Франт 4 - Иван Солин

class="p1">— Привет, Лузин. Ты уже проснулась? — с приторно сладкой улыбкой паникующего косячника, обратился я к сверлящей меня своим взглядом и напрочь позабытой мной вчера Крольц.

Которая сейчас, я так понимаю, ещё вчера связанная кем-то из предусмотрительных двойняшек, эдакой забавной гусеницей всё ещё лежала, хотя скорее валялась под кустом, рядом с по-прежнему бесчувственной магистром Туготыльской. И всё это — в каких-то нескольких метрах от нашего хвойного(почесав зад) «ложа любви».

— Ты и со мной такое же будешь творить, чудовище? — как бы девочка не играла интонациями и не корчила гневные или возмущенные рожици, но тут неискренность прям ощущалась. В отличие от тех моментов, когда мы вчера дискутировали на предмет моей драконскости, так сказать. Однако это всё же не отменяло ее гнева.

Ну ещё бы, всю ночь провести в путах под кустом, пока рядом... ладно, чего уж там.

— А что, хочешь? Но учти, должна заслужить. Я ведь могу подарить вечную молодость той, которая будет...

— Мне не нужно платить за... за... ЭТО! — вполне искренне на этот раз, гневно выдала едва совладавшая с собой и задыхающаяся от негодования такая симпатична мне милашка, чем прервала мои так себе попытки отшутиться. Хотя отвлечь её удалось.

— Так, вернемся к нашему прерванному разговору. Где ты яд взяла, недоразумение? — припомнил я нашу прерванную беседу и принялся строго задавать вопросы, в надежде что проканает.

— Не скажу! — с забавной интонацией, но полагая, что она очень внушительна в этот момент, категорично заявила смешная малышка.

— У тебя еще есть? — не сдавался я, подумывая, что неплохо было бы исследовать ту гадость, чтоб хотя бы разработать противоядие или, на крайняк, систему предупреждения.

Охранитель-то такое не определяет. Я уж не говорю о том, что эта вот, пусть и идейная, но далекая от интриг деятельница могла раздобыть подобный яд только у каких-нибудь манипуляторов, которые имеют на меня зуб, поэтому неплохо бы знать врага в лицо.

— Нет.

— А если найду? Та-ак, где бы поискать? — протяжно и с гаденькой ухмылкой гнусавым голоском выдал я.

— Не подходи ко мне! — в панике заголосила Лузин, обращаясь ко мне, всё так же стоящему на месте и без огонька, так сказать, троллящему доверчивую девчонку.

— Чего шумите? — подняв голову, сонно пробурчала разбуженная Вирона-Мион.

— О! Наш ненасытный Герд решил поиграть с Лулу? — плотоядно облизнувшись, в своем репертуаре выдала неугомонная Ло. — А можно и мне?

— А чего это она Лулу? — зевнув, обиженно спросила Лу. — И я с вами, кстати.

— Да дайте поспать! Герд, милый, идите... на другую полянку, — бесстыдно потянувшись, с капризными интонациями возмутилась и предложила, хм(весело), вариант решения прям преобразившаяся после вчерашнего и словно ставшая самим воплощением уверенности некогда скромница Торпс-Ройс.

На что, правда, была оперативно взята двойняшками за шиворот, пусть и по причине наготы такового не имелось, но всё равно, вполне успешно выдворена спать на, хм(злорадно), другую полянку. Даже не взирая на превосходство сестричек лишь в умениях при явном отставании в пока еще так и не улучшенной у них физухе.

— Так, девочки, одеваемся и... — обратив внимание на то, что и сам всё еще без всего, спешно натянул валявшиеся рядом штаны и продолжил. — А затем тихонечко и не мешая чешем по своим делам, пока я здесь работаю. Мне еще нужно с Лулу обсудить, кто ж это её так поиспользовал, дав нетривиальный яд. Я уж не говорю о приведении к покорности Туготыльской, да и с Вольской не стоит затягивать. Пока она вне поля зрения из-за отвлеченного для других целей Вжуха.

Последнее я пробормотал себе под нос, поспешив направить дрон искать и наблюдать за Вижон, так как не желал неожиданностей от этой, хоть и роскошной, но пока непонятной мне красавицы.

— Лулу, где ты, дурочка, яд взяла, а? — вдруг выдала не пожелавшая досматривать сон и оставшаяся-таки тут Вирона, при этом встав и уперев руки в бока, да осуждающе, как на дитя малое уставившись на ошарашенную Лузин.

— Ну-ка, быстро говори! А то за тебя Ло возьмётся и тогда сразу разговорит. Правда, Ло? — грозно, но как-то комично потребовала Лу, в конце нереально забавно и как-то по детски, что ли, заручившись поддержкой у плотоядно оскалившейся и едва не потирающей руки сестрёнки, той ещё актрисы.

— А кто это у нас тут такой миленький под кустиком? — показательно облизнув свои губы, словно глумливый маньяк протяжно засюсюкала, тут же включившаяся в даже слепому очевидно, что игру проказница Ло, обращаясь к тем не менее побледневшей Крольц.

— Убери их! Я всё скажу-у-у... — истерично завопила вся извивающаяся в путах Лузин.

— Ну мы пошли, а вы тут... — пошевелив в неопределенном жесте пальцами, уже будничным тоном уведомила Ло, а затем, вся преисполнившись достоинства, повернулась и, подхватив с земли свою одежду, с видом хорошо проделавшего свою работу профессионала куда-то гордо повиляла, как выразилась однажды Вирона, своим тощим, но на мой взгляд, очень спортивным задом, пусть я и являюсь почитателем более женственных форм.

— Ага, ну мы пока... там, в общем, — так же деловито удалилась, сверкая своими прелестями, уж не девочка Вирона-Мион, которую я сегодня прям не узнаю.

— Ну, не скучайте тут! — по-девчачтьи и вприпрыжку ускакала следом Лу.

— Дурдом, — покачав головой, всё же сумел я найти в себе силы, дабы оторвать взгляд от этой комичной, но очень привлекательной процессии, и вновь обратиться к утирающей слезы Лулу. Тьфу ты, вот же привязалось. — Так где ты яд взяла, Лузин?

— Желтичи(всхлипнув). Двое. Я не знаю, кто они, но одна из них точно аристо. Их подвели ко мне знакомые девочки из недавно прибывшей баталии Желтоборского полка. Я сначала, ну, когда они начали выспрашивать о тебе, даже разговаривать не захотела и больше не общалась с теми рыцарьками-сводницами. Но потом(тяжело вздохнув), когда Вирона стала не такой(всхлипнув) я... я сама к ним пришла и спросила, чего им нужно. Они, конечно, юлили, но нужно быть полной дурой, чтобы не понять их желания, которое заключалось в устранении студента Франта. А после того, как я убедилась в ненастоящести Вироны, которая стала теперь совсем не такой как раньше, не шумной и напористой, а слишком доброй и покладистой, да еще и дружелюбной, но главное, такой холодной! То я... я