Месть на возмездной основе - Константин Александрович Костин

в полуфинал конкурса «Нежная сталь», а второй — «День после смерти» нашел признание у читателей. Признаю, с третьим, «Кровавая луна» (это рабочее название) случился небольшой затык — тогда мне не хватало идей, я чувствовал, что рассказ не будет идеальным, но время накинуло пару-тройку предложений. Зачем, вообще, писать книгу, если чувствуешь, что она — не идеальна? Нет, не вообще идеальна — так, чтобы превзойти Шекспира, Толстого, Пушкина. Идеальна для того уровня, на котором я нахожусь, создавая ее.

Немного отходя от темы — меня самого немного коробит от своих ранних произведений. Читая их, я понимаю, что сейчас написал бы гораздо лучше. Но это, скорее всего, были бы уже совсем другие книги. И, опять же, рост познается в сравнении. В сравнении того, что я писал раньше и того, что я пишу сейчас.

Я боялся, как огня, рассказов, опасаясь, что малая форма не даст развернуться, что не смогу в столь ограниченном объеме донести до читателя свою мысль. А уж сатира для меня была вовсе чем-то невообразимым! Однако… однако сегодня у меня написаны пара десятков сатирических рассказов и читатели в восторге от них! И даже сейчас есть идеи для еще полутора десятков рассказов! И я жалею, что не могу писать больше двадцати четырех часов в сутки. Писать мне нравится. И не писать я не могу.

Опять отвлекся… как говорится: глаза боятся, а руки делают. Писал я, в первую очередь — для себя. Чтобы выполнить те задачи, которые считал для себя невозможными. Чтобы прыгнуть выше головы — и у меня оно получилось! Я и сейчас пишу, в первую очередь для себя. Пожалуй, кроме цикла «Байки из жизни», которые, как мне кажется, теряют в качестве именно по той причине, что я пишу их не для себя, а для читателя, повинуясь спросу.

Впрочем, есть кое-что, что меня пугало. Жанр, который притягивал и, одновременно, нагонял жуть своей сложностью. Это — нуар. Идея написать нуарный детектив давно свербела в моей голове, в мыслях витали обрывки фраз и предложений. Но я боялся взяться за дело. И, при этом, меня тянуло к нуару, как магнитом. Именно при причине его сложности.

Решившись попробовать, я сперва думал ограничиться небольшим рассказом. Я б в жизни не поверил, что у меня хватит сил на нуарную повесть! Но, пересилив свои страхи, я взялся за дело.

Я не хотел создавать неонуар, я хотел писать тот, настоящий нуар сороковых годов, с главным героем — частным сыщиком. В контекст нашей истории такая повесть не вписывалась. Хотя бы потому, что сороковые годы — это Война. А еще в СССР не было частных детективов. Перенести историю в США? Нет, спасибо, увольте. Я хотел создать именно русский нуар. А как это сделать? Оказалось, достаточно отменить существующую реальность и заменить ее своей! Так я создал альтернативный СССР и пододвинул повествование в пятидесятые годы. Альтернативный СССР пятидесятых с рыночной экономикой, в котором возможно существование частного детектива. И тут дело пошло-поехало. Получилось даже лучше, чем я задумывал изначально! Получился не просто русский нуар, а советский нуар! Альтернативный советский детектив!

Хотя не все было гладко. Начиная историю, я не представлял себе сюжет до конца, однако как-то так вышло, что история продолжилась сама, став еще более советской, отлично вписавшись в свое время. Так появился главный антагонист — агент Абвера, заброшенный в Чикагинск еще до войны. Ну да, Чикагинск. Всяк кулик свое болото хвалит и редкая моя книга обходится без упоминания родного города в том или ином контексте.

Еще более сложным оказалось подобрать эпитеты, сравнения, создающие атмосферу нуара в духе старых традиций. Я еще раз подчеркну, что писательство — это труд. И труд нелегкий. Пришлось немало перечитать как нуара, так и про отличительные черты жанра.

Пожалуй, это и было самым сложным — создать атмосферу, нарисовать картину буквами. Если обычно я вполне осиливаю десять-пятнадцать тысяч знаков за вечер, в зависимости от текста, тот с нуаром моя скорость написания был ограничена двумя-пятью тысячами знаков. Но оно того стоило!

«Месть на возмездной основе» — именно тот редкий случай, когда я, читая, сам едва не плачу от восторга, восхищаясь языком, которым написана история. Мне с трудом верится, что это написал я. Я сделал то, во что сам не верил, чему люто завидовал у других авторов — написал историю витиеватым, бархатным, вкусным языком.

Начиная нуарный детектив, я б в жизни не подумал, что буду считать его своим лучшим творением. Не по закрученности и непредсказуемости сюжета — нет, сюжет более, чем предсказуем и соответствует канонам нуара. У меня масса книг с более закрученным сюжетом. А именно по тому языку, каким написана эта история. Историю, которую читаешь, смакуя каждую фразу. И каждая фраза так и просится быть намазанной на бутерброд вместо икры.

К построению фраз в «Мести на возмездной основе» я подошел, как к решению тригонометрических уравнений. Написал так… нет, не вкусно. Перестроил… нет, снова не то. Порой, на один абзац уходило до получаса! Это к поднятым ранее вопросам о скорости сотворения нуарного мира и о том, что писать книги — это тяжкий труд. Конечно, это если говорить о хороших книгах, с плохими все проще — там стараться не надо, хотя порой такое встречается, что не верится, что такую фигню можно написать случайно.

Пришлось и пошерстить интернет в поисках названий сигарет, ручек, часов того времени. С оружием и автомобилями все было гораздо проще — и той, и этой тематикой я некогда увлекался, так что опытные, экспериментальные образцы удачно вписались в альтернативный мир, возможно, где-то чуть сдвинувшись на пару-тройку лет.

Безусловно, я б не был собой, если б не наполнил произведение сатирой, юмором, гротеском, чуточкой секса — самую малость, чтобы не скатиться в комедию и нуху. Все в разумных пределах, все точно отмерено, как в аптеке.

Лично мне кажется, что история удалась. Впрочем, в конечном итоге судить — читателю. Что касается меня… я подумываю о том, чтобы создать целый цикл, посвященный приключениям простого советского детектива Юрия Котова в альтернативном мире, продолжив нуарную тему.