не котировалась как женщина, но была интересна мне, как личность. Не то чтобы я одобрял такой подход к обустройству по-жизни, как практикует эта ушлая особа, но с ней было интересно.

Была она невысокой, даже миниатюрной и не сказать что фигуристой шатенкой с прямыми до плеч волосами. Миленькая, курносая, с откровенно @лядской улыбкой, которую, к слову, могла непринужденно отключать, когда это могло повредить достижению преследуемой ею цели. Явно не вписывались в ее образ живые, умные светло-карие глаза.

После всего этого перерыва на обед, так сказать, я продолжил тот свой утомительный отстрел гончих, о результате которого упоминал выше. И мы, уже