Оранжевая страна. Книги 1-3 - Александр Вячеславович Башибузук

И конечно же с обязательным револьвером на поясе. Или двумя. А что, в принципе неплохо. Костюмчик из отличной шерсти, даже шит на заказ. Вот только его будущий счастливый обладатель, к счастью схожий со мной размерами, до своего заказа так и не добрался – сгинул где-то, болезный. Да и ладно, мне же лучше.

Покрутился еще и решил приспособить к костюмчику пояс и кобуру с наследством покойного Чака О’Брайна. Кольт «Миротворец» и настоящий американец, на роль которого я себя нагло позиционирую, просто неразрывно связаны. Так и сделаем: имидж – наше все. Красавчик, однако…

– Беру, – осчастливил я приказчика. – Старые вещи – упакуйте.

– Будет сделано! Ой, какой интересный материал. – Мужик склонился над моим френчем и стал интенсивно щупать его подкладку. – Шелк?.. – Он искусно выдернул ниточку и стал рассматривать ее на свет. – Нет, не шелк… Какой-то он, простите, ненатуральный…

М‑да… вот так и прокалываются шпионы. Я подавил в себе желание пристрелить любопытного портняжку и буднично бросил:

– Да, это новый материал. Американского производства. Пробная партия фабрики в Нью-Васюках. Но я спешу.

К счастью, приказчик удовлетворился ответом, я расплатился и вырулил на улицу. Занес старые вещи в гостиницу, немного сконфуженно дал почистить свои сапоги уличному чистильщику обуви, нанял экипаж и отправился на званый ужин. Нет, в самом деле пора, жрать хочу, как голодный бабуин… Стоп… цветы забыл…

– Любезный, остановись здесь.

За сущие гроши выбрал с десяток букетов из белых роз, потом еще один, но уже вовсе громадный, и решил, что теперь полностью готов к светской тусовке.

– Поехали.

Справа мелькнула вывеска фотомастерской, в голове взорвалась догадка – а вдруг? Но потом резко передумал, не хватало еще после очередной фотосессии к неандертальцам угодить. Или вообще к динозаврам. Вот завтра мои орлы приведут себя в порядок, сгоняю их на групповую фотографию – так сказать, испытаю, а потом уже сам… может быть…

Стало уже темнеть, я залюбовался звездами и неожиданно приметил какое-то ритмичное мерцание в небе. Присмотрелся и обнаружил, что это поднялся воздушный шар: очевидно, с очередной партией любителей острых ощущений. Ну да… этот импозантный аэронавт как раз и обещал публике какие-то оптические эффекты. Вот теперь и забавляется, слепя им глазки ратьером… ратьером?..

– Да ну, на фиг?.. – Я внимательно присмотрелся к сигналам и ничего не понял. Не морзянка – это точно. Специальный шифрованный код? Кстати, а почему бы и нет? Этот долбаный воздухоплаватель играючи фиксирует с воздуха все передвижения бурских войск, а потом, вот таким оригинальным способом, передает данные на очень приличное расстояние.

Нет… это вообще черт знает что!!! Куда контрразведка смотрит? М‑да… вот это я разошелся. Какая, на хрен, контрразведка у буров? А вот у бриттов – уже вполне сложилась специальная контора.

– Завтра, голубчик завтра ты познакомишься с самыми прогрессивными методами дознания. – вслух пообещал я невидимому аэронавту. – А сегодня мне недосуг – отдыхаю я.

От предвкушения завтрашнего развлечения настроение мигом скакнуло вверх. А что? Развлекаться – так по полной. Англы могут, а я почему нет? Расстрел взводом на рассвете, повешение, расчленение, оскопление, анальная дефлорация… Тьфу ты, пора завязывать, что-то я совсем вошел в роль Великого инквизитора.

Поудобнее перехватил букеты, припасенные для женской части медицинского отряда, и чуть ли не строевым шагом направился к крыльцу госпиталя.

Само действо происходило во внутреннем дворике особняка – оттуда доносились громкие голоса и звуки гитары. Костлявая сиделка с личиком фанатичной монашки провела меня через госпиталь, перекрестилась перед дверью во двор и совсем уже собиралась шмыгнуть куда-то в сторону, но я вовремя поймал ее за руку.

– Это вам, мадемуазель.

Сиделка, увидев розочку, недоуменно на меня уставилась, по ее сухонькому личику пробежала буря чувств, мне даже показалось, что она сейчас грохнется в обморок. Совсем уже собрался ее ловить, но женщина справилась, взяла цветок, приложила его к губам, а затем торжественно меня перекрестила и чуть ли не вприпрыжку умчалась назад в госпиталь.

Вот… я всегда говорил, что просто надо уметь найти подход к женщинам. Поправил стетсон и шагнул за дверь.

– Мишель!!! – Лиза, увидев меня, отчаянно взвизгнула и пулей вылетела из‑за стола навстречу.

– Это тебе, моя королева. – Я прикоснулся губами к ее ручке и вручил букет цветов, а потом отвесил общий полупоклон всем гостям. – Господа, дамы…

– Идем, идем. – Лизхен, будто хороший трактор, потащила меня за собой. – Я тебя сейчас представлю.

Едва успевая за ней, во все глаза рассматривал гостей. С дамами-то ладно, откуда они мне могут быть известны? Хотя признаю, вот эти две, с краю – диво как хороши… Но вот мужики? С Ранненкампфом понятно… Сам Ромейко-Гурко? А это Гучковы? Господи, да это же Максимов…

– Аманда Густава Вебер. Моя лучшая подруга. – Лиза подвела меня к улыбающейся белокурой девушке с пышными формами. – Майкл Алекс Игл, мой жених.

– О‑о‑о… – немедленно восхитилась пышечка. – Та-та… Лизхен много гофорить про фас. Фы есть настоящий риттер… та-та, герой!!! – Девушка успевала говорить, улыбаться и в буквальном смысле пронзать меня глазами, рассматривая как выставленный на витрине кусок мяса.

– А это Софочка Изметьева, просто милочка, – защебетала Лиза, подведя меня к очередной подруге – тоненькой, как тростиночка, и удивительно милой девушке с толстой русой косой. – Софи, это Майкл Игл, мой жених.

– Очень приятно, господин Игл. – Софья неожиданно заговорила на практически идеальном английском языке. – Лиза очень много про вас рассказывала, и если хотя бы половина этого – правда, то вы совершили подвиги, достойные рыцаря Круглого стола.

– Софи… – Лиза скорчила недовольную рожицу. – Вечно ты… – и сразу же потащила меня дальше…

Я виновато оглядывался на гостей мужеского полу, но они понимающе улыбались и пожимали плечами, дескать, все понимаем, но ничего поделать не можем. Отрабатывай, брат, дальше.

– Машенька Геллер.

– Катарина Хольмс.

– Ирен фон Швабе.

– Патриция ван Брескенс.

Я обошел каждую, вручил цветы, мило поулыбался, выслушал кучу восторженной чепухи и наконец добрался до мужчин. Уф-ф…

С ними Лизавета поступила очень практично. Представила меня сразу всем и оставила меня с ними.

– По-русски говорим? – кратко поинтересовался коренастый усатый мужчина в мундире подполковника российской армии и показал рукой на плетеное кресло.

– Говорим. – Я присел в кресло и приготовился… к чему? Не знаю, но особо приветливыми лица мужчин, окружающих меня, назвать было нельзя.

– Подполковник Ромейко-Гурко. – четко кивнул мужик.

– Инженер-капитан Щеглов, военный представитель, – так же четко кивнул худощавый брюнет с роскошными усиками, в идеально выглаженной форме.

– Едрихин, корреспондент, – небрежно представил себя невысокий крепыш с удивительно русским лицом.

– Корнет кавалерийского Ее Величества Императрицы Марии Федоровны полка граф Дмитрий Михайлович Граббе. Волонтер, – сдержанно улыбнулся совсем молодой, спортивного телосложения паренек.

– Потапов, администратор совместного русско-голландского медицинского отряда, – очень колюче, можно даже сказать – неприязненно, посмотрел на меня полноватый мужчина.

– Максимов. Корреспондент, – вежливо и мягко представился мужчина с ухоженной бородкой а‑ля Николай Второй, в полувоенном френче.

Гадать о намерениях данных господ мне не приходилось, так как остальные мужчины: несколько врачей и волонтеров – голландцы и русские, вежливо представились и сразу же дистанцировались. А эти, судя по всему, вполне серьезно собрались проверять на вшивость непонятного американца? Ну-ну…

– Капитан Майк Игл. Так с чего начнем, господа?

– С чего? – переспросил подполковник. – С самого начала, господин Игл, с самого начала.

– Родился я в одна тысяча восемьсот семьдесят