Владимир Молотов - Визиты в СССР

— Стой, не двигаться, стрелять буду!

— Бросай оружие! Полиция! Вы арестованы.

Иван с Рустиком замешкались, закрутили головами, и тут же набежали трое полицейских — двое с автоматами, один с пистолетом. Коля выронил револьвер из рук, обхватил голову и затрясся со всхлипами. Димка вытер пот со лба. Рустам бросил свой пистолет на землю.

Подошедший капитан в полевом мундире его подобрал. Каждый автоматчик приставил ствол к каждому бандиту.

— Руки за спину! Лечь на землю!

И спустя миг роли поменялись. Иван и Рустам, матерясь, нехотя опустились и оказались в том же положении, что и некогда Коля с Димкой. А последние так и остались сидеть на земле.

Пока их не подняли и не повели к двум полицейским машинам за компанию с бандитами.

Коля расположился на стуле в полумрачной комнате, напротив следователя, записывающего что-то за столом на лист бумаги. У следователя, или точнее, оперативника было овальное лицо с исключительно некрасивыми, слащавыми губами и угловатыми скулами.

— Итак, вас опознали. Несколько раз в пещерах объявляли тревогу среди персонала. Вы заходили в пещеру с группой и пропадали. Поиски человека проходили безрезультатно. Им пришлось сообщить в полицию. Вы думали, что этот факт останется незамеченным? Как бы не так! — опер постучал пальцами по столу. — Сегодня вас опознали два экскурсовода.

— Они ошиблись, — равнодушно сказал Коля. — Это был не я. Никуда я не пропадал. Я вообще сегодня первый раз в Кунгуре оказался.

— Вот только давайте не будем! — резко возмутился оперативник. — Вчера утром пропали двое, до этого — еще двое. А сегодня явилось четверо. И вы в том числе. Как это объяснить?

Полицейский наклонился ближе, приоткрыл противные губы, уставился на Колю недобрыми серыми глазами.

— А в чем собственно меня обвиняют? — Герасименко глянул в окно, там качнулась набухшая зеленью ветка тополя.

— А хотя бы в ношении самодельного револьвера. Где вы его взяли?

— Послушайте, это не мой револьвер, — разозлился Коля и глянул на оперативника. — Это тех бандюг пистолет.

— Ну да, они — бандиты, проходили по другим ориентировкам. Теперь им точно посидеть придется. Но они говорят в один голос, что это ваш пистолет, — спокойно изъяснился хозяин кабинета, выпрямив осанку.

— Не-не-не, они просто хотят на меня… как это называется? Повесить пушку? Нет, не так. М-м. Короче, списать револьвер на меня.

— Ладно, — вздохнул оперативник, — вы рассказываете правду, и я вас отпускаю. Под подписку о невыезде. Пистолеты мы все равно изъяли как вещдоки.

— Хорошо, так и быть, я вам сознаюсь. — Коля честно посмотрел на полицейского. — Вот, слушайте. Я и мой друг Дмитрий Кукарский… В общем, мы с некоторых пор вместе путешествуем во времени. А до этого я один путешествовал. Мы остаемся в пещерах, в третьем гроте, ибо он какой-то волшебный, и, затаившись там, мы незаметно перемещаемся в тысяча девятьсот восемьдесят третий год.

Все это Николай проговорил быстро и четко.

— Вы что, на полном серьезе? — опер сделал странное выражение на лице, словно приготовился воскликнуть, выдавить из себя нечто злобно-удивленное.

— Ну конечно на полном серьезе, — Коля не моргнул. — Вот и патефон мы оттуда принесли. Тоже вещдок?

— Бред какой-то! Перестаньте дурачиться! — опер напрягся и даже слегка покраснел, Коля принялся машинально наблюдать, как двигаются некрасивые губы визави. — Мне тут не надо комедии разыгрывать! Или может ты в камеру к уголовникам захотел? Я из тебя дурь-то быстро повышибаю!

— Не верите, — печально вздохнул Николай, когда опер замолчал. — Я так и знал! Но тогда скажите, откуда же у меня взялся патефон?

Полицейский почесал кончик носа.

— Да леший тебя знает! Скорее, у тебя с мозгами не в порядке. Таскаешь патефон вместе с собой, туда-сюда. Короче, отправлю-ка я тебя в психиатрическую, на обследование.

— Еще чего! — обиделся Коля. — Слушайте, вы же обещали меня отпустить! Под подписку. Ну. Я же не опасный для общества. Хорошо, никуда я не перемещался. Просто оставался в пещерах, а потом выходил позже сам. Ну, дурью маялся.

— Ладно, — заключил опер. — Посидишь в коридоре, подумаю, что с тобой сделать.

Колю вывели и усадили за дверью кабинета. Он осмотрелся. Улизнуть не представилось возможности. Слишком много полицейских ходило вокруг да около. К тому же, пропуска-то на выход не выписали. Как через дежурного прошмыгнуть? Да и с Димкой не ясность. Где он? Где-то здесь? Его отпустили или нет?

Меж тем Димка сидел у другого опера, и Кукарского тоже допрашивали.

— Что вы делали в пещерах? — строгая брюнетка с погонами лейтенанта и даже с едва заметными усиками, впрочем, вполне очаровательная, постукивала по клавиатуре ноутбука.

— Как что? Сходил на экскурсию в пещеру. — Кукарский откровенно разглядывал девицу в форме.

— Тогда каким образом вы оказались в компании двух преступников и некоего Герасименко? — низким грудным голосом осведомилась брюнетка.

— Я недавно познакомился с Герасименко, — протянул Дмитрий. — Мы вместе пошли на экскурсию. По дороге случайно купили патефон. А эти дебилы напали на нас. Видимо, хотели отобрать антиквариат.

— Они угрожали вам оружием? — девушка-лейтенант оторвала глаза от ноутбука — Димка поэтично отметил их как глубокие омуты серо-зеленого оттенка.

— Совершенно верно, — кивнул Кукарский.

— Тогда почему Герасименко держал в руке пистолет?

— Они заставили его играть в русскую рулетку.

Дама из полиции пару раз моргнула и затем постучала на клавиатуре ноутбука. Дима отметил про себя, что пальцы у нее холеные, тонкие.

— И что? — тихо спросила брюнетка. — Герасименко сыграл?

— Да. Но, как видите, ему повезло. Если б не полиция, следующим был бы я.

— Понятно, — заключила лейтенант. — Вам тоже повезло.

— Что-нибудь еще… хотите спросить? — с легкой улыбкой поинтересовался Кукарский.

— Ладно, у меня пока все.

— Значит, я могу быть свободен? — обрадовался Кукарский.

— Да, но пока вам запрещено выезжать из города.

И Дмитрия Кукарского отпустили из восемьдесят четвертого отделения полиции Перми.

Выйдя в коридор отделения, Дима достал мобильник и набрал Герасименко, но у того, видимо, телефон приказал искать зарядку. Тогда Дмитрий прошелся по коридорам и счастливо напоролся на Герасименко.

К этому моменту Колю уже решили отпустить. И вместе друзья покинули отделение полиции.

Первые секунды они шли молча, и майское солнце улыбалось им, и встречные девушки с интересом поглядывали на них.

— Слушай, а что с патефоном? — наконец спохватился Димка.

— А! — Николай махнул рукой, недовольно сморщил лицо.

— Ну и хрен с ним.

— Может, еще вернут, — предположил Коля. — Им главное — те уроды. Ублюдки оказались преступниками, которых уже искали.

— Да-да, — покивал Димка.

— Блин, пушку жалко, — посетовал еще Коля. — Ее-то точно не вернут!

Димка промолчал. Некоторое время они снова шли без разговоров.

— Ну что, поедем смотреть, во что нынче превратилось пепелище? — Коля оживленно вспомнил про подожженный товарищем дом и задорно поглядел на спутника.

— Блин, я сейчас не могу. Мне же срочно на работу надо!

— Ну и хрен с ним, — передразнил Герасименко. — Сам потом разберешься. У меня тоже дома дел навалом. Мусор вынести. Лампы для телеков поискать.

— Какие лампы?

— А? Да это я так, пошутил.

Дима машинально посмотрел на проступающую плешь товарища.

— Ладно, — подытожил он. — Мне все-таки надо на работу спешить.

— Ага, давай вали, — усмехнулся Николай. — Вечером увидимся, если что.

На том они и расстались.

Часть вторая

Май 2013 года, Сентябрь 1983 года, Дмитрий Кукарский и его личные планы насчет всей страны

Одно из ярких воспоминаний, вынесенных Димкой из семейной жизни — это запах утреннего детского сада с ароматом прогорклой каши. Когда он сдавал ребенка воспитателю, казалось, ничего нет ужаснее этого запаха!

Но после развода Дмитрий получил невероятную свободу, и в полной мере ощутил ее самую на своей шкуре. Некуда больше стало спешить, не перед кем отчитываться. Впрочем, через какое-то время он по самое не хочу вкусил этой свободы, пресытился и почувствовал скуку и одиночество.

В свободное время, если не транслировали хоккей или футбол, и никто не звал пить пиво, Димка сидел в интернете. Но и там он не делал ничего определенного, а занимался всякой ерундой. Например, искал ответы на беспокоящие его каверзные вопросы. Как то: «что помогает космонавтам обойтись без секса?» Или: «как отмыть следы от почек на кузове автомобиля?» Либо, на худой конец, вводил какие-нибудь известные фамилии, скажем, «Путин и Кабаева».