Его Сиятельство Бессмертный - Элиан Тарс

Столько всего исследовать нужно, столько заклинаний создать!

От предвкушения я начал улыбаться.

Б-р-р! Ужас! Зрелище в самом деле не для слабонервных. Неудивительно, что люди так напряжённо пялились на меня всё это время. И, должен признать, нервы у окружающих меня людей довольно крепкие, раз они только пялятся, и ещё никто не сорвался и не засветил мне по роже лопатой.

В дверь уборной постучались.

— Господин, вы закончили? — услышал я голос Прасковьи. — Прошу прощения, что отвлекаю, но времени не так много. Если задержитесь, его сиятельство может рвануть в город без вас.

— Да, умылся. Выхожу! — отозвался я.

В голове вспыхнули свежие воспоминания. Раз уж Григория не оказалось дома, я был вынужден сам создать проход из подземного тоннеля в подвал особняка. Правда, предварительно через пингвина Лёху предупредил домочадцев, чтобы не шумели.

В итоге, когда мы вошли в подвал, нас уже встречали две женщины. Та, что постарше, была в чёрном платье с белым передником — Прасковья. Та, что помладше, носила красивое, но слегка потрёпанное жёлтое платье с белыми цветами. Высокая красивая шатенка с выразительным взглядом, острым вздёрнутым носиком и чувственными губами. Она впитала в себя лучшее от отца и матери — старшая из дочерей четы Бессмертных, графиня Алёна Ивановна.

Едва мы вошли, девушка бросилась к отцу и крепко обняла его. Затем отпрянула, сдержанно поклонилась остальным, стараясь не пялиться на меня и моих умертвий.

— Маша и Илья ещё не вернулись? — с ходу спросил граф Бессмертный.

— Нет, пап, — виновато проговорила девушка и потупила взор. — Прости, это всё из-за меня…

— Подробности потом! — решительно ответил Иван, зашагав к лестнице. — Алёна, прими наших гостей, а я немедленно отправляюсь за матерью и Ильёй!

— Но мама взяла машину! — схватив отца за рукав, в сердцах выкрикнула девушка.

— У нас есть ещё одна!

— Ты не можешь выехать на ней, — дрогнувшим голосом проговорила девушка.

Граф резко обернулся и, посмотрев на неё, решительно сказал:

— Алёна Ивановна, не устраивай сцен. Сделай, пожалуйста, то, что я сказал. — А затем, смягчившись, он обнял дочь и, погладив её по волосам, нежно произнёс: — Всё будет хорошо, доченька. Не переживай, папа со всем справится.

— Пап, я не маленькая уже, — пробурчала она ему в плечо.

— Тем более, — усмехнулся Иван.

— И… пап. У нас гости. Света Огнева приехала со мной и не уезжает.

— Ох… — выдохнул Иван. — Это хорошо. Света достойная девочка и не бросает тебя.

— Пап, она глава графского рода, — усмехнулась Алёна, отлипнув от отца. — Нельзя её теперь называть «девочкой», пусть и достойной.

Повернувшись к Нестеровым, Алёна поклонилась ещё раз и быстро проговорила:

— Прошу прощения за эту сцену. И прошу проследовать за мной. Наш дом, может, и не богат, но он гостеприимен. Надеюсь, вы сможете отдохнуть душой и телом.

— Благодарю, Алёна Ивановна, — устало проговорила Алла Нестерова. — И, прошу вас, не нужно политесов. Пожалуйста, обращайтесь к нам проще.

Пока дамы обменивались любезностями, граф Бессмертный продолжил своё решительное шествие. С ним поравнялась Прасковья и быстро проговорила:

— Я велю подать «Каблучок», а пока его подготовят, у вас будет несколько минут. Госпожа предполагала подобное развитие и просила проследить, что вы и Константин Иванович привели себя в порядок после сражения и переоделись. Особенно Константин Иванович. Если он едет с вами, ему нужно прихорошиться к первому появлению на людях.

Граф, не сбавляя шагу, удивлённо уставился на меня.

Я не очень понимал детали происходящего, однако прекрасно понимал, что нужно делать в этой ситуации. И, прежде чем Иван успел хоть что-то спросить, я произнёс:

— Вадим и Игорь присмотрят за домом, не переживай. А я присмотрю за тобой и графиней. Ну и вашим отпрыском.

Несколько секунд Иван смотрел на меня напряжённо, но затем с облегчением выдохнул и улыбнулся.

— Присмотришь за мной… будто я младенец неразумный. — Он хмыкнул и быстро добавил: — Но, спасибо тебе, Костя. Когда ты рядом, мне кажется, будто я могу в самом деле совершить всё что угодно.

И вот спустя минут семь после этого разговора я вышел из ванной комнаты. В спальне меня уже ждала Прасковья. Служанка держала в руках камзол и придирчиво поглядывала на меня.

— Думаешь, не налезет на меня, а, девица?

— Не уверена, что налезет. Хотя он и ваш.

— Как и эти покои, — проговорил я полувопросительно и огляделся. Кровать, небольшая гардеробная, рабочий стол, комод — имеется весь набор мебели, даже ковёр на полу и картины на стенах. Объективно, покои Константина Бессмертного выглядели чуть более «дорого-богато», нежели даже главная гостиная особняка, в которой Иван принимал гостей.

Похоже, предыдущий владелец моего тела старался жить роскошно, хоть в полную меру у него разгуляться и не получалось.

Я тоже люблю роскошь. И у меня, в отличие от прошлого Константина Бессмертного, всё получится.

— Да, ваши, — кивнула Прасковья и, заметив, что я вожусь с пуговицами, нетерпеливо подалась вперёд. — Позвольте помочь, господин.

Не дожидаясь моего ответа, она принялась растягивать на мне рубашку, заляпанную кровью металлических крыс.

— По-хорошему бы вам помыться целиком, — ворчала она, когда я остался с голым торсом. — Чем вы в ванной занимались всё это время?

Она недовольно уставилась на меня.

— В зеркало смотрел. Пытался понять, как чудо-водицу включить. Лицо своё прелестное в порядок приводил, — честно признался я.

Она нетерпеливо выдохнула и, извинившись, метнулась в ванную.

Вернулась через несколько секунд с мокрой мочалкой и сухим полотенцем.

— Ничего личного, господин, — проговорила она и принялась оттирать с моей груди крысиную кровь.

Я молча смотрел, с каким усердием она очищает от грязи покрытое шрамами и стяжками умертвие.

— И не страшно тебе, девица? — спросил я.

— Страшно было на улице с ребёнком умирать, — не глядя ответила она, вытирая мою мокрую кожу полотенцем. — До тех пор, пока ваш брат нас не спас. Страшно было и до этого. А сейчас… — Она посмотрела на меня снизу вверх решительным взглядом. — Чего мне бояться? Живые люди порой гораздо страшнее мёртвых.

Сказав это, она продолжила тереть меня. В какой-то момент девушка выругалась и побежала за новым полотенцем. Вернулась, стянула с меня штаны и начала натирать ноги.

Я