"Фантастика 2025-24". Компиляция. Книги 1-28 - Владимир Мухин

— Вчера, во время опроса, мы с Майрой уделили ей куда больше времени, чем остальным, ибо она нас по-настоящему заинтересовала. Так вот, у Стеши аналитический склад ума, очень быстрые мозги и напрочь отсутствуют шоры! В общем, если ты позволишь, то я сначала устрою ей всестороннюю проверку, а затем займусь девочкой вплотную: у меня есть несколько интересных проектов, для управления которыми требуется кто-то вроде нее.

Когда Амси объяснила мне значение новых терминов и обрисовала свои планы, я дал добро на любые проверки. Потом, наконец, немного расслабился. А после завтрака, перебравшись в кабинет, вызвал к себе Майру, Тину, Найту, Сангора и Ирлану со Стешей.

Десятника особо не задерживал — объяснил, что от него требуется, и отпустил. После чего повернулся к девушкам:

— Вы едете в город. Сначала — к мэтру Колину, где Майра знакомит лилий с портным и его супругами, озвучивает статус девушек, дает возможность снять мерки и заказывает все, что необходимо. После лавки заезжаете к Стеше домой, сообщаете ее отцу, что она теперь ар Эвис и, если понадобится, выкупаете. Закончив с этим, заглядываете в пяток самых дорогих лавок, после чего возвращаетесь к Колину, чтобы забрать все то, что уже готово.

— И что, по-твоему, он успеет пошить за это время? — выгнула точеную бровь Тина.

— Да какая разница? Мне важен сам факт того, что вы что-то заказали и что-то забрали! — усмехнулся я. — Кроме того, за время вашего отсутствия большая часть посетительниц сменится, а значит, о появлении у меня лилий узнает куда больше людей, чем после единственного визита!

— Логично! — кивнула советница.

— Пока катаетесь по Лайвену, ты, Тина, готовишь Стешу к сегодняшнему приему в посольстве Гельда: объясняешь, как держаться, как реагировать или не реагировать на окружающих и так далее. А ты, Стеш, не только слушаешь ее объяснения, но и стараешься вести себя так же, как мои женщины.

— Сделаю! — кивнула девушка.

— И последнее: ваша основная задача — дать понять высшему свету Маллора, что у меня появились сразу две лилии, что я, получив удовольствие от проведенной с ночи, отправил супруг вас побаловать, и что вы, бедняжки, еле держитесь на ногах!

Супруги ехидно заулыбались, Стеша деловито кивнула, а Ирлана покраснела. Но — в меру. И тут же задрала носик, показывая, что это стеснение не помешает ей сделать все именно так, как требуется.

— Молодец! — похвалил ее я. Потом решил, что постоянно краснеющая ар Эвис — это не дело, и продолжил: — Как ведут себя на балах и на приемах мои женщины, видела?

— Конечно! — воскликнула девушка.

— Можешь себе представить ситуацию, в которой могла бы покраснеть, скажем, Майра?

Ирлана посмотрела на старшую жену, некоторое время сосредоточенно думала, а затем отрицательно помотала головой:

— Пожалуй, что нет.

— А почему?

— Не знаю…

— Есть только мы, ар Эвис! — мягко сказала Найта, приобняв стоявшую рядом лилию за плечи. — А весь остальной мир — что-то вроде обрывков чужой жизни, которые ты изредка замечаешь, выглядывая из окна мчащейся по тракту кареты.

— Ладно, все это можно объяснить и по дороге! — почувствовав, что супруги вот-вот вывалят на Ирлану все свои мысли по этому поводу, сказал я. И добавил: — Майра, на подарках можно не экономить. Главное — чтобы они порадовали. И вас, и тех, кто остается дома!

Сангор, карета с девочками и двое воинов Магнуса выехали со двора уже через пару колец. Дождавшись, пока Рогер закроет ворота, я вернулся в дом, дал почувствовать Вэйльке, что готов к чему угодно, порадовался вспышке предвкушения в ее эмоциях, и направился в сторону бани. Прекрасно зная, что Дарующая, наконец, дождавшаяся своей очереди, догонит меня за считанные удары сердца.

Догнала. И даже закрыла на засов дверь предбанника. Но, повернувшись к мыльне, словно потухла:

— Дора!!!

Я услышал приближение ар Маггор одновременно с меньшицей, поэтому вздохнул и обнял страшно расстроившуюся девушку:

— Может, нас нет?

Вэйлька отрицательно помотала головой:

— Прислушайся к ее эмоциям!

Прислушался. Разозлился. И в сердцах чуть было не отломал засов: чувства родственницы напоминали котел с кипящим варевом, готовящимся на кухне самого дешевого постоялого двора в Лайвене. В смысле, разобраться в том, что там намешано, не смогла бы, наверное, даже Амси!

Правда, выпускать наружу то, что творилось в глубине души, Дора не рискнула — учтиво поздоровалась, устроилась в кресле, положила руки с чуть-чуть подрагивающими пальцами на подлокотники и некоторое время обсуждала всякую ерунду. Потом пригубила горячего вина, предложенного Селией, съела самое маленькое пирожное и, наконец, поинтересовалась, слышал ли я последние слухи.

Я ответил, что нет, так как этим утром Аника с Оденом на рынок не мотались.

— Очень зря! — вздохнула женщина. — Говорят, что вчера днем Алиенна ар Эвис по прозвищу Гроза победила в поединке Террейла Шандора. Победила за считанные мгновения, не дав наследнику престола ни одного шанса. И… об этом судачат не только во дворце, но и в городе!!!

— В Розовой гостиной были только Шандоры, мы, Недвир Топор и две горничные. Мои не болтливы. Найти того, кто не умеет держать язык за зубами, не так уж и сложно.

— Уже нашли. И доложили Зейну. Двух младших сыновей он выпорол собственноручно, но проблему это не решило — принц в бешенстве и винит в болтливости тебя и твоих женщин!

— Во дворце он этого не говорил! — тут же сообщила Амси. — Правда, со вчерашнего вечера по сегодняшнее утро был где-то в городе и вернулся чуть больше стражи тому назад. А насчет того, что в бешенстве — правда.

— Озвучит это обвинение прилюдно — очень сильно пожалеет! — без тени улыбки сказал я. — Он вчера и так прошелся по самой грани!

От Доры полыхнуло нешуточным беспокойством. Но выплескивать на меня свои чувства женщина поостереглась, и я из чувства благодарности за проявленную выдержку достаточно подробно описал встречу с Шандорами. Точнее, ту ее часть, которая привела к конфликту.

— То есть, если бы рядом с тобой была не Алька, а Тина, он прицепился бы к ней? — спросила она, когда я закончил.

— Вероятнее всего, да. Ведь у них уже появились прозвища, а у него до сих пор одно только имя.

— Кто ему мешал себя хоть как-нибудь проявить? — злобно ощерилась женщина. А потом заставила себя