Пресвитерианцы. Первый поход - Василий Кленин

— Я бы мог такое сковать, — влез в разговор первый чосонец. — И закалить. Но где такой огромный слиток найти? А сварка не пойдет — сварное сверло от нагрузки лопнет.

— Верно, — кивнул Ван. — И заготовка бронзовой пушки без пустоты станет на треть тяжелее. А мы не уверены, что 75 гванов нам по силам за раз залить. Далее — можно, наверное, соорудить жесткий станок для сверления. И колесо собрать. И переходные соединения… Хотя, я такое еще ни разу не делал… Но главное — нет на Цусиме подходящих крупных рек. А сколько времени уйдет, господин! Возвести плотину, дождаться заполнения водой, построить колесо, выковать сверло, возвести станину, а потом долго-долго ждать, как вода станет крутить сверло! И молиться предкам, чтобы сверло не повело чуть в сторону… Я не знаю, господин, в какой волшебной стране могут делать такое, но здесь нам это не под силу.

— Далеко та волшебная страна… — старый генерал вздохнул и в сердцах бросил глиняную модельку на стол. — Крайне важен прямой канал. Совершенно прямой.

— Мы хорошенько подумаем над этим, господин. Найдем способ поудобнее.

Мастера собрали чертеж, линейки и ушли. Генерал Ли места себе не находил, но он понимал, что затея с пушкой — это дело не одного дня. И с утра, чтобы отвлечься, принялся мучить бойцов Правой армии, что недавно вернулась из походов. Началась муштра, проверки и чистки. Но не только.

Хван Сан отчитался командующему, что крестьяне в ротанговой мастерской сделали первую сотню щитов. Генерал велел собрать еще и старые щиты, которых у Трех армий имелось совсем мало, но все-таки что-то было. Со всем этим добром Ли Чжонму явился в расположение корпуса Ли Сунмона. После южного похода и чистки у того оставалось немногим более полутора тысяч человек. Почти треть — стрелки с «бамбуковыми» луками.

— Выводи копейщиков, Сунмон! — приказал генерал.

Тысяча бойцов с копьями и трезубцами строилась быстро. Все-таки здесь оставались уже опытные воины, пришедшие преимущественно с самого севера Чосона.

— Часть воинов должна взять щиты!

— Но, сиятельный! Копьем надо биться двумя руками. Оно длинное и одной рукой не управиться.

— Ну-ка, дай-ка, — расторопный боец примчался бегом и вручил свое оружие главнокомандующему.

Тот взял в одну руку щит, в другую — длинное копье. Конец того то и дело норовил клюнуть землю.

— И верно, — согласился старый генерал.

Задумался. Потом упер копье пяткой в землю под углом и со всей силы ударил ногой. Увы, эффектного жеста не получилось: древко прогнулось, но выдержало. Генерал Ли слегка побагровел под копной седины… Посмотрел с большим сомнением на тщедушного О Гванука, потом перевел взгляд на писаря.

— Ну-ка, переломи вот тут.

Моряк с резким хаканьем треснул ногой, и почти треть древка осталась лежать на земле. С поклоном вернул остаток оружия главнокомандующему. Тот резко встал в боевую стойку. Даже Гвануку показалось, что щит генерал Ли держит как-то неумело, прижимает к корпусу, полностью открывает лицо. Но он несколько раз кольнул копьем воображаемого врага — и на этот раз оно слушалось своего временного хозяина!

— Вот так делайте! — заявил он командиру Сунмону. — От меня тебе 200 щитов. Поищи 200 бойцов — не рослых, но крепких. Сократи их копья и надели щитами. И шлемы изыщи им всем! Так станет твой первый ряд. А за ним — воины с длинными копьями и трезубцами.

Ли Сунмон крутил в голове видение нового корпуса.

— Но дальность поражения снизится.

— Снизится. Зато первый ряд проживет много сражений. Не поляжет по началу первой же атаки.

В короткий срок сбили первую сотню: впереди 20 щитников, а за ними — четыре ряда с длинномерными копьями. Быстро выяснилось, что щитом не умеет пользоваться не один только главнокомандующий. Ли Сунмон тут же пометил себе найти мастеров щита и учиться дополнительно. Так же трудно оказалось ходить плотным строем, в котором щиты прикрывали бы весь первый ряд и следующих за ними.

— Тут только муштра поможет, — утешил Ли Чжонму своего подчиненного. — Тренируй совместные шаги каждое свободное время.

Старый генерал уже собирался уходить, когда Ли Сунмон с поклоном попросил разрешение задать вопрос:

— Сиятельный, за эти дни ты разогнал многих тяжеловооруженных воинов в моем корпусе. Но практически не тронул лучников. Мне очень хочется понять, почему?

— Они ценны сами по себе, командир, — улыбнулся главнокомандующий. Понял, что ответ Ли Сунмона не устраивает и добавил. — Давай поиграем в разуме. Вот у меня есть 100 опытных лучников, что убивают каждой стрелой. А у тебя лучники хуже. Они убивают с каждой десятой стрелы, но их в десять раз больше. Кто победит?

— Похоже на игру с числами, — оживился Сунмон. — Видимо, они равно уничтожат друг друга?

Вельможи начали игру, и с первого залпа ветераны убили 100 новичков, а вот новички — положили всю сотню противника.

— Давай усложним, — потер руки Ли Чжонму. — Пусть твои новички стреляют уже в сто раз хуже моих ветеранов.

На этот раз подсчеты стали сложнее. Ход за ходом новички и ветераны уничтожали пропорционально сопоставимые группы друг друга, Гванук уже запутался в подсчетах благородных командиров, но под конец у главнокомандующего осталось всего два ветерана, а у его подчиненного — еще 165 воображаемых новичков.

— Понимаешь, зачем нам нужно больше лучников? — спросил старый генерал, Сунмон кивнул задумчиво. — А теперь представь, как быстро ты провербуешь новую тысячу новичков? И как быстро я выучу сотню опытных стрелков?

Ли Сунмон вытаращил глаза.

— Получается, опытные лучники вообще не нужны⁈ — ужаснулся он своей же мысли.

— Конечно, нет! Мастер всегда лучше неумелости. Но главное другое — исход боя всегда решат большие отряды стрелков… Если командир ими правильно распорядится.

Глава 10

Опальный Хван Сан сидел на замшелом камне на пригорочке и всем своим видом изображал, как же он несчастен. Когда юного вельможу направили на «трудовой корпус», ему сохранили воинский титул и право участвовать в совете. Но Хван все эти дни принципиально не надевал доспехи или иные воинские атрибуты. Даже меч не носил, оставив на поясе только нож. Правда, очень богато отделанный… да и вообще: в роскоши наследник рода Хван себе не отказывал (насколько позволяли суровые походные условия и общая бедность на Цусиме).

Сан сидел, то ли уставившись