Костя - esteem

— И…и что? — не понял царь.

— Ну, это такая электрическая…

— Электро-магическая, — поравил жену генерал.

— Да, электро-магическая кастрюля, которая варит всё, что пожелаешь, — неопределённо помахала в воздухе ладошкой Карина. — Читаешь инструкцию, выбираешь блюдо, закладываешь ингридиенты, включаешь. Вот кнопочка, — ткнула она пальцем в кнопочку слева от небольшого экрана. — Затем выставляешь таймер, — она покрутила ручку вокруг шкалы с насечками и цифрами. — И ждёшь пока приготовится. А вот ещё одна ручечка. Это для выбора необходимой температуры, её тоже надо выставлять согласно инструкции. И…и всё.

Николай осмотрел бочонок, покрутил ручки настроек:

— А это? — он указал глазами на экран.

— А здесь всё показывается, — по своему объясняла Карина. — И температура и время варки, а когда еда готова, загорается зелёная точечка и кастрюля начинает пищать.

— Вот те и раз! — притворно охнул царь. — Так прямо и пищать!

— Ну-у, это она так сигнал подаёт, что уже готово и можно кушать, — ответила Кара.

— Я слышала от придворных, что где-то производят такие мультиварки, — кивнула подтверждая императрица. — Кара это ты нам такой подарок привезла? Спасибо, занятная вещица. Из-за границы небось прислали? Немцы? Британцы?

Теперь уже хохотнул генерал:

— Ваши Величества, вам что, ничего не докладывают что в империи происходит?

— Василич, — по простецки буркнул император. — Мне каждое утро на стол кладут вот такую стопку происшествий, — он примерно на десять сантиметров приподнял ладонь от стола.

— Так то присшествия. А новости?

— Новости я в газетах читаю, — снова буркнул император.

— Ну, — язвительно ухмыльнулся "Василич". — Вы же хотели посмотреть на поделки дочери? Смотрите.

В который раз в кабинете воцарилась тишина.

— Николай, — тихо произнесла Анна. — Ты хочешь сказать, что вот это…вот, создала Констанция?

— От первых штрихов на чертёжной доске, до готового изделия. Мультиварки выпускаются на заводе моего отца, почти что год. Имеют огромный спрос на нашем рынке, заказы перевалили за вторую сотню тысяч. Котёнок шантажирует деда рекламой.

— Это как? — заинтересовалась Лопухина. Царь с царицей сидели молча, переваривая услышанное.

— Говорит: не оборудуешь мне химическую лабораторию, я тебе рекламу на твои товары организую. Говорит: похоронят тебя, деда, под завалами заказов, а я даже бумажный памятник не поставлю!

— Врединой растёт, — печально вздохнула Карина. — Отец, — она кивнула на мужа, — даже портупеей перед её носом грозил, выпороть обещал, а ей хоть бы хны! Смеётся!

В полной тишине кабинета раздался гомерический хохот императора.

— Однако! — в который раз повторил он отсмеявшись. — А что, Николай Васильевич, — император потянулся за пачкой папирос. — Вот это всё, — он взмахом руки обозначил облик собеседника, — действительно Костя сделала?

— Она, — ответила за мужа Карина. И принялась выгребать из сумки-баула тюбики с кремами, пастами, гелями и шампунями. — Она сюда какие-то зелёные сгустки загоняет. Отчего на лице морщинки разглаживаются, зубки всегда белые и здоровые, волосы пышные и послушные, а тело крепкое и упругое.

— Зелёные? — переспросил царь. — Откуда ты знаешь? Видела?

— Я? Нет конечно. Я ведь не маг. Это Костя так говорит.

— А она видит?

— Она говорит, что потоки всех цветов радуги, буквально заполняют всё свободное пространство этого мира. И если расфокусировать взгляд, можно их увидеть. Но без специального прибора, эти потоки кажутся блёклой дымкой. Поэтому она долго думала — ну это она так говорит — и в конце концов разбила дедову хрустальную вазу, а из осколков сплавила а потом отполировала специальные линзы, которые она носит наподобие очков. По всей окружности линз она сделала огранку, для преломления света. И с помощью этих очков, она стала отчётливо видеть, как сами потоки, так и отдельные частицы.

— Вот эти? — Анна показала фотографию из журнала, где девчонка в очках-стрекозах.

— Эти раньше были, — кивнул генерал. — Сейчас у ней большие и круглые, слегка затемнённые, чтобы не видно было цвета глаз.

— Почему? — удивился император.

— Ваше Императорское Величество, — подтянулся на стуле генерал. — Мы ведь опасались. Как Костя подросла и проявились её способности, мы поняли, что дочь нам подменили. Не знаем правда, кто так пошутил…и пошутил ли, — Николай как мог отводил подозрения от жены. — Но мы поняли, что ребёнок не наш. Биологически не наш. Вспомнили и о похоронах цесаревны, сравнили…Но отказываться не собирались и не собираемся!

— Мы боялись, что её у нас отберут, как только узнают, — тихо вздохнула Карина.

— Знаете, что, родственнички? — жёстко усмехнулся император. — Если бы мы не были уверенны, что наш первенец мёртв. Если бы я нашёл её лет 13–14 назад. Я бы так и сделал. И примерно наказал бы тех, кто украл у меня дочь!

— Мы никого не крали! — генерал угрюмо набычился.

— Знаю. Расслабься Николай Васильевич. Я не в претензии. Да и время прошло, — вздохнул царь. — Сейчас она будет решать, кто ей ближе.

— Для неё это будет удар, — совсем поникла Карина. — Столько лет её скрывали от настоящих родителей. Пугали каторгой, если её признают самозванкой. Что она теперь о нас подумает?

— Сами виноваты, — ехидно усмехнулся Николай. — Застращали дитя.

— Ой! — воскликнула вдруг императрица, перебирая карточки разборсанные по столешнице. — Карина, ты что? Грудью её в младенчестве кормила? — она показала фотографию.

— Ну, да, — засмущалась та. — Я и Петеньку кормила. Сына.

— Ну, тогда совсем другое дело! — обрадовалась Анна. — Тогда ты по всем канонам, моя молочная сестра!

— Да? — удивилась Карина. — А мне кажется, что если бы это нас с вами кормила одна кормилица…

— Да плевать! Ты кормила мою дочь своим молоком! Значит молочная сестра! Такова моя императорская воля!

— Всё, всё, успокойся родная, — хохотнул император. — Как желаешь, так и будет. Так и в указе запишем, — он поднялся и прошёл к селектору, чтобы вызвать адъютанта, но был остановлен. — Секундочку, Николай Дмитриевич, — тормознул его генерал, доставая из кармана кителя висевшего на спинке кресла, плоскую чёрную коробочку с надписью серебром: "Котёнок".

— Что это такое? — император, императрица и княгиня затаили дыхание в ожидании новых фокусов. И они не заставили себя ждать!

Генерал поддел ногтем центр квадрата и он раскрылся, превращаясь в тонкий прямоугольник с экраном в верхней половине. На нижней половине генерал нажал несколько невидимых кнопок и через секунду все услышали знакомые телефонные гудки:

— Слушаю, — раздалось в прямоугольнике. — Полковник Оболенский, — генерал протянул тонкий аппарат императору, потом нажал на экран, где высветились какие-то знаки, тронул пальцем один из них и император увидел своего адъютанта, сидящего за столом и отмечающего что-то ручкой в блокноте.

— Саша, принеси шампанского и всё что полагается дамам. Мне и генералу — коньяк.

— Слушаюсь Ваше Величество! — вытянулся с трубкой в руках, адъютант.

Император повертел в руках — как он понял — беспроводное средство связи. В это время генерал нажал на красную кнопку