Связующее звено - Андрей Валерьевич Степанов

— Тише, парни, — успокоил нас Трубецкой. — Кажется, пришли. Давайте разберемся с этим обменом, а потом уже поговорим о своих делах.

— Уж не беспокойся, — злобно покосился на меня Эд. — Это будет мой самый выгодный обмен.

Глава 19. Причинно-следственные связи

Схема оказалась зеркальной — нас встречали четверо. Никаких форм, строгих костюмов. Самые обычные куртки, джинсы и теплая обувь на толстой подошве. Чтобы не замерзнуть, пока дожидались нас.

Четверка расположилась между двумя массивными пикапами. Автомобили тоже были не новыми, да и вместительными их назвать также нельзя. Из-за того, что я представлял себе грузовики, набитые деньгами — а на что же еще можно было менять наш груз? — восприятие ситуации изменилось от киношного.

Еще издали я всматривался в людей. На технику плевать. Важно то, кто и как будет встречать.

Прежде всего, никакого оружия не виднелось: не торчали стволы, не выступали рукоятки пистолетов из-под расстегнутых курток. Но все четверо стояли так уверенно, словно за их спинами расположился целый отряд спецназа.

Я даже посмотрел вдаль, где за тополями виднелись стены завода из красного кирпича. Но в руинах никто не показался. Тогда я обернулся в сторону стоянки — и обратил внимание, что мы прошли уже два полностью пустых ряда.

Если кто-то прятался, то делал это очень хорошо. Или Трубецкой прав — мы действительно просто совершим обмен и разойдемся.

— Какие-то вы нервные сегодня, — вместо приветствия начал разговор один из «чужих», пока я рассматривал шестиметровые пикапы. — Все в порядке?

— Да, в полном, — ответил Трубецкой.

Время года сыграло свою роль — кто знает, что прячется под куртками? К тому же вблизи четверка встречающих оказалась взрослее. Каждому было слегка за тридцать, широкоплечие, немного хмурые, но скорее равнодушные к происходящему.

Вид их говорил: давайте уже быстрее, и разойдемся по домам.

— А глазки бегают, — тот, что стоял поближе, не вынимая рук из карманов, поворотом корпуса указал в мою сторону.

— Новенький, — тут же нашелся Трубецкой, чтобы разрядить обстановку.

— У вас каждый раз новенькие, — нахмурился главный. — Постоянно все разные.

— Как будто вы каждый раз одинаковые, — ответил ему Эд. — Может, вы тоже постоянно меняетесь.

Выражение лица главного ясно выражало его отношение не столько ко всему происходящему, сколько к автору реплики.

— Обычно ваши умнее были, — сказал он наконец. — Давайте быстрее уже. Где конверты?

— Так, потише, боец, — Эд не дал возможности ответить Павлу и взял переговоры в свои руки. — Мы бы хотели убедиться в том, что нас не обманут.

Троица позади главного хором напряглась. Руки у всех были в карманах, но едва ли они держали там огнестрел — слишком шумно будет на стоянке в этом случае. Ситуация мне вовсе разонравилась.

— А я согласен. Давайте уже проведем обмен, и спокойно разойдемся, — сказал я.

— Помолчи, барон, — отмахнулся от меня Эд, а главный гулко хохотнул:

— Ну и кличка. Только на главного ты совсем не похож, — и, отодвинув Эда широкой ладонью в сторону, сделал несколько шагов в мою сторону.

Он был выше ростом, с массивной челюстью и крупным носом. Походил на какого-нибудь армейского майора или капитана — или кого-то в схожем звании. С такого расстояния его выправка бросалась в глаза.

К тому же он был выше меня на полголовы, коротко стриженный. И по-прежнему не вынимал рук из кармана. За оценивающим взглядом последовал комментарий:

— Он болтун. А ты нервничаешь. Что-то не так, барон? — выделив последнее слово, спросил переговорщик.

— Все не так, — тут же ответил я. — Для начала — я должен быть не здесь.

— О, я понимаю. Барону место в его замке.

— Без идиотских шуток, пожалуйста, — я сжал губы. — Поначалу вы производили впечатление адекватного человека.

— Ну да. Адекватного. Который продает золото родной страны. Неизвестно что за это получая.

— Ах, золото, — я покачал головой и посмотрел ему за спину, а потом обернулся на Павла: — Что мы такое продаем за три кило золота?

— Так, парень, — главный все же вытащил руки из карманов, схватил меня за плечи и развернул к себе лицом. Я холодно посмотрел на его:

— Да, капитан? — того перекосило, и он убрал руки. — Значит, майор? — продолжил я. Тот не ответил:

— Что с вами сегодня такое? — спросил он вместо этого. — Какая-то подстава?

— Нет никакой подставы, — отозвался я и на всякий случай отступил от военного.

— Сделка отменяется, — майор взмахнул рукой, повернулся ко мне боком, продемонстрировал наушник в ухе. Они явно были не одни. — Уходим.

— Что, барон, доболтался? — ехидно произнес Эд, наблюдая как все четверо отходят к автомобилям. — Давай, спасай ситуацию, иначе нам всем головы поотрывают.

— Ты начал, ты и спасай, — рассерженно бросил я ему. — Не мог помолчать?

— У всего есть своя причина. И свои последствия, — философски заметил он, разведя руками.

Участники переговоров не спешили уезжать. Они лишь расселись по машинам и наблюдали за нами через лобовые стекла. Несмотря на выходку, сделку предстояло провести, и парни лишь устроили небольшое представление.

— Плевал я на твои причины и последствия, — я подошел к Эду. В нем я больше не видел человека, который помог мне выбраться из больницы и спас от преследователей. Он старательно все портил и только раздражал меня.

— А зря, — он подмигнул. — Даже наша нынешняя ситуация имеет свои причины.

— Что ты знаешь о моем появлении здесь? — я не удержался и схватил его за пиджак. — Говори!

Я уже был готов ударить его нахальную ухмыляющуюся рожу, но напарник Эда, такой же рослый детина, как и четверка вояк, подошел к нам вплотную:

— Отпусти его, — буквально прорычал он, но обошелся без рук. Пока что.

— Не раньше, чем он ответит на мой вопрос! — я встряхнул Эда, а тот лишь растянул губы в улыбке.

— Максим, не надо, — к нам приблизился Павел. — Сейчас не та ситуация, надо сперва разобраться с обменом.

— Ты же видишь, ему плевать на обмен, — продолжал Эд, но перестав улыбаться. Я встряхнул его еще раз, и его напарник оттолкнул меня. Такую