Аврора. Последний шанс на счастье

– Твой выбор, - насмешливо бросила в спину мужу.

Ратмир действительно ушел. Не думая, куда двинулся супруг, я набрала воды в тазик и наклонилась, чтобы умыться, но тут же отшатнулась, увидев своё отражение. Нет, с лицом в целом всё было нормально, но глаза… Они светились, буквально. Словно два фонарика вместо глаз. Неужели и правда ведьма? Руки мелко задрожали. Присев на скамейку, я часто задышала, стараясь успокоиться. А как относятся к ведьмам в глухой деревне? Судя по реакции Ратмира их боятся и… вероятно, сжигают на костре. Такой судьбы мне не хотелось. А вот сбежать прямо сейчас очень даже. Только вспомнив о погоде за окном и Лисе, я отмела эту идею. Куда я пойду зимой? На встречу к волкам? И себя погублю, и ребёнка. А если Ратмир и расскажет что-то, то можно списать на белую горячку. Все знают, что он с дружками пил всю ночь, так что просто почудилось спьяну, не более. Я отвлекалась как могла. Приготовила нехитрый ужин, проветрила, наконец, спальню, убралась… Что только не сделаешь, чтобы не думать о плохом. Я ждала Ратмира и разборок, но муж не возвращался. От стука в дверь подскочила на пару метров и еле удержалась, чтобы не взвизгнуть. Лиса изумлённо посмотрел на меня и побежала открывать.

– Ну-ка, позови мамку, - прокряхтел старческий голос, а я наконец облегчённо выдохнула. Не взбешенные односельчане с вилами и факелами, а всего лишь Авдотья. – Здесь я, - откликнулась, выйдя в сени. – Зайдёте чаю попить?

– Чаю, говоришь? - усмехнулась старуха, вглядываясь в моё лицо. – Можно и чаю. А ты, Лиска, поди, поиграй пока.

– Можно? - девочка подняла на меня взгляд, полный надежды.

– Беги, только не долго, темнеет уже, - улыбнувшись, разрешила я, а затем пошла ставить воду на плиту.

– Ну что, рассказывай, - хрипло рассмеявшись, язвительно заявила женщина, садясь на лавку. – Давно магия в тебе?

– Не понимаю, о чём вы, - беспечно отозвалась я, наливая кипяток в чайничек с травами.

– Всё ты знаешь, маленькая ведьма, всё знаешь, - задумчиво произнесла Авдотья. – Не пытайся обмануть меня, я ложь за версту чую.

– Может тогда скажете, как мне с этим жить? - сев напротив, я взглянула на женщину. – Или это только за плату не пойми какую?

– За плату, девочка, - кивнула старуха. – Ведьмы только за плату помогают, иначе никак. И ты за плату помогать станешь, когда я уйду.

– Нечем мне вам платить, - вздохнула, разведя руками. – Ни монетки нет, а Ратмир не даст никогда. Да и ушел он, не знаю, вернётся ли. Сначала кричал, что я нечистая, а потом ушел.

– Знает, значит-ца, - понимающе кивнула Авдотья. – Это и к лучшему, побоится обижать. А на счёт платы не волнуйся, ничего невыполнимого не попрошу.

– У каждого человека по разному. Кому-то и человека убить ничего сложного.

– Я расскажу тебе о ведьмах, коль сама не знаешь, да научу многому, а ты силу мою примешь, как время придёт.

– Это как? - растерялась я.

– А просто, - фыркнула Авдотья. – Научу тебя, а как помру, ты мою силу в себя вберёшь.

– И будут меня сторониться также, как и вас? А Ратмир грозился рассказать всем, чтобы меня на костре сожгли, – наябедничала на мужа.

– На костре не сожгут, но пакости делать могут, - нахмурилась ведьма. – Меня больше травницей и знахаркой называют, никто силы моей и магии не видел, да и боятся меня. Знают, что если уйду, то конец деревне. И скот вымрет, и люди. Боятся, но терпят, потому что выхода другого нет. А вот примут ли тебя - не понятно.

– И что делать? - нахмурилась я, понимая, что мой дар может стать проклятием.

– Учиться, - серьёзно заявила Авдотья. – Нельзя тебе без учёбы, много горя можешь принести, не знаючи.

– Значит, будем учиться, - тихо произнесла, гадая, во что теперь превратится моя жизнь.