ГОН - Вячеслав Калошин

в белоснежный колпак и подвязав фартук, наш повар прямо на ходу начинал колдовать поварешкой и ножом, обеспечивая нас калориями и прочими полезными веществами по графику и вне его. Первый завтрак, второй... У нас даже полдник был и вечерний перекус! Кто сказал, что жируем? Стойко преодолеваем тягости службы!

Лежать и спать под машинами всем очень быстро надоело, поэтому сама собой организовалась небольшая очередь в помощники к повару. Пока одни занимались высокоинтеллектуальными занятиями вроде рубки дров на щепки, другие травили анекдоты или пытались устраивать концерты на вытащенных из закромов гитаре с гармошкой.

Я на музыкальных инструментах играть не умел, зычным голосом не обладал, поэтому в промежутках между чисткой картошки и топкой кухни просто устраивался на солнышке и мучал познание на предмет возможных точек воздействия.

Первая точка обнаружилась довольно быстро. Михаил Андреевич Суслов. Ярого консерватора, ратующим за «как было, так пусть и остается», я еще могу понять. Всегда были и будут люди, проповедующие мантру «то, что хорошо для отцов и дедов, хорошо и нам». И на роль главного идеолога партии тоже вполне годится: любой религии необходим главный жрец. Ну и надо же кому-то Хрущеву, а потом и Брежневу причесывать речи согласно догмам и прочим установкам отцов-основателей.

Но вот его маниакальная идея воспитания общества через идеологию – это перебор. Но и даже это можно было проглотить, если бы не его консерватизм. Все, к чему он прикасался, возвращалось в 50-е. Методы и подходы, прекрасно работающие сейчас, уже в 60-х начнут вызывать недоумение. А дальше все эти судороги политической мысли начнут вызывать смех, резко переходящий в отвращение. В итоге здоровенный разрыв между постулатами умершей идеологии наверху и реальностью внизу и станет основой для последующего социального взрыва. Анекдоты типа «...бритву боюсь включать. Вдруг и оттуда про Ленина начнут говорить?» ведь не на пустом месте появились.

Если верить познанию, один привезенный из-за границы магнитофон с десятком кассет напрочь перечеркивал в сознании обывателя все миллионы тонн выплавленного чугуна. Чугун он где-то там, а блестящий хромовыми вставками кассетник – прямо перед тобой. А рассказ полушепотом на кухне точно так же отправлял в мусорное ведро все страшилки про бедственное положение рабочих на западе, угнетаемых злобными капиталистами. «Живут же люди» и все тут...

Второй точкой стал Брежнев. Человек с неисчерпаемым обаянием, способный поддерживать благожелательный контакт с кем угодно. Но его категорическое нежелание заниматься частностями часто давало огромный простор остальным для подковерной борьбы и проталкивания своих решений. Ведь хотел же уйти вовремя с поста главы, но убедили остаться. В итоге деградировал до анекдотов с «сосисками сраными» и все равно запустил гонку на лафетах... Но несмотря на все происки, именно эпоха его правления и стала той отдушиной, по которой потом все тосковали. Каждый знал, что завтра ему будет что есть и где жить. И самое главное, что делать надо и что не надо, чтобы такое продолжалось и дальше. А дефицит и прочие неурядицы – так в каком же стаде и без паршивой овцы?

А вот с данными по Хрущеву познание было не так однозначным. С одной стороны, передо мной предстал человек, искренне верящий в то, что он делает и говорит. Та самая вера, что легко зажигает окружающих и заставляет их идти за тобой. Одно практически полное решение вопроса с бараками стоит очень многого. «Хрущевки» не с кондачка же стали так называть... С другой стороны, почему глава государства оказался настолько легко внушаемым?

Вот какой гад ему напел на ухо, что Жумабай Шаяхметов пытается сохранить удельный вес коренной национальности в Казахстане? Поверивший в это Никита Сергеевич катком проехался по всем предложениям сократить площади распашки целины и взамен увеличить животноводство. Смело пустив под откос доводы академиков, он продавил поручение Бюро ЦК КП Казахстана подготовить обоснование расширения посевных площадей в республике с целью массового наращивания производства зерна. А следом на 9-м пленуме ЦК КП того же Казахстана, за несогласие с масштабом предлагаемой программы массового освоения целины, снял Жумабая с должности 1-го секретаря ЦК КП Казахской ССР, поставив взамен Брежнева.

Нет, в первые года урожай бил все рекорды, тут вопросов нет. Но уже в следующие пару лет с полей сдует миллионы гектар плодородной почвы, что приведет к тому, что даже на посевной материал набрать не смогут. А дальше пыльные бури и прочие неприятности приведут к тому, что Советский Союз начнет закупать зерно. Да, кормовое, но начнет же! Еще эта кукуруза, что даст ему прозвище, прилипшее на века...

А его мальчишеские выходки? Пусть показания про ботинок на трибуне ООН и расходятся, но именно он и заложил то настороженное отношение к СССР во всем мире. Страну не уважали, страну боялись. Хрен знает, что начнет дальше творить лысая обезьяна с ядерной гранатой за пазухой... Вон, в следующем году восстание в Венгрии полной ложкой насыпет первую горку камней на эту чашу весов.

– Сашка, чего задумался? – рядом со мной плюхнулся тезка и сосед по платформе.

– Да вот, смотрю вокруг и не перестаю удивляться. Сколько едем и сколько еще проедем. Когда слушаешь политзанятия, это как-то не так воспринимается... А тут своими глазами видишь, насколько большая у нас страна.

– Это да. Но вообще я к тебе по другому поводу. Я тут справлялся у Никодим Валерьяновича, ехать нам еще пару дней.

– И что ты предлагаешь?

– Тунеядничать лично мне уже надоело до чертиков. Давай сделаем небольшое ТО? Плюс в твоем тормоза давно просятся на прокачку, а у меня бензин из карбюратора куда-то постоянно исчезает.

– Откуда знаешь? Ну про тормоза?

– Так я же его загонял. Педаль тормоза совершенно резиновая. Еще чуть-чуть и будешь танцы танцевать, только чтобы остановиться.

Вот я остолоп. Показали машину, сказали «она твоя», а я и расслабился. С чего взял, что предыдущий шофер был нормальным?

– Слушай, а ты моего предшественника знал?

– Митьку-то? Конечно знаю. Еще надо поискать такого же балбеса и разгильдяя. – сосед тут же подтвердил все мои самые худшие опасения.

– Тогда чего мы ждем?

Предупредив всех, чтобы нас не потеряли, мы, цеплясь за растяжки, ленивыми сайгаками пошагали до своей платформы.

***

Да сколько же воздуха этот товарищ засадил в систему? Он вообще хоть раз делал прокачку