"Фантастика 2023-159". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Лошаченко Владимир Михайлович

Заехали в Борисов — у зазевавшихся пехотинцев сперли две канистры бензина, заправились и вперед на Минск. Ехали в основном рядом с трассой — дорога была запружена колоннами немецких войск, двигающихся нам навстречу.

— Какая силища прет, молодцы наши, остановили такую махину — заметил Семен.

— Да, в стойкости нашим солдатам не откажешь, жаль жертв напрасных много понесли. — Между прочим в начале войны немцы собрали в кулак против Союза три с половиной миллиона солдат — насколько я помню историю.

— Ох, ебть — прокомментировал Семен.

— Вот и я говорю.

При подъезде к Минску, обратили внимание на участок местности, огражденный ключей проволокой и сторожевыми вышками.

— Никак лагерь для военнопленных, командир.

— Может освободим?

— Нет, нас Гродно ждет, думаю там цель поважнее.

Перед глазами мелькнула фамилия — Дирленвангер, что за черт, не знаю таких.

— Дирленвангер — кто такой?

Последовала подсказка, вроде бы со стороны — майор СС, командир охранного батальона.

— Ну майор, ну и фули.

В голове вспышка, больно бл. дь.

Перед глазами, здоровый жлоб в офицерской форме с молниями на рукаве, на меня смотрели глаза наркомана.

— Палач, на его совести тысячи невинных жизней — уже наяву пошли подсказки и знамения, ну и дела.

— Командир, очнись, куда ушел.

— Все в порядке, Семен, теперь я знаю цель нашей поездки — майор СС Дирленвангер. — Палач он.

Семен затяжелел взглядом:

— Тогда на кол его.

— Так и сделаем.

До самого Минска к данной теме не возвращались.

Видимо город сильно бомбили, много разрушений, но нам посчастливилось — разжились бензином в найденном гараже. В полуразрушенном доме нашли уцелевшую комнату, втащили свои рюкзаки и оружие. Машину поставили под окном.

Ночью приснился сон — эссэсманы заталкивали людей в большое строение, затем последовала команда, пыхнули две струи огнеметов — здание запылало. Следующий кадр — улыбающееся лицо Дирленвангера и десяток гогочущих унтеров рядом с ним. От страшной картины проснулся, писец, майору с приспешниками, да и всему батальону.

Утром рассказал Семену об увиденном — тот скрипнул зубами.

При выезде из Минска заскочили на базар, прикупили кое-чего из провизии. В дороге сделали одну остановку — перекусили, а дальше менялись за рулем, пилили весь световой день, но до города Лида добрались. Остался последний бросок до Гродно.

В город не въезжали, переночевали на окраине, в заброшенном сарае. Ясное утро предвещало погожий день. Встряхнувшись от сна, слегка перекусили, затем в таратайку и вперед.

— Командир, может после Гродно нас домой отпустят?

— Твои слова, да кое-кому в уши.

Скуратов помолчал, а потом ляпнул:

— Хорошо двигаемся, гансы не донимают, вроде и войны нет.

— Не накаркай, мать твою ети.

Накаркал.

Километров за семь от города, дорогу нам преградил серьезный патруль. Мотоцикл «Цундап» с экипажем и пять конных гансов фельджандармерии.

— Аусвайс? — пролаял один со здоровенной бляхой на шее.

— Сеня, валим всех, доставай стволы.

Я вышел из машины демонстративно суя левую руку за пазуху, а правой вытаскивая АПС.

— Бах, бах, бах — раздались сзади меня выстрелы.

Уйдя с директриссы ведения огня, на автомате перекинул флажок предохранителя на одиночный, нажал на курок. Ждем-с, наконец немцы стали заваливаться, так по контрольке и в кусты их.

Скуратов дорвался наконец до сабель:

— Чего ты ими любуешься, забери пару штук и катим отсюда.

Семен, объезжая очередную колдобину на дороге, спросил — командир, а почто гипноз не применил?

— Почуял, не поможет, почему не знаю, вези давай.

Поздним вечером, подъезжая к окраине Гродно, мы проклинали местные дороги и немецкий автопром в частности — такое ощущение, что весь путь проделали на лошадях. Болели не только задницы, но и все внутри.

Приличное жилье найдем по утру, а сейчас кинули трофейные спальники в кустики и рухнули спать не ужиная.

Утром я проснулся от ощущения чужого взгляда в упор — открыл глаза, перед моим носом сидел смешной ежик с прилипшим листом на боку.

— С добрым утром — поприветствовал я его — он в ответ фыркнул и не спеша отправился по своим ежиным делам.

После утреннего туалета завели таратайку и отправились искать пристанище. Нашли довольно быстро — у одиноких стариков.

Слегка перекусив, отправились в город. По пути в центр попалась какая-то официальная контора — то, что надо.

Зашли, выгнали из кабинета трех машинисток и кое-что напечатали на листе бумаги.

Выяснив у взволнованных барышень адрес почты, отправились туда.

На почте нам соорудили пакет — внутрь положил небольшую стопку чистой бумаги. Поставили пять сургучных печатей и прилепили напечатанные данные абонента и адресата. Майору Дерлинвангеру из штаба 12 дивизии СС. Размахивая сим пакетом, я ввалился к коменданту города — тощему оберсту — от него получил четкие координаты расположения СС.

Ну что же, передохнем два-три дня и приступим к ликвидации плохишей.

На сей раз решили заранее запастись продовольствием, чтобы не умирать с голоду после операции — калорий ведь сожжем немерено.

На рынке купили пол-говяжьей туши, разных консервов и зелени, а затем отсыпались весь день.

На следующее утро, послал Семена в город, за покупкой веревки метров пятидесяти. Он извел меня вопросами зачем, да почему.

— Я с тебя удивляюсь, Сеня, неужели за дорогу все мозги вытрясло. — Ты на чем эссэсманов вешать собираешься.

— Точно, ешкин кот — и Скуратов бодро поскакал выполнять задание.

А я, взяв у хозяина топор, подался к ближайшему леску, благо старики жили на окраине. Нужное деревце нашел сразу — хорошая осинка попалась, обрубив ветки на месте, потащил осину в наше жилище. Когда стал вчистую обрабатывать лесину, заявился Семен со здоровенным мотком веревки на шее.

— Командир, чего это делаешь?

— Глаза разуй — кол тещу.

Семен почесал затылок:

— Никак для майора гостинец?

— Ага, для не болезного, ты давай веревку режь на куски по четыре метра.

На некоторое время, сей закуток двора превратился в «кружок умелые руки». Под конец работы Семен посоветовал прибить к низу кола перекладинку, туманно объяснив, дескать клиенту сидеть будет удобней.

— Ты садист, Скуратов — убежденно заявил я.

— На себя посмотри — огрызнулся он.

В подготовке к акции прошел весь день — на другой выехали определиться на местности, издали посмотреть на наших будущих клиентов. Батальон располагался на юго-восточной окраине города, в трехэтажной школе, а штаб в небольшом домике стоявшем рядом. Всю территорию обнесли двумя рядами колючки — по углам четыре вышки с часовыми и пулеметами. По периметру прохаживаются три пары патрульных.

— Ишь как себя оберегают, ну ничего, завтра один хрен, вам всем кирдык придет.

По возвращении я твердо знал — после ликвидации эссэсовского батальона, придется сразу валить, немцы по злобе все перевернут кверху дном. О чем и сообщил Семену, тот понятливо кивнул и исчез. Появился через час с довольной мордой и торжественно вытащил из-за пазухи велосипедную камеру.

— Излагай.

— Командир, будем беречь наши кулаки — с этими словами он разрезал камеру пополам, в двух местах.

— Ну и фули?

— А теперь главный аттракцион.

Сеня завязал один конец камеры шнурком, а в другой принялся насыпать песок. До меня наконец дошло.

— Никак мягкий кистень делаешь?

— Ага.

— Молодец боец, объявляю благодарность. — На меня тоже сделай — Семен скорчил кислую морду. — Рожу не вороти, начальству думать надо — и с важным видом пошел в домик, с намерением поспать, что и сделал.

Проснувшись на закате, растолкал Скуратова на ужин, затем занялись подготовкой. Сеня, высунув язык от усердия, точил сабли. Тронулись в час ночи. Машину оставили за полкилометра от школы — все пространство вокруг залито светом, плюс прожектора на вышках. Сеня возился со снайперкой — навинчивал глушитель.