Ганнибал Барка. Гений Карфагена. Том 3 - Сергей Свой
Но карфагеняне были не новички. Они хладнокровно завершали последние приготовления. Артиллеристы рассчитали дистанции, пехота заняла позиции в траншеях, кавалерия укрылась в лощинах для контратаки.
Адар на «Атланте» поднялся на максимальную высоту, откуда долина была видна, как на ладони. С помощью мощного телескопа (новое изобретение линзочников Александрии) он изучал вражеский лагерь, который начал раскидываться на противоположном конце долины, у реки. Лагерь был огромен, хаотичен, кишел людьми и животными. Но Адар искал конкретные цели. И он нашел их.
– Вижу большой шатер под золотым балдахином, – докладывал он в переговорную трубку, связанную с наблюдательным постом. – Вероятно, штаб. Вон там, у рощи – скопление повозок, покрытых брезентом, непохожих на другие. Рядом дым, похожий на кузнечный. Мастерские. И… вижу несколько длинных предметов, похожих на трубы, под охраной. Их пушки. Передайте Гасдрубалу: цели идентифицированы.
Внизу, в командном бункере, Гасдрубал получил донесение. Он обменялся взглядами с Адонирамом, который стоял рядом, молчаливый и сосредоточенный.
– Нужно уничтожить мастерские до начала общего сражения, – сказал Гасдрубал. – Если у них получится выкатить эти трубы и сделать хоть один залп по нашим позициям, это поднимет их боевой дух. И, что хуже, даст им надежду.
– «Атлант» готов к ночному вылету, – сообщил связной от Адара. – Он просит точных координат.
– Дадим. И скажи ему: применять все, что есть. Особые бомбы. Эти мастерские должны быть стерты с лица земли.
Часть 4: Ночной визит «Демона ветра».
Ночь над долиной Панчалы была темной и душной. В небе не было луны, лишь бесчисленные звезды, которые на такой высоте, где парил «Атлант», казались яркими алмазами. Двигатели дирижабля были заглушены, он медленно дрейфовал по ветру в сторону огромного, мерцающего тысячами костров лагеря Ашоки. На борту царила напряженная тишина, нарушаемая лишь шепотом команд и тихим шипением газа в баллонетах.
Адар лично руководил операцией. Рядом с ним у бомбового прицела стоял Массива, его глаза, привыкшие видеть в темноте, всматривались в море огней внизу.
– Вижу цель, – прошептал он. – Большие тени у рощи. Огоньки кузнечных горнов. Есть движение.
– Готовность, – тихо скомандовал Адар. В бомбовом отсеке механики сняли предохранители с особых бомб. Это были не просто железные цилиндры. Это были сложные устройства: корпус из тонкой стали, внутри – заряд «Плоти Баала» повышенной мощности, окруженный сотнями стальных шариков и обломков, а сверху – капсула с белым фосфором. При ударе о землю срабатывал детонатор, взрыв разбрасывал раскаленные осколки и поджигал фосфор, создавая очаг не гасимого водой огня. Ганнибал назвал эти бомбы «семенами дракона».
– Заход на цель. Высота – двести локтей. Ветер – западный, два узла. Расчеты!
Штурманы быстро шептали числа. «Атлант» плавно развернулся, подставив борт ветру.
– Первая серия, по мастерским. Сброс!
Из открытых люков полетели вниз темные, почти невидимые силуэты. Прошло несколько секунд. Затем снизу, из района рощи, полоснули ослепительные вспышки, одна за другой. Не просто взрывы – это были кратковременные солнца, озарявшие всю округу белым светом. За светом последовал грохот, донесшийся с опозданием, но от этого не менее страшный. Столбы пламени взметнулись к небу. Послышались далекие, нечеловеческие крики.
– Вторая серия, по скоплению орудий. Сброс!
Еще одна порция «семян дракона» обрушилась на землю. На этот раз взрывы были еще мощнее – видимо, сдетонировали запасы пороха. Огненный шторм бушевал на краю лагеря.
– Третья серия, зажигательные, по складам и палаткам командного состава. Сброс!
С «Атланта» посыпались бочонки с гелеобразным «Огнем Баала». Они разбивались, растекаясь липкими, пылающими реками по палаткам, повозкам, запасам фуража. Лагерь превращался в ад.
Задач было выполнено. «Атлант», включив двигатели на малую тягу, стал медленно набирать высоту и уходить в сторону своих позиций. Снизу в него летели стрелы и даже несколько камней из катапульт, но они не достигали цели. Адар, глядя вниз на море огня и хаоса, чувствовал не торжество, а ледяную пустоту. Это была бойня. Хладнокровное, методичное уничтожение. Но он помнил слова Ганнибала: «Ты не убиваешь людей. Ты спасаешь Империю. А Империя – это будущее человечества».
Часть 5: Гнев Колеса Власти.
Налет «Атланта» имел катастрофические последствия для армии Ашоки. Были уничтожены не только мастерские и зачатки артиллерии, но и значительная часть запасов, убиты многие военачальники и ремесленники. Однако вместо того, чтобы деморализовать армию, это вызвало ярость и фанатизм. Ашока, чей шатер чудом не пострадал, объявил, что демоны атаковали ночью, как воры, и что теперь боги на их стороне. На рассвете гигантская армия, словно раненый зверь, тронулась с места и устремилась через долину на карфагенские позиции.
Это было зрелище апокалипсиса. Десятки тысяч пехотинцев, выстроившись в огромные, плотные колонны, под барабанный бой и звуки раковин-шанкх двинулись вперед. Впереди, как таран, шли слоны – теперь уже не парадные, а боевые, с закрепленными на бивнях острыми насадками, с башенками, где сидели лучники и метатели дротиков. За ними – колесницы, потом конница, потом пехота. Земля дрожала от топота тысяч ног и ног слонов.
На холмах карфагеняне молча ждали. Только когда головные слоны приблизились на расстояние эффективного выстрела пушек, Гасдрубал дал сигнал.
Гром, который обрушился на долину, был громом нового бога. С холмов заговорили двадцать осадных «Громовержцев». Их тяжелые ядра, летящие по навесной траектории, падали в гущу наступающих колонн, вырывая кровавые просеки. Затем вступила полевая артиллерия – более скорострельная, стреляющая прямой наводкой. Чугунные ядра и картечь выкашивали целые шеренги.
Но индийцы шли. Они шли через разрывы, через тела павших, под градом смерти. Их боевой клич заглушал грохот пушек. Наконец, они приблизились на расстояние выстрела из луков. Тучи стрел взмыли в небо и обрушились на карфагенские траншеи. Щиты и стальные кирасы выдерживали, но были и потери.
И тогда на сцену вышла пехота. По команде офицеров, тысячи винтовок поднялись над бруствером. Раздался первый залп – не громкий, как у пушек, но сухой, трескучий, словно ломался гигантский сук. Дым окутал позиции. В наступающих рядах образовались новые бреши. Залп, перезарядка, еще залп. Карфагеняне стреляли методично, хладнокровно, как на учениях. Дисциплина против ярости.
Слоны, обезумевшие от шума, запаха крови и ран, начали выходить из-под контроля. Некоторые повернули назад, сея панику в своих же рядах. Но многие, ведомые погонщиками-фанатиками, продолжали двигаться вперед, рассекая карфагенские заграждения из кольев и рогаток.
