Не римская Испания. Арбалетчики князя Всеслава. Арбалетчики в Карфагене. Арбалетчики в Вест-Индии - Романова

бежали в нашу сторону, и шансов остаться незамеченными у нас практически не было. Не повезло. Правда, бежали они трусцой, чтобы не отстали двое прихрамывающих – видимо, пострадавших при столкновении судов.

– Только арбалеты! – прошипел я Васкесу, который потянулся было за своей пушкой.

– Да, ствол только на крайняк! – согласился и Володя. Испанец кивнул, убрал пистолет, и мы дружно взвели свои тугие агрегаты. Возможно, у Сереги и баб было и свое особое мнение, но это было мнение не служивших штафирок, и нас оно как-то не заинтересовало. Демократия – она для мирного времени хороша, а мы сейчас на войне…

– Подпускаем их вон до той каменюки! – предложил Володя, указывая на валун шагах в пятидесяти от нас.

– Далековато, – пожаловался Серега, стрелявший похуже нас.

– Бьем парами. Первыми – мы с Хренио, вы с Володей – когда мы будем перезаряжаться.

Володя кивнул, соглашаясь с моей тактикой.

– Только двоим в одного не бить, распределите цели, – напомнил он. – Встаем все вместе, рявкаем, ошарашиваем их – и шмаляйте.

– Яволь, герр фельдфебель! Я бью вон того бомжа! – выбранный мной противник живописными лохмотьями и впрямь напоминал бродягу, но имел медные шлем и маленький щит, которые ему явно жали, а мне, ясный хрен, придутся как раз впору, как и его, явно ненужный трупу, прямой меч. – Ты, Хренио, того с большим щитом или вон того с копьем – решай сам! Володя, ты с Серегой – по обстановке!

Задумка Володи оказалась удачной. Когда мы вчетвером резко встали и рявкнули вразнобой, но громко – пираты опешили от неожиданности и остановились. Не давая им времени опомниться, мы с Васкесом выстрелили. Мой болт угодил в грудь «бомжу», хотя и ниже, чем я метил, а наш испанский мент, явно угадав мои мародерские соображения, поразил в верхнюю часть грудины щитоносца, который со стоном завалился на бок. Мой бомжара оказался живучее, но и ему поплохело – встал на колено и оперся на копье, – видно, что уже не боец.

Пока мы перезаряжались, оставшиеся четверо пиратов ринулись на нас, но Володя свалил уже заносящего копье для броска бородача, а Серега продырявил ляжку у самого таза пращнику, отчего тот тоже осел, хоть и пытался снова встать. Двое уцелевших неслись на нас с обнаженными фалькатами, но мы с испанцем уже перезарядились, – оба, получив по болту в брюшины, подломились и растянулись на земле. Насчет наших фехтовальных навыков в сравнении с даже ранеными аборигенами никто из нас не самообольщался, и рисковать мы не стали. Перезарядившись, мы методично расстреляли подранков с нескольких шагов – орднунг юбер аллес. Бабы вздумали было возмущаться «этим варварством», но мы их возмущение дружно проигнорировали. Не по-охотничьи это – подранков оставлять. Мы же не браконьеры какие-нибудь, верно?

Наплевали мы и на обвинения в мародерстве, когда прибарахлялись трофеями. Оружие – это вообще святое, но на сей раз мы, послав бабью «цивилизованность» подальше, не побрезговали и прочей добычей. Драное и грязное тряпье со «своего» бомжа я снимать не стал, но его – точнее, уже мой – широкий кожаный пояс перекочевал на свое законное отныне место, мой новый шлем, как я и угадал, прекрасно разместился на моей башке, а ременную перевязь маленького щита я перекинул через плечо. Копье – хорошее, с длинным наконечником – я пока воткнул древком в землю, да и ознакомление с содержимым привешенных к поясу мешочков тоже отложил на потом, поскольку был занят делом поважнее – изучением своего нового меча и кинжала. Ну, новыми-то они были только для меня, а прежнему владельцу послужить успели немало, но в целом их состояние было очень даже неплохим – почти не ржавые и почти не сточенные.

Васкес тем временем хмурился, разглядывая свой меч – того же типа, что и у меня, но оказавшийся бронзовым.

– Хренио, бронзовый клинок вряд ли заметно хуже нынешних железных, – подбодрил я его.

– Ты так думаешь?

– Уверен. Присмотрись – он же у тебя почти новый, не старинный. Кто бы продолжал в железный век делать бронзовые мечи, если бы они были так плохи?

– Гм… А почему тогда с бронзового оружия перешли на железное?

– Железа гораздо больше, чем меди, так что медь дороже. А еще дороже олово, которого совсем мало, и спекулянты накручивают на нем бешеную прибыль. Железо нынешнее – совсем дрянь, с нашей сталью не сравнить, но оно в несколько раз дешевле бронзы, и им можно вооружить многих. Так что твой меч – элитное оружие, которым ты можешь гордиться.

– Макс прав, – подтвердила Юлька, – в греческих преданиях простые воины воюют железными мечами, а близкие к богам герои – бронзовыми.

– Ну, если так…

Пока наш испанский мент раздумывал и заценивал свой трофей уже в качестве эксклюзивного, я принялся снимать со «своего» бомжары ременные сандалии.

– У тебя головка не бо-бо? – ехидно поинтересовался Серега, указывая пальцем на мои практически новые кроссовки.

– Обувь, особенно современная, снашивается быстро, – разжевал я ему. – Что будем носить, когда наша развалится?

– Ну, тогда уж местную купим…

– Когда купилки местные заработаем. Но пока что нам никто еще не предложил непыльной и высокооплачиваемой работы, – съязвил я, продолжая разувать труп.

Тут уж даже бабы лишь молча засопели – поскольку дежурное обвинение в мародерских наклонностях меня не впечатлило – а мужики деловито последовали моему примеру. Володя даже рассмеялся, когда Серега, только что осведомлявшийся о моей башке, примерил обувь одного из убитых и, превозмогая брезгливость, переобулся в нее. А что прикажете парню делать, и до жиру ли ему, когда угодил он в эту переделку обутым в легкомысленные пляжные шлепанцы? В конце концов поснимали с убитых пиратов и туники – тряпки тоже снашиваются, и запасные не помешают, так что к концу нашего прибарахления на трупах остались лишь их набедренные повязки, которыми мы побрезговали.

Убитых нами разбойников было шестеро, и у четверых были медные или бронзовые нагрудные пластины на перекрещенных ременных лямках – как раз по одной на каждого. Конечно, до полноценного панциря им было далеко, но ведь и знаменитые греческие гоплиты на самом деле далеко не все в «анатомических» кирасах разгуливали – многие довольствовались панцирями из бычьей кожи, поверх которых вот такая нагрудная бляха вроде наших трофейных – то, что доктор прописал. Если не пропадем сразу, то на кожаные панцири мы как-нибудь уж заработаем, это дешевка, а вот металл в античном мире – немалая ценность. На втором из пристреленных мной бандитов была бронзовая скругленная треугольная пластина с тремя выпуклыми кругами на груди и