Казачонок 1860. Том 2 - Петр Алмазный

конечно, и недоговаривал этот варнак, вот только думаю, в том положении скрывать бы не стал. Но вы поспрашивайте. Да и дело больно темное, не удивлюсь, если этот Волк и вправду хоронится, да имя на показ не выставляет.

— На хуторе под Пятигорском, значит, — задумчиво протянул Щеголь.

— Так и есть, Данила Сидорович. И думаю, времени у нас немного, чтобы за ниточку эту потянуть. День-два, максимум три — варнаки поймут, что что-то пошло не так, снимутся оттуда, и ищи ветра в поле, — сказал я.

— После передачи оружия горцам они должны были вернуться в Пятигорск, к лавочнику Лапидусу, отдать ему записку и получить остаток денег. Вот мыслю, надо этого лавочника поспрошать.

Строев постучал пальцами по столу.

— Данила, бери десяток казаков да гоните в Пятигорск. Сначала к атаману Клюеву, в Горячеводскую. Я письмо напишу, все обскажу. Никак нельзя этих упустить. А там уже на месте решайте, как из Лапидуса вытрясти все, что надобно. И варнака берите, который живой остался, — атаман задумался и перевел взгляд на меня. — Ты, Григорий, как? Дорогу до Пятигорска сдюжишь?

Я вздохнул — выбился из сил, больше суток толком не спал.

— Коли нужно — сдюжу, Гаврила Трофимыч. Времени и правда немного. Если этот Волк уйдет, потом концов не сыщем.

— А хутор? — спросил Филипп Остапович.

— А на хутор — уже после лавочника. А лучше и туда, и туда сразу нагрянуть. Это уж на месте со Степаном Игнатьевичем в Горячеводской решать лучше.

— Ага, — кивнул я. — Тоже думаю, тянуть не стоит. По-хорошему, хутор под Пятигорском надо накрывать быстро, пока слух не пошел. А еще перед этим надо горцев тряхнуть, да варнаков поспрашивать. Мало ли что мне не выложили, времени-то у меня немного было. Горцев я так и вовсе не допрашивал.

— Не допрашивал он… — крякнул Ненашев. — Да как ты, сопля зеленая, и вовсе с ними управиться мог — ума не приложу.

Мне вроде как обидеться положено было на такое обращение, но я только приподнял бровь и уставился на Филиппа Остаповича.

— Ты, Филипп Остапович, коней-то попридержи, — вступился за меня Строев. — Григорий нам уже не впервой нос утирает. А как ему это удается — другой вопрос. Добрый казак растет. Данила, — обратился он к Щеголю, — через два часа выезжайте в Пятигорск, распорядись.

— Ты, Гриша, домой ступай, да в дорогу собирайся. А мы пойдем поспрашиваем. Письмо напишу атаману Клюеву — с ним и направитесь в Пятигорск.

Щеголь хмыкнул. А атаман, расправив усы, добавил:

— По трофеям, Гриша, решать будем. Деньги да личное оружие горцев себе оставь. По остальной добыче думать станем, тут уж дело серьезное.

Не то чтобы я рвался захапать побольше, но и просто так расставаться с добытым не хотелось. Хотя атаман скупердяем вроде не был. Вот и будет ему проверка, так сказать, на вшивость. Я помолчал и добавил:

— Оружие там доброе, атаман. Ты его не спеши куда-нибудь отправлять. По уму — наших лучших стрелков вооружить. Оно еще службу сослужит.

— Дело говорит малец, — одобрительно сказал Щеголь.

— Поглядим, — поставил точку атаман. — Добре, станичники, все обговорили, давайте за дела примемся. Ты, Григорий, иди собирайся.

Я кивнул, попрощался и направился к выходу. Возле крыльца толпилось человек двадцать станичников — обсуждали случившееся. Стоило мне показаться, как меня тут же окружили, уже приготовились допрос устраивать.

— Что за сход такой! Не задерживайте Григория, ему скоро и так ехать надобно, а ты давай, сам поспешай! — гаркнул атаман, выйдя на крыльцо.

Я, воспользовавшись командой Строева, махнул станичникам, подошел к коновязи и вскочил на Звездочку.

Во дворе дома меня встретил нахмуренный дед.

— Что, Гришка, не сидится тебе на заднице спокойно?

— Деда, да так вышло, — развел я руками.

— Вышло у него…

Дед еще что-то побурчал себе под нос и пошел в хату, а мне на руки уже запрыгнула Машка. Аслан, чем-то занимавшийся во дворе, принялся помогать с лошадью.

— Алена, ты не начинай только, — сказал я. — Лучше накорми да в дорогу припасов приготовь, в Пятигорск мне надо.

— Что, Гриша, опять? — вздохнула девушка. — Хоть бы отдохнул с дороги.

— Некогда, Аленка, дела уж больно серьезные закрутились.

Глаза и правда слипались, и сейчас я с куда большим удовольствием отоспался бы часов пять, вместо тряски в седле. Но раз уж назвался груздем…

Глава 9

Бандитский хутор

В Пятигорск мы выдвинулись с небольшой задержкой. По уму, лучше бы ехать с рассветом, но атаман решил иначе, а я человек небольшой, чтобы ему перечить. Хотя, признаться, рубило меня знатно.

Дома, как только пообедал и разгрузил трофеи с горцев, быстро проверил все для поездки в Пятигорск. Долго собираться нужды не было: сундук при мне, тревожный набор всегда под рукой. Но расслабляться все равно не стоило. Чуть-чуть, однако, выкроить времени получилось — почти час спокойно подремал, пока за мной не примчался посыльный от атамана.

И вот мы двинулись в Пятигорск. Десяток был опытный, да и командира их, урядника Егора Андреевича Урестова, я уже знал. Старшим же над всей операцией атаман поставил хорунжего Данилу Сидоровича Щеголя, а приглядывать за мной велел Якову. Видать, учли, что у того уже был такой опыт в Ставрополе.

Я такой няньке, признаться, только рад был. Толковый казак, тертый, есть чему поучиться. К тому же он допрашивал горцев и варнаков, так что в случае дополнительных вопросов в Горячеводской сумеет пояснить.

Дорога знакомая, отряд внушительный, и я на этот раз разведку не вел. Понимал, что можно довериться. Но не только поэтому — в сон меня клонило ужасно, аж до самого привала.

На дворе стоял октябрь 1860 года, с утра прошел дождь, стало свежо. Благо, без затяжных ливней, дорога держалась в приличном состоянии.

Я пару раз зевнул так, что челюсть свело. Периодически задирал голову к небу и находил в высоте точку — моего пернатого товарища. Хан меня без пригляда уже не отпускал. В дорогу я решил отправиться на Ласточке, а Звездочку оставил дома, отдыхать после трудов праведных. Это человек может не разгибаясь пахать, а лошадям роздых давать нужно обязательно.

— Спину ровнее держи, герой, — буркнул Яков, нагоняя меня. — А то, гляди, как мешок свалишься.

— Сам